Наир показалось, что в этот раз она уловила ход его мыслей, и с вызовом ответила:

– Я невинна! – девственность, не то, чего стоит стыдиться девушке.

Дракон встал и направился к двери.

– Я спросил не об этом.

Наир осталась недоумевать – ее ответ разозлил его? Разочаровал? Чего он вообще хотел? И за чем спрашивал?

Я еще не знал, кто это будет… Я еще не видел этого, уже зная, что он идет ко мне…

Все меняется.

Меняется время. Меняемся мы. Меняя друг друга…

Единственное, что никогда не меняется.

Я знаю одно: я – последний, кто знает…

С помощью Ифины, Стихоры и Адды, Наир шила себе платье. Материал был очень красивый и очень шел к ее глазам. Сначала женщины не хотели позволять ей самой заниматься работой – она избрана драконом! – а здесь это было вроде того, что бы быть избранной богом, – но девушка настояла, подозревая, что от безделья и вовсе сойдет с ума. Шитье позволяло хоть немного занять руки, если не голову.

Дракон появился как всегда внезапно, и женщины тут же встали: что бы повинуясь плавному едва заметному дозволяющему жесту, снова приступить к работе. Дракон же был более чем бесстрастным, и даже то, что их почтительность заставила его заметить их – выглядело едва ли не оскорбительным.

Наир невольно ощутила раздражение – она успела попробовать и то и другое: ни полное смирение, ни гордыня – не могли найти в ней сочувствия и понимания.

Одна за другой, женщины покидали комнату невзрачными тенями. Наир упорно сосредоточилась на стежках, с неистовой одержимостью следя, что бы они были равными… Нити все-таки спутались в крепкий узел, как она их не дергала, и – наконец просто порвались… Наир в отчаянии смотрела на испорченный рукав…

Дракон по-прежнему никак не реагировал, а девушка была способна думать только о том, что опять заплела волосы. Не разгневается ли он? Вообще, как можно было что-то понять по этому отчужденному от всего лицу?!

И хотя он тоже смотрел именно на ткань, Наир задыхалась под этим взглядом, руки неловко упали на колени. Она чувствовала, что сейчас закричит, если он ничего не сделает – все равно что…

Дракон не двигался, созерцая нечто, ей недоступное. Внезапно для себя, Наир резко дернула шпильки, и освобожденные волосы хлынули на спину, засияв в падающих из окна лучах.

Дракон перевел взгляд на нее, и ей оставалось только соскользнуть на колени, уже проклиная свой странный порыв. Изнемогая от страха и какого-то иного чувства, она подняла голову и увидела, что дракон хоть и стоит рядом – интересуется ею не больше, чем скамейкой, на которой она сидела. Это задело.

– Тебе нравится этот цвет? – неожиданно раздался голос дракона.

Неимоверным усилием воли Наир сдержала слезы.

– Да! – и все же ощутив, что в ее словах содержался чрезмерный вызов, закончила,

– Мне нравится все, что изберете вы…

И снова Наир ждала, склонив перед ним голову… Но дракон не выказывал ни раздражения, ни нетерпения, ни гнева…

– Что ж… – почти неслышно промолвил он.

Тем же жестом, что и два дня назад – только два! – поднимая ее… Твердые подушечки пальцев касались ее так осторожно, а когти слегка щекотали кожу…

– Тебе не обязательно делать это каждый раз. Мне это не нужно.

Наир вспыхнула и разозлилась, как уже не первый раз за это время. Как получается у него говорить так, что не знаешь, чувствовать себя оскорбленной или польщенной?!

– И можешь продолжить работу, если тебе хочется.

Наир разозлилась еще больше – похоже, ему безразлично не только как она его приветствует, но и чем занимает себя. Сама она. При чем на столько, что она вольна располагать собой, как ей вздумается. На миг возникло желание встать и попросту уйти, хотя бы в другую комнату. Но прежде, чем она что-либо сделать, прозвучал следующий вопрос:

– Есть кто-либо, кто дорожил бы тобой?

Наир уже не посмела удивляться какое ему дело до ее привязанностей.

– Нет, – жестко ответила она.

Дракон небрежно кивнул своим мыслям. В этот момент Наир могла равно ожидать и смерти, и приказа покинуть миссию с разрешением забрать половину сокровищ…

– Вы – мой господин…

Дракон склонил голову: быть может – заинтересованно…

– Да, – согласился он, и это слово отозвалось в Наир обманутой надеждой.

Чьей?

Я знал, что именно она приведет ко мне мою судьбу. И ловил себя на мысли, что пытаюсь понять как… Почему именно она – ключ…

За чем?

За чем я хочу этого?

И за чем я все еще живу…

От судьбы, как и от смерти никто не избавлен, как бы долго они не заставляли себя ждать…

Ты можешь бороться, ты можешь покориться – но судьба все равно одна: потому что она и есть выбор…

Каким бы он не был.

Когда он появился в следующий раз, Наир уже даже не пришлось сдерживать дрожь.

Наверное, со смирением подумала она, ко всему можно привыкнуть: и к неволе, и к позору, и к страху…

Она стояла к нему спиной, разбирая и связывая собранные травы в пучки: они будут хорошо пахнуть, и довольно полезны в виде настоев и отваров. Взгляд дракона опутывал пальцы, они вязли в нем, цеплялись друг за друга и замирали… Наир крепче сжала зубы. И на колени она падать больше не собиралась, – сам же сказал, что ему все равно.