Этот день тоже прошел без происшествий. На ночлег мы остановились на небольшой площадке посреди скал. Расправившись с ужином, мы задумались о ночлеге. Теперь все осложнялось присутствием химеры. Во-первых, ее надо было кормить. Во-вторых, кто даст гарантию, что зверюга не решит полакомиться кем-нибудь из нас?

На предложение Горацио отпустить на ночь химеру, Кид выплеснул все, что он думает об этих тварях и тех, кто с ними общается.

–  Только после моей смерти! Я не засну, если такая тварь будет бродить поблизости!
– заявил он.
– Давайте ее пристрелим! А если тебе ее жалко, - перебил пытавшегося что-то возразить Горацио Колючка, - можешь накормить ее своими мозгами. Все рано они тебе не нужны!

Насилу мы успокоили не на шутку разошедшегося Кида.

Ночью, заступив на свой пост, я обратил внимание, что химерщик как-то странно отправился выгуливать свою зверюгу. Приседая, он выискивал что-то на земле. Затем, подойдя к скалам, начал ощупывать их так, словно надеялся что-то обнаружить.

У меня мелькнула мысль, а что если химерщик не так прост, как мы о нем думаем. Вдруг он специально отправился с нами, из-за каких-то своих интересов. Я попытался увязаться следом за ними, но чертова зверюга моментально учуяла меня и предупреждающе зарычала. Горацио прикрикнул на нее, она замолчала.

Я не успел заметить, как химерщик исчез. Я подкрался к тому месту, где он стоял вместе со своим зверем, но их и след простыл. Что за чудеса? Опять загадки. Мне это уже начинало не нравиться.

Стараясь не шуметь, я вернулся лагерь и разбудил своих друзей. Вкратце пересказал им то, что произошло, и мы решили пока оставить все, как есть. То есть делать вид, что ничего подозрительного не заметили, но вместе с тем не спускать глаз с нашего спутника.

Приблизительно через час из темноты появился Горацио со своей зверюгой, и, как ни в чем не бывало, устроился на ночлег.

На следующий день мы старались не выпускать Горацио из поля зрения. Меня подмывало спросить его в лоб, что он делал ночью, но Арчи посоветовал пока повременить с вопросами. Лучше поймать его на месте преступления. Напряжение сгущалось и химерщик несомненно чувствовал это.

Однако первым не выдержал сам Арчи. Он подошел к Горацио и сказал.

–  Знаешь, дружище. Отправь свою зверюгу куда-нибудь подальше, у нас к тебе серьезный разговор.

Швед и я как бы невзначай направили свое оружие на химерщика и встали с двух сторон от Арчи.

–  Вы чего, ребята?
– испуганно спросил Горацио.

–  Ну, отправляй!
– приказал Арчи.

Химерщик подал Хионе какой-то замысловатый знак и та, недовольно рыча, скрылась между скал.

–  Ответь нам, - начал Арчи, - где ты был сегодня ночью?

–  Это что, допрос? Вы обещали вывезти меня с этой планеты, а сейчас, похоже, ищите повод, чтобы от меня избавиться.

–  Если бы мы хотели от тебя избавиться, - заметил я, поразившись очень странной логике Горацио, - то давно это сделали бы. А если ты ни в чем не виноват, то и скрывать тебе, значит, нечего.

–  Да мне и рассказывать нечего. Хиона хотела есть. И я ненадолго спустил ее с поводка. Эта зверюга может питаться камнями, если надо, но здесь она почуяла горную крысу. Хиона быстро нашла ее и насытилась. Когда я уже хотел возвращаться в лагерь, химера вдруг остановилась у одной из скал и начала рыть землю. Я подумал, что она нашла еще одну нору горной крысы. Я попытался оттащить Хиону от скалы, уперся рукой в скалу и неожиданно оказался внутри пещеры.

–  Как же ты разглядел в темноте, что это пещера?
– Я понял, что над нами просто издеваются, но все же решил немного подыграть наивному Горацио. Честно говоря, мог бы придумать что-нибудь правдоподобнее.

–  Не знаю - ответил химерщик, - я вновь начал ощупывать стену и через несколько минут оказался снаружи.

–  Здорово, - улыбнулся Арчи, - полный бред. Ничего более глупого не слышал в своей жизни.

–  Кстати, - вмешался Кид, - а что делала твоя кошка в это время? Она же, вроде, с поводком?

–  Она совершила перемещение вместе со мной и вела себя, к моему удивлению, спокойно.

–  Продолжай, - кивнул Арчи, незаметно показав нам с Кидом кулак, так как мы с трудом пытались сдержать смех. Швед же слушал весь бред химерщика с невозмутимым лицом.

–  Затем я засыпал яму и затоптал следы, - продолжил Горацио.

–  Зачем? И почему сразу нам не рассказал?

–  Не знаю. Наверно, испугался. А вам почему не рассказал… вы же сами видите вашу реакцию. Вы мне не верите.

–  А во что я должен верить?
– взорвался Кид.
– В наличие какой-то волшебной пещеры, в которую проваливаешься, ощупав скалу? Я не психиатр, но, по-моему, тебе надо проконсультироваться именно с этим врачом!

–  Наш договор я считаю расторгнутым, - произнес Арчи, - мы не можем идти дальше вместе с человеком, которому перестали доверять.