Распорядитель подхватил Царицына под локоть и ласково потащил в сторону: «Простите, любезный друг, ваша дама похищена… таковы правила…»

Царицын не верил своим глазам.

В эту злую минуту к Ване подбежал кто-то, начал легонько теребить за руку и приседать, приглашая на новый круг…

Но Царицын не видел маленькой Аси, не видел, как растерянно и жалко стоит она возле него, понимая, что он не ответил на её приглашение на танец. Он не видел, как вмиг потухли и наполнились слезами красивые Асины глаза, как она опустила голову и побрела по роскошному паркету, всё дальше от него, всё дальше…

Ваня стоял красный от ярости. Грудь его часто вздымалась, он немигающим взглядом смотрел на Лео и президентскую дочь.

Ася тихо отошла в сторону. Потом ещё дальше, в самый угол.

Но вот и ещё одна девушка бежит к Царицыну через весь зал. Она пока ни с кем не танцевала, стояла у дальних колонн, вытянувшись в струну, пожирая Ивана чёрными, бездонными глазами. Наконец, дождалась: Царицын стоял один, растерянный.

Белла Буборц бросилась в атаку.

Однако…

Наперерез влюблённой воспитаннице решительно двинулась, отделившись от стены, любимая учительница Стелла Яновна. Да только что у неё с лицом? Ещё пару минут назад Стелла Яновна была весела и ласкова. С улыбкой поглядывала, как девочки в роскошных туалетах выстраиваются вдоль стены. Подмигивала Беллочке, ободряя.

А теперь…

— Куда?! А ну… наз-зад!.. — учительница вцепилась Беллочке в плечо намертво, больно.

— Я хочу… я буду с ним танцевать, — лепетала Белла. — Мы же условились…

— Исчезни ты, дура, — ненавистно произнесла Стелла Яновна. — Куда ты лезешь с такой рожей, уродка? Мальчик вырос. Ты больше не нужна. Видишь, у него новая любовь… Так что вали отсюда и чем быстрее, тем лучше.

— Что?! — Беллочка задохнулась от нахлынувшего изумления и бешенства.

Но не так легко остановить девушку, которая знает, чего хочет!

Белла с трудом выдернула локоть из цепких пальцев и бросилась вперёд. Стелла Яновна пристально и как-то зло поглядела ей вслед. Зрачки учительницы расширились, лицо на миг побелело до неприятной голубизны.

И вдруг…

Беллочка оступилась. На ровном месте! Каблучок обломился! Если бы не галантные нахимовцы, она растянулась бы при всём честном народе на роскошном дворцовом паркете.

— Наколдовала, ведьма… — прошелестела Белла с ненавистью. — Ну ничего, мразь… я матери скажу, тебя по статье уволят!

Стелла Яновна раскрыла щёлочку рта, гадкий хохот растворился в грохоте мазурки. Потом колдунья с презрением отвернулась от Беллочки Буборц и вновь уставила внимательный взор на стройного юношу в чёрном кадетском мундире, застывшего, как зверь перед прыжком, как пойнтер в бешеной стойке.

Иван Царицын не видел, не слышал, не чуял — ни Беллочки, ни Стеллы Яновны. Он глядел в дальний конец огромного зала, туда, где кружились юный волшебник и дочь президента.

Не чувство симпатии к удивительной девочке разгоралось в нём. Нет.

Это разгорался, вызревал в душе план военных действий.

Ах, много Ванька отдал бы, чтобы слышать, что нашёптывает ей на ушко пройдоха Рябиновский!

А пройдоха Рабиновский сообщал президентской дочке «роскошную» новость:

— Я говорил с продюсером… показывал ваши фотопробы. Все без ума поголовно! Они предлагают вам роль!

— Неужели! — девочка засветилась счастьем. — Милый, милый Лео! Вы, правда, волшебник!

— Остаётся уговорить вашего папу… Надеюсь, он разрешит вам играть под вымышленным именем… А если нет, я его заколдую!

Смеётся, счастливая златокудрая Василиса. А Лео шепчет жарко, с упоением:

— Вы прирождённый талант, Алиса… Ханукаин хочет встречи с вами немедленно!

— Мы уговорим отца!

Бушует фонтан мазурки. Вот их, щебечущих, несёт на Царицына, как на ледяной и немигающий маяк. Круг на исходе, сейчас Лео дотанцует президентскую дочку до стула… Ну, уж нет!

Царицын отделился от колонны и решительно, стуча каблуками, пошёл прямо через зал на распорядителя, отважно пересекая бурлящее пространство мазурки. Конечно, это было нарушение.

— Запишите мой пароль, — звенящим голосом сказал он послушно присевшему распорядителю. — Маска и магия.

Вот подлетают они, смеющиеся, разгорячённые танцем, девочка весело падает на стул, а ненавистный Лео уже что-то нашёптывает ей.

Ах, подлец, он тоже назвал качество! Кадет Царицын, сжимая кулаки, шагнул ближе…

— Итак, сударыня… — распорядитель изящно поклонился президентской дочери. — Каким качеством вы хотите обладать?

— А каков нынче выбор? — закинула голову.

— Гений и гордость! Поэма и прелесть! Ум и удача! Она слушает, снисходительно склонив головку набок.