– Этого я не знаю.

– Почему он не послал за тобой.

– И этого я не знаю.

– А что, если я прав? Тогда что ты собираешься делать?

– В отношении чего вы правы?

– Что юридически вы с Мораном не женаты.

Грудь Мими стала так бурно подниматься, что возникла угроза того, что верхняя пуговичка на рубашке не выдержит и оторвется, освободив содержимое, то есть ее шикарные груди.

– Теперь, когда я так далеко зашла, я пересеку мост, когда к нему подойду.

И вновь ему захотелось сообщить этой наивной глупышке то, что сообщила ему мисс Спенс о многочисленных «миссис Моран», но и на этот раз он удержался. Мими могла бы просто не поверить и подумать, что он все выдумывает, лишь бы склонить ее «отомстить» мужу изменой. От жаркого солнца, палящего над ними, у него разболелась голова. На лбу выступил пот и ручейками стал скатываться по его щекам. Куда приятнее было находиться в воде, а не на воде. Ласковое покачивание судна было, конечно, приятным. Во всяком случае, одно из его желаний осуществилось: у него было прекрасное судно. Возможно, с его стороны было наглостью мечтать о большем.

То, что Джанис продала старый дом, с ее точки зрения было разумным, потому что ее интересовали только деньги. Теперь он это ясно видел. Джанис была способна продать все, чем владела, включая саму себя, если только покупатель не поскупится и даст хорошую цену. Но если она продала землю Токо, то при чем здесь был Моран и почему она строит какой-то пансионат на участке, которым больше не владеет.

Мими вытащила свою ручку и поинтересовалась:

– Вы долго были женаты на Джанис?

– Около пяти лет.

– Она хорошенькая?

– Очень.

– С красивым телом?

– С превосходным.

– Как у меня?

Он предпринял попытку оценить ее равнодушно, несмотря на то, что на этот раз она находилась от него очень близко.

– Я бы сказал, что в отношении округлостей и впадин, вы сложены весьма и весьма...

– Вы были полковником, когда поженились?

– Да. Меня повысили из майора в Южно-Тихоокеанском воздушном флоте, прежде чем я стал летать на реактивных истребителях.

– Вы были счастливы с ней?

Он не понимал, к чему она клонит.

– Во всяком случае, я так думал. Да, конечно. Мы с ней великолепно ладили, пока меня не послали в Корею.

– Где вас сбили?

У Кейда посуровели глаза. Он вспомнил насмешливые слова Джо Лейвела по этому поводу. Джо не имел права так говорить. Этому шерифу досталось не напрасно. Ублюдок! Жалкий прихвостень, разве он знал, что такое настоящая война? Практически все летчики герои: только одним везет больше, а другим – меньше. Имена многих настоящих героев остались неизвестными. И уж если быть справедливым, то ему Кейду, тяжелее всего пришлось в лагере для военнопленных. Два года ада!

– Над Ялу, – коротко ответил он.

– Она считала, что вы погибли?

– Во всяком случае, пропал без вести во время боевого вылета.

– Пока вы находились в плену, она получила развод?

– Да.

Мими энергично затрясла головой.

– Нет!

– Что «нет»?

Она наклонилась вперед.

– Эта женщина не любила вас. Все время, когда вам казалось, что вы счастливы, она просто спала с вами... Нет, не с вами, а серебряными кленовыми листочками на ваших плечах.

Кейд взглянул на Мими и сразу отвел глаза. До него донесся естественный запах ее тела. Ее молодая плоть выглядела мягкой, теплой и манящей. Его изводил сексуальный голод.

– Возможно, – вздохнул он.

Головная боль усилилась. Блеск солнечных бликов на воде резал глаза. Он резко поднялся, после чего немного постоял, глядя через борт судна на безбрежное пространство вокруг. Зеленая вода манила к себе, обещая облегчение.

– Как ты плаваешь? – осведомился он.

Мими улыбнулась.

– Очень хорошо. Мама обычно называла меня «Дитя воды».

Дурное настроение Кейда не проходило. Ему было безразлично, как мать Мими называла дочь. Безразлично, почему Джанис вышла за него замуж. Все, что ему сейчас требовалось, так это заключить женщину в страстные объятия и взять ее. Он закурил сигарету, пару раз затянулся и швырнул ее за борт. Затем прошел на нос, где у него в шкафчике лежали две пары плавок для купания, которые он приобрел в Корнус Кристи. Одни были красного цвета, другие – желтого. Он протянул желтые Мими.