Шрифт:
– Убей ее!
– Как? – выкрикнула Дана. Ответа она не расслышала, потому что мимо опять просвистела синяя с золотом молния. На этот раз творению ксальтоуна удалось разорвать щит, и оно едва не дотянулось до Долианы.
Обычный смертный почти не имеет возможности наблюдать за магическим поединком, ибо тот происходит в иной сфере бытия, где сталкиваются призванные враждующими волшебниками духи, сплетаются в схватке заклятия, принимающие облик диковинных существ, или происходит состязание Сил.
Прятавшаяся за барьером Дженна Сольскель в который раз поблагодарила судьбу за то, что ей не довелось стать магичкой. Она не представляла, каким образом совсем юная Долиана Эрде умудряется справляться с мечущимися вокруг призрачными чудовищами. Дженна боялась и не стыдилась признаться в этом. Ее пугали звуки шипящего и ревущего колдовского огня, невозможность шевельнуть рукой или ногой, вид гибнущих и появляющихся вновь жутких созданий, и сознание беспомощности. Она желала Дане и ее приятелям удачи, но ей чрезвычайно хотелось уцелеть самой.
Ниже Зенобии застыли две живые статуи: полуобернувшийся к помосту под замковой стеной Конан и удивленно склонивший голову к плечу Тараск. Дженна видела отблески пламени на вороненом лезвии меча в руках Эльсдорфа и с какой легкостью клинок разрубал дерево и железо, вновь и вновь оставляя короля Аквилонии безоружным.
Рядом с девушкой из Пограничья на полу лежал вытащенный из ножен тяжелый полуторный меч с россыпью синих аметистов на яблоке рукояти. Оружие гномской работы принадлежало Конану, и Дженна уповала, что уж оно-то не сломается, встретившись с клинком Рабирийца, трофеем, случайно доставшимся Тараску Эльсдорфу.
Только сперва ей нужно обрести возможность двигаться и незаметно подобраться к сражающимся. Что случится потом, Зенобия старалась не задумываться. Если она угодит под удар Тараска, ей конец.
На помосте Дана Эрде схлестнулась с удивительно красивым существом, вроде крылатой ящерицы цвета расплавленного золота и летней небесной синевы. Дженна удивленно заморгала, когда ей показалось, будто ноги Долианы не касаются досок эшафота. Точно, не померещилось! Эрде-младшая, окруженная алым мерцанием, пританцовывала в локте от земли, быстрыми движениями швыряя в морду нападающей твари сверкающие ледяные брызги, заставлявшие ту взвизгивать и отступать.
Дженна сжала ладони в кулаки, не замечая, что ногти больно врезаются в кожу. Ящерица взмыла вверх, кружа над встрепанной головой Долианы Эрде и кромсая передними лапами с длинными когтями возникший перед ней густое переплетение зеленых и багряных нитей. Одноглазый маг, вскинув освобожденную от оков правую руку, быстро вычерчивал какой-то слабо светящийся знак. Зенобия сочла, что ксальтоуну и его зверюге сейчас изрядно не поздоровится, и, преодолевая сопротивление ставшего густым воздуха, потянулась к рукояти аметистового меча. Как только она сможет шевелиться, она схватит клинок и перебросит Конану.
Не поймает – сам виноват!
Сине-золотое существо внезапно преобразилось, став похожим на распластанное дымчатое облачко с огнистой каймой по краям. Изгибающаяся тень рванулась вниз, мгновенно окутав Дану с головы до ног и жестом играющего с добычей хищника подбросив вверх. Белое платье исчезло в клубящемся сумраке, и внезапно Дженна поняла – ее больше ничто не держит.
– Эй! – отчаянно завопила она, прыжком вскидываясь на угрожающе качнувшиеся под ней перила. – Лови!
В отличие от кинжалов мечи не приспособлены для метания, и Дженна бросила его на манер боевого топора – снизу вверх. Клинок взлетел, кувырнулся, зацепился навершием за ограждение и упал.
Двое бросились к нему, но Конан успел первым. Схватил, резким поворотом ушел от сокрушительного удара, отбил выпад – гномский меч протестующе взвизгнул, рассыпав сноп радужных искр – атаковал, заставив Тараска поспешно взбежать на следующую площадку лестницы, и попытался войти в рискованный ближний бой, когда раздался короткий, жалобный хруст.
– Ой, нет… – Дженна судорожно схватилась за рукоять собственного клинка, леденея при мысли о возможной схватке с Тараском Эльсдорфом. Аметистовый меч не выдержал, косо переломившись в верхней трети лезвия. Мгновение киммериец с безнадежной оторопелостью смотрел на оставшуюся у него в ладони рукоять с огрызком былого великолепного оружия.
В глазах Тараска вспыхнуло торжество. Черный клинок взлетел, описывая смертоносную дугу. Дженна невольно зажмурилась. Она не увидела, как варвар удивительно быстрым и гибким движением, весь извернувшись, за миг до неминуемой гибели выскользнул из-под удара и внезапно оказался прямо рядом с противником. Тараск даже не успел понять, что произошло: обрубок гномского меча (теперь, увы, похожий скорее на тесак, но по-прежнему острый, как бритва) обрушился на его правую руку чуть ниже локтя.
Дженна услышала удар и тошнотворный скрип, с каким сталь входит в кость. Глухой лязгающий звон означал, что один из противников выронил оружие, только кто? Она ожидала пронзительного вопля, но услышала глуховатый, недоумевающий вой, сразу оборвавшийся и сменившийся тяжелым ударом падающего тела.