– Я бы не сказала, что это продуманный план действий, – произнесла она наконец.

– Возможно, но есть вещи, которые нельзя спланировать, пока мы не изучим Дорчебейн более тщательно.

– Ты уверен, что эта разведка так уж необходима? – Ей не нравилась мысль, что Гэмел и Фартинг будут находиться поблизости от вероломных Броуди без вооруженного отряда.

– Ну, не можем же мы действовать вслепую. Конечно, у нас есть некоторые сведения о количестве и привычках стражников Дорчебейна, но мы будем чувствовать себя увереннее, если немного освоимся на местности, прежде чем подъезжать к воротам.

Все это и впрямь не производило впечатления продуманного плана, но Шайн промолчала. Мужчины имели немалый опыт сражений. К тому же все они выглядели очень уверенными. Что ж, она постарается исполнить свою роль как можно лучше и будет молиться, чтобы их надежды оправдались.

Шайн плотнее запахнула плащ, ежась от прохладного ветерка, крутившегося вокруг стен Данкойла. Стоя у парапета, она смотрела на юг, в сторону Дорчебейна, и молилась. Все, кого она любила, находились теперь в пределах досягаемости Арабел. Близнецов она уже захватила, а Гэмел с Фартингом, отбывшие несколько часов назад, наверняка где-то рядом. От этой мысли Шайн делалось дурно. Звук шагов вывел ее из задумчивости. Обернувшись, она увидела рядом с собой Марго.

– Хочешь вместе со мной поглядеть на Дорчебейн? – поинтересовалась Шайн. – Ничего другого нам пока не остается.

Марго коротко улыбнулась:

– Увидела тебя здесь и подумала, что подруге, возможно, не помешает компания. Но если ты хочешь побыть одна, я не обижусь.

– Да нет. Оставайся. Ночь ясная, но становится прохладно. Скоро и вовсе похолодает. Близится осень, а там и зима не за горами. Господи, и почему я болтаю как заведенная о погоде? Что в этом толку?

– Потому что тревожишься о том, что происходит сейчас в Дорчебейне.

– Пожалуй. – Шайн вздохнула. – Но ведь и у тебя есть повод тревожиться, верно?

– Да, но я стараюсь не давать воли страху. Я боюсь за Мартина. Думаю, что он порядочный человек и уже поэтому может стать жертвой алчности Броуди. В любом случае я не могу ему помочь. Он должен сам выбрать свой путь. Я молюсь, чтобы он сделал правильный выбор и чтобы Броуди дали ему прожить достаточно долго, чтобы он успел его сделать. У меня там только один человек, которого я люблю, хотя, разумеется, меня волнует судьба всех остальных. А тебе приходится думать о братьях, Фартинге и муже. Все, кто тебе дорог, находятся в Дорчебейне или рядом с ним. Я бы не вынесла такого.

– Я все время повторяю себе: Бог не допустит, чтобы Арабел с Малисом победили.

– Конечно, не допустит. – Марго накрыла ладонью руку Шайн, сжимавшую край парапета. – Все, кого ты любишь, вернутся. Справедливость восторжествует. А ты подумала, что будешь делать, когда все кончится?

– Я постараюсь отмыть имя Броуди от скверны и избавить Дорчебейн от мрачной тени, которая столько лет нависает над ним.

– Разве недостаточно устранить тех, кто причинил столько зла?

– Нет. Я их кровная родня.

– Но как ты сможешь исправить такой ущерб?

– Существует много способов. Я не могу воскресить мертвых, но постараюсь искупить другие преступления. В моих силах вернуть то, что было украдено, и очистить имена, которые были запачканы грязной клеветой.

Марго кивнула.

– А как же твой муж, сэр Гэмел?

– Что ты имеешь в виду? – спросила Шайн, слегка напрягшись.

– Даже не знаю. – Марго неопределенно улыбнулась. – Просто у меня возникло ощущение, что ты не собираешься оставаться его женой. – Она помахала рукой. – Не надо ничего говорить. Не представляю, как эта нелепая мысль пришла мне в голову. В любом случае меня это не касается.

Шайн молча уставилась на Марго, пораженная проницательностью девушки. Ей до боли хотелось поделиться с кем-нибудь тем, что она чувствовала. Вздохнув, она прислонилась спиной к парапету и устремила взгляд во внутренний двор крепости. Возможно, ей станет легче, если она поговорит с Марго.

– Ты можешь поклясться, что никому не расскажешь то, что я скажу тебе сейчас? – спросила она.

– Конечно, если ты уверена, что хочешь поделиться со мной.

– Мне необходимо с кем-нибудь поговорить. – Шайн резким движением отбросила волосы назад. – Ты права, я не собираюсь оставаться женой Гэмела.

– Ты его не любишь?

– Да нет, люблю. Теперь я почти уверена в этом. Насколько это возможно, конечно, ведь с тех пор, как мы встретились, у меня не было ни одного мгновения, чтобы спокойно подумать. Впрочем, не важно, что я чувствую к нему или что он чувствует ко мне.

– Но почему? Чувства очень важны. Их нельзя просто так отбросить, – настойчиво возразила Марго. – Как ты отбросила сейчас свои волосы. Что заставляет тебя отказываться от любви, о которой другие только мечтают?