— Посиди еще пару минут, Роланд. Пожалуйста.

Роланд сел, посмотрел на него.

Эдди глубоко вдохнул.

— Бен Слайтман замазан. Он — та самая крыса. Я в этом практически уверен.

— Да, я знаю.

Глаза Эдди широко раскрылись.

— Знаешь? Как ты мог…

— Скажем так, я подозревал.

— Почему?

— Его очки, — ответил Роланд. — Бен Слайтман-старший — единственный в Калье Брин Стерджис, кто носит очки. Пошли, Эдди, дел у нас хватает. Поговорить мы сможем и по пути.

Они не смогли поначалу говорить, потому что тропа была слишком узкой и крутой. Но дальше она расширилась и стала более пологой. И когда они смогли идти бок о бок, разговор возобновился. Эдди рассказал о книге, которая называлась то ли «Доган», то ли «Хоган», об авторе, о путанице на странице копирайта (впрочем, он сомневался, что Роланд понял, о чем речь), добавил, что у него возникли мысли, а не замешан ли в этом и сын. Безумная, конечно, идея, но…

— Я думаю, если бы Бенни Слайтман помогал отцу шпионить за нами, Джейк знал бы об этом, — ответил Роланд.

— А ты уверен, что он не знает? — спросил Эдди.

Роланд помолчал, потом покачал головой.

— Он подозревает отца Бенни.

— Он тебе говорил?

— В этом не было необходимости.

Они уже подходили к лошадям, которые вскинули головы, похоже, радуясь появлению хозяев.

— Он сейчас в «Рокинг Би», — напомнил Эдди. — Может, нам стоит заглянуть туда. Придумать какую-нибудь причину и увезти в дом отца… — Он замолчал, глядя на Роланда. — Нет?

— Нет.

— Почему?

— Потому что Джейк разберется с этим сам.

— Это трудно, Роланд. Он и Бенни Слайтман сдружились. Очень сдружились. Если именно Джейк раскроет Калье глаза на то, что делает отец Бенни…

— Джейк занимается тем, чем должен, — оборвал его Роланд. — Как и все мы.

— Но он еще мальчик, Роланд. Или ты этого не видишь?

— В мальчиках ему ходить недолго. — Роланд сел на лошадь, надеясь, что Эдди не заметил, как лицо перекосило от боли, когда он перебрасывал правую ногу через седло. Но Эдди, само собой, заметил.

Джейк и Бенни Слайтман все утро того же дня скидывали тюки сена с верхних сеновалов трех амбаров «Рокинг Би» на нижние, а потом потрошили их. Во второй половине дня плавали и плескались на отмелях Уайе, избегая глубоких мест, где вода уже заметно остыла.

Между этими занятиями съели ленч в компании дюжины наемных работников (но не Слайтмана-старшего, с раннего утра уехавшего по своим делам на ранчо Телфорда).

— Никогда не видел, чтобы Бен так много работал, — улыбнулся повар, ставя на стол большую тарелку с жареной картошкой, на которую мальчишки тут же набросились. — Ты его загоняешь, Джейк.

Джейк, собственно, к этому и стремился. Он полагал, что Бенни заснет как убитый после того, как все утро они ворочали тюки с сеном, потом плавали, а под вечер еще и по десятку раз спрыгнули с крыши в стог сена. Джейк лишь боялся, что заснуть мог и он. Поэтому вечером, когда закат уже догорал, он взял с собой Ыша и пошел к водяному насосу помыться. Вымыл лицо, побрызгал на зверька, который радостно слизнул с шерсти капельки воды. Потом Джейк опустился на колено, двумя руками осторожно взялся за мордочку ушастика-путаника.

— Послушай меня, Ыш.

— Ыш.

— Скоро я пойду спать, но хочу, чтобы ты разбудил меня, как только встанет луна. Тихонько, ты понимаешь?

— Аешь! — последовало в ответ. Что сие означало, никто, наверное, сказать не мог, но Джейк решил, что ушастик его понял. Потому что верил в Ыша. Или потому что любил его. А может, первое не отличалось для Джейка от второго.

— Когда взойдет луна. Скажи «луна», Ыш.

— Луна!

Это обнадеживало, но Джейк тем не менее установил и внутренний будильник, дабы он зазвенел, когда взойдет луна. Потому что решил пойти туда, где той ночью видел отца Бенни и Энди. Ему не хотелось верить, что отец Бенни как-то связан с Волками, и Энди тоже, а потому следовало разобраться, где правда. Именно так бы и поступил Роланд. Если не по вышеуказанной причине, то по другой.

Двое мальчиков лежали в комнате Бенни. Кровать там стояла одна, Бенни, конечно, предложил ее гостю, но Джейк отказался. В итоге они договорились, что будут спать на кровати по очереди. В эту ночь кровать досталась Бенни, а Джейк улегся на полу, что его только порадовало. Очень уж мягким был у Бенни матрац, набитый гусиным пухом. На куда более твердом полу спалось, конечно, не так сладко, зато вероятность, что ему удастся проснуться с восходом луны, повышалась.

Бенни лежал, заложив руки за голову, уставившись в потолок. Он заманил Ыша на кровать, и ушастик-путаник уже спал, свернувшись калачиком, засунув нос под хвост.