Ему понадобилось не больше десяти минут, чтобы найти Звайде, одного из слуг-африканцев. Кемоза часто жаловался на него, говоря, что тот не только ленив, но и плохо обращается с женой. В конце месяца Звайде должен покинуть поместье, и Каленберг решил, что его смерть никого не огорчит.

Звайде сидел на корточках и дремал. Заметив приближающегося Каленберга, торопливо поднялся, схватил шланг, начал усердно поливать цветочную клумбу.

– Говорят, ты уезжаешь в конце месяца, Звайде? – Каленберг поправил полог.

Африканец молча кивнул.

Каленберг протянул руку с перстнем.

– Желаю удачи. Пожми мне руку.

Звайде, чуть замешкавшись, выполнил приказ. Каленберг крепко сжал его руку, не сводя глаз с лица Звайде. Обреченный вздрогнул. Каленберг проехал несколько метров, оглянулся.

Звайде удивленно смотрел на руку, затем поднес ее ко рту.

Значит, игла, как и прежде, царапала кожу. Через двенадцать часов Каленберг узнает, несет ли перстень смерть.

На поляне Гея услышала, как взревел мотор вертолета, закрутились лопасти, стальная махина медленно поднялась над землей.

– Подождите! – закричала Гея. Гэрри не слышал, через мгновение вертолет скрылся за деревьями.

Кен и Темба поставили палатку и тоже наблюдали за отлетом.

– Почему он не подождал меня? – Гея надула губы.

Кен улыбнулся.

– Узнаете у Гэрри, когда он вернется. А где ваш приятель?

– Купается.

Кен посмотрел ей в глаза:

– Что-нибудь случилось?

– Пустяки. Я все уладила.

Кен восхищенно оглядел женщину.

– Будьте осторожны. Он опасен… Мы с Темба позаботимся о вас. – Кен вытащил из «Лендровера» спальные мешки. – Я положу ваш между моим и Гэрри. Темба ляжет рядом со мной. Потом Феннель.

Гея кивнула.

– Это только на одну ночь, не так ли?

– Да, для меня и Феннеля, а для вас с Гэрри на две. – Кен взглянул на мчащиеся по небу облака. – Чем скорее мы выедем, тем лучше. Если зарядят дожди, дорога превратится в болото. Положитесь на Гэрри. Он – отличный парень.

– Я знаю.

Темба разжег костер. Кен занес спальники в палатку и, подойдя к «Лендроверу», взял «спрингфильд» и патроны.

– Хочу подстрелить парочку цесарок на ужин. Пойдете со мной?

– Конечно.

На поляне Феннель застал лишь Темба у костра. Достав из рюкзака сухую одежду, Лью переоделся, сел на деревянный ящик с консервами, закурил: он отомстит этой девке.

Не успел Феннель выкурить сигарету, как вертолет опустился. Гэрри выпрыгнул из кабины, подошел к костру.

– Прелесть! Летает, как птичка. – Пилот потер руки.

Феннель взглянул на Гэрри, что-то пробурчал.

– Где остальные?

– Откуда я знаю? – Феннель пожал плечами.

– Как насчет пива?

– Не откажусь.

Пока Гэрри откупоривал бутылки, появились Гея и Кен. У охотника на поясе болтались четыре тушки.

– Почему вы не взяли меня? – Гея разыгрывала возмущение.

– В пробный полет пассажиров не берут.

Кен передал птиц Темба, африканец отнес дичь к костру.

– Неплохо поужинаем. – Охотник опустился на траву. – Поговорим о деле, Лью. Мы двое и Темба выедем завтра, как только рассветет… около четырех утра. Возьмем ружье и дробовик. – Кен взглянул на Гэрри: – Вы умеете обращаться со «спрингфильдом»?

– Не пробовал. – Пилот потянулся к костру.

– Я умею, – вмешалась Гея. – Я подстрелила для вас цесарку, Гэрри.

Феннель зло глянул на Гею, и Гэрри и отвел взгляд.

Кен продолжал:

– Вы останетесь еще на один день. Послезавтра вы должны вылететь в поместье Каленберга. – Охотник подхватил прут, начертил на песке круг. – Я говорил с Темба. Он провел в поместье два дня. – Кен замолчал, взглянул на прикуривающего Феннеля: – Вы слушаете, Лью?

– Я не глухой, – огрызнулся бандит.

– Этот круг – поместье Каленберга. Темба говорит, что зулусы тщательно охраняют подходы с юга, запада и востока. Северный участок считается непроходимым, но Темба побывал там и считает, что при удачном раскладе можно проехать. Там есть один действительно сложный отрезок, но в крайнем случае его мы преодолеем пешком. Северная дорога – единственный шанс.

– Сколько понадобится идти? – Феннель подумал о неподъемном мешке с инструментами.

– Не меньше двадцати миль.

– Но если повезет, мы поедем?