Когда оба драчуна вскочили на ноги, покачиваясь, их усилия также возросли. Райкер потряс головой. Ощутил вкус крови во рту.

– Почему бы тебе не спросить меня о том, о чем ты пришел меня спросить? – прохрипел Райкер.

Монах спрятал руки под одеянием. Райкер застыл. На Променаде были детекторы оружия. Он рассчитывал, что монах будет не вооружен. Как и резерв Райкера.

Грузовой склад заполнился светом. Райкер вздрогнул.

– Не двигайтесь, – объявил голос Дейты.

– Два фазера нацелены на вас.

Монах медленно выпрямился.

– Так вы намекаете, что вы меня накрыли, – сказал он.

Дейта вышел из-за одного из штабелей ящиков. С другой стороны Райкера появился Лафорж. Оба держали в руках фазеры.

– Я хочу видеть ваши руки, – сказал Лафорж.

Райкер испугался, когда монах неожиданно рванул одеяние, и материя слетела с него. Хотя Райкер и ожидал чего-то подобного – поэтому он и устроил засаду, – тем не менее, стоять лицом к лицу с кем-то, кто был так сильно похож на Джеймса Т. Кирка, было похоже на прямой удар. Еще один.

Пикард описывал Райкеру свою реакцию на встречу с Кирком в Нексусе. Это был удар изнутри – видеть во плоти того, кто к тому моменту был уже лишь образом на экране.

Райкер знал, что человек перед ним был подделкой, созданием неизвестной науки. Тем не менее на секунду ощущение чуда коснулось его, когда он подумал, что человек которого он видит – легенда, которую он видит – может быть реальностью.

Самозванец взглянул на Дейту и Лафоржа, не выдавая того, что удивлен, видя их обоих.

Потом он переключил все свое внимание на Райкера.

– Ты тоже меня узнаешь, так? – сказал самозванец.

Райкер внимательно посмотрел на ложного Джеймса Кирка.

– Можно сказать, я узнаю того, кем ты предполагаешься быть.

В поведении самозванца были видны незаурядные способности и самообладание, чего Райкер и ожидал от реального Кирка. Однако на мгновение что-то иное мелькнуло в этих глазах. Невысказанное чувство боли… утраты… Райкер снова пожалел, что с ним не было Дианы. Хотя и у него будет шанс с этим… чем бы он там ни был, и достаточно скоро.

– Скажи, – сказал самозванец. – Кем я… предполагаюсь быть?

– Ты действительно не знаешь? – спросил Дейта.

Самозванец повернулся к андроиду, печально улыбаясь.

– Ты думаешь, я позволил бы загнать себя в эту ловушку, если бы у меня не было серьезной на то причины?

Райкер содрогнулся. Он уже видел эту улыбку, слышал этот тон голоса в столь многих записях журнала капитана, что казалось, что он узнал голос кого-то из своей семьи.

Одно дело скопировать биологическое тело… но воспроизвести так точно тональность и качества личности.

– А что с другим вопросом? – резко спросил Райкер. – О чем вы спрашивали Лафоржа, и Дейту, и Ворфа. Почему вы хотите найти капитана Пикарда?

Как будто что-то живое коснулось самозванца, Райкер увидел, как тело ложного Кирка напряглось и лицо приняло выражение полное ненависти.

– Пикард, – выплюнул самозванец. – Он должен умереть! Я должен его убить!

Потом с яростным рычанием самозванец бросился на Райкера, руки словно клешни – ответ на стихийную ярость, которую Райкер никогда не хотел понимать.

Рефлексы у Дейты были быстрее, чем у Лафоржа и именно его фазер свалил самозванца. Его руки рефлекторно держались за тунику Райкера, но его глаза закатились и, он начал падать, прошептав единственное последнее слово перед тем, как Райкер поймал его и мягко, почти уважительно, опустил на пол.

Трое офицеров секунду постояли над своим невероятным пленником, разделяя немой вопрос. Райкер коснулся коммуникатора.

– Райкер оператору, прошу четверых транспортировать в лазарет.

И хотя транспортер захватил их, прошептанное слово все еще висело в тишине.

Последнее слово, произнесенное самозванцем, перед тем, как фазер поразил его… Слово, мольба, которую использовал бы только Джеймс Т. Кирк…

… Спок…

Райкер почувствовал пробежавший по телу холодок.

И это было не из-за транспортера.

Грузовик остановился примерно в пятидесяти двух километрах к юго-западу от Дарты, столицы Ромула. Обычно Спок бывал более точен в оценке, но Тирал и Снелл поместили тряпичный мешок ему на голову, вынуждая его опираться исключительно на физическое восприятие скорости и изменения направления.