Николь лежала, не шевелясь, прижав к груди ребенка, она была в полузабытьи и никого не видела. Но Эммет, с лицом черным от копоти, ни на миг не переставала всматриваться в лица, ища хозяйку. Вдруг она издала радостный крик, и в следующее мгновение Джекобина Джермин, заглянув в повозку цыгана, увидела там Арабеллу Аттвуд. К ней тут же потянулось множество дружеских рук. Они бережно перенесли роженицу в один из фургонов, укрыли горой одеял и простыней, чтобы ее не сильно трясло. Наконец наступил момент, когда Николь должна была сказать «прощай» человеку, который помог ее ребенку появиться на свет.

– Эмеральд, – взволнованно зашептала она, – со мной когда-нибудь еще случится такое?

Он улыбнулся своей странной улыбкой:

– Если ты имеешь в виду роды, думаю – да. А если ты говоришь о тоннеле – нет, я думаю – нет.

– Но как ты узнал об этом? О тоннеле.

– Я уже давно о нем знал, еще тогда, когда мы виделись второй раз.

– И ты можешь пообещать мне, что я никогда больше туда не попаду?

Эмеральд кивнул:

– Нет. Теперь, когда ты сделала свой выбор, для тебя многое изменится.

– Что именно?

Он опять улыбнулся:

– Кто это может сказать? Я знаю только то, что знаю. А теперь мы должны проститься. Там на поле еще лежит много умирающих бедняг, которые могут остаться в живых с моей помощью.

Николь схватила его руку и приложила к своей щеке:

– После Марстон-Мура ты спас моего мужа. Ты знал об этом?

– Да, знал, – тихо ответил он и, больше не сказав ни слова, развернул лошадь и поехал к полю боя, лишь помахав ей на прощание рукой.

– Какой он странный, – произнесла Джекобина, глядя на удаляющегося Эмеральда.

Она сидела в фургоне рядом с Николь, держа на коленях Миранду, а Эммет шла рядом.

– Я считаю, что он очень много знает, – сказала Николь.

– Да, он оказался совершенно прав насчет меня и Руперта.

Николь посмотрела на нее с виноватым видом:

– Я до сих пор не спросила тебя о Джоселине. С ним все в порядке?

Джекобина игриво улыбнулась:

– Я думала, ты со своей проницательностью и сама обо всем знаешь, но теперь я вижу, что ты действительно волнуешься. Но я тебя успокою. Он вышел из боя целым и невредимым, а потом чуть не сошел с ума, когда не нашел тебя там, где оставил. Клянусь Богом он обшарил каждый уголок в каждом из этих фургонов, а потом помчался в Лестер, надеясь продолжить поиски там.

– Но мы-то тоже отправляемся туда?

– Да, – успокоила ее Джекобина, – пройдет совсем немного времени, и вы снова будете вместе.

– Слава Богу! – ответила Николь, целуя сына, который только что уснул, насосавшись молока.

Джекобина улыбнулась, она выглядела совсем неплохо, хотя зубы ее стучали, а все лицо стало черным от копоти.

– Он просто красавец и вылитый отец. Ты уже дала ему имя? – спросила Джекобина.

– Да, Эмеральд помог ему появиться на свет, а Эммет – такая замечательная подруга, поэтому я решила назвать его Эмлин, ну, еще, конечно, в честь Уэлша, великого актера.

Джекобина покачала головой:

– Не думаю, чтобы я его знала. Но это просто потрясающее имя – Эмлин Аттвуд. Мне нравится.

– Теперь надо, чтобы оно понравилось еще и Джоселину.

– Я уверена, что ему понравится все, что бы ты ни предложила, – с очаровательной улыбкой ответила Джекобина, потом она закрыла глаза, внезапно почувствовав усталость от стольких волнующих событий прошедшего дня.

– А какое сегодня число? – вдруг взволнованно спросила Николь.

– Четырнадцатое июня 1645 года. А почему ты спрашиваешь?

– Мне помнится, я что-то читала об этом дне.

– Что ты могла читать? – спросила Джекобина, она слишком устала, а поэтому не обратила никакого внимания на странность ее слов.

– Я читала: «… это был не только конец королевской армии, но и конец его царствования».

К счастью для Николь, ее подруга в этот момент уже спала и не могла слышать и осознать этих горьких слов.

Повозки обоза, что совершенно естественно, двигались довольно медленно. Уже начали сгущаться сумерки, а они все еще были в нескольких милях от Лестера. Когда почти совсем стемнело, все услышали звуки, бывшие предвестниками чего-то более страшного, чем застигшая их на дороге ночь. Колонна двигалась по главной объездной дороге, поэтому сначала никто не удивился послышавшимся сзади звукам цокающих копыт. Но было что-то зловещее в поступи всадников, которые приближались так быстро и неотвратимо, что у всех женщин, а их было несколько сотен, сопровождающих повозки, мороз побежал по коже.

– Что это? – спросила Николь, очнувшись от глубокого и спокойного сна.

– Не знаю, – ответила Джекобина, до этого тоже мирно дремавшая.

Но бедняжка Эммет, которая все так же шла возле фургона, немного прихрамывая, вдруг закричала:

– Это целый отряд всадников, миледи! Они приближаются к нам, как ветер.

В следующее мгновение все увидели, кто к ним приближается. Одетые в кожаные куртки, с лицами, закрытыми железными забралами, с мечами наголо, к ним приближались по крайней мере два полка «круглоголовых».