– Ты хочешь сказать, что я тешу себя самообманом?

– Папочка, я совсем не порицаю тебя. Но согласись, что все это притянуто за уши.

Теперь Рейфорд по-настоящему рассердился.

– Как это притянуто за уши, если исчезают люди, а одежда остаетсз? Кто еще способен на такое? Раньше мы все валили на русских, говорили, что они изобрели какие-то новейшие технологии, лучи смерти, которые поражают только живую плоть. Но теперь больше не существует советской угрозы, и у русских тоже исчезают люди. И как это делается, как происходит отбор, кого взять, а кого оставить?

– Ты говоришь, что самое разумное объяснение – это, что Бог взял Своих и оставил остальных?

– Именно это я хочу сказать.

– Папа, я не хочу этого слышать.

– Хлоя, посмотри, наша семья – типичный пример того, что случилось. Если я прав, то вполне логично, что двое исчезли, а двое остались.

– Ты считаешь меня большой грешницей?

– Послушай, Хлоя. Кем бы ни была ты, но я – грешник. Тебя я не сужу. Если я прав, мы что-то упустили. Я всегда считал себя христианином, главным образом потому, что был так воспитан и не был иудаистом.

– И теперь ты заявляешь, что ты – не христианин?

– Я думаю, что христиане оставили нас.

– Выходит, и я тоже – не христианка?

– Ты – моя дочь и единственный оставшийся со мной член моей семьи. Я люблю тебя больше, чем кого-либо еще на земле. Но если ушли христиане, то я считаю, что никто из оставшихся – не христианин.

– Ты хочешь сказать, что это были своего рода суперхристиане?

– Да, просто подлинные христиане.

– Папочка, но в этом случае, что представляет собой Бог? Больной диктатор-садист?

– Осторожно, дорогая! Ты считаешь, что я не прав. А если я прав?

– Тогда Бог – злопамятный, мерзкий, подлый. Кто захочет отправиться на небеса к такому Богу? – Если там твоя мама и Рейми, то я хочу туда, к ним.

– Папочка, я тоже хочу быть вместе с ними! Но скажи мне, как это связать с любящим, всепрощающим Богом? Когда я ходила в церковь, я устала от бесконечных проповедей о том, какой любящий у нас Бог. Он ни разу не отозвался на мои молитвы, я ни разу не почувствовала, что Он помнит обо мне, заботится обо мне. Теперь ты говоришь, что у меня все было в порядке. А Он так не считает. Я не получила Его аттестата и была оставлена здесь. Лучше тебе думать, что ты не прав.

– Но если я не прав, то кто же прав, Хлоя? Где они? Где все?

– Ты ухватился за идею о небесах, потому что так тебе легче. Но мне от этой идеи только хуже. Я ее не принимаю, не хочу даже говорить о ней.

Рейфорд прекратил этот разговор и включил телевизор. Возобновились некоторые обычные программы, но он поискал сводку новостей. Его поразило, что он услышал странное имя нового румынского президента – Карпатиу, о котором он недавно читал. Он должен был прибыть в субботу в Нью-Йорк в аэропорт "Ла-Гардиа" и дать пресс-конференцию в понедельник, до выступления в ООН.

Итак, аэропорт "Ла-Гардиа" открыт. Предполагалось, что Рейфорд полетит туда в понедельник вечером, рейсом, на который уже были распроданы все билеты. Он позвонил в "Панкон".

– Хорошо, что вы позвонили, – сказал диспетчер, – я уже собирался сам это сделать. У вас не просрочена аттестация на семьсот пятьдесят седьмые?

– Я летал на них, но мне больше нравятся семьсот сорок седьмые, так что в этом году я не проходил аттестацию на пятьдесят седьмые.

– Тогда это все наши рейсы на конец недели. Придется взять кого-то другого. А вам нужно поскорее пройти аттестацию, чтобы у нас были возможности для маневра.

– Принято к исполнению. Когда у меня следующий рейс?

– Вы хотели в понедельник в Атланту и обратно в тот же день?

– На…

– На сорок седьмом.

– Прекрасно. Скажите, не найдется ли свободное место на этом рейсе?

– Для кого?

– Для члена семьи.

– Сейчас посмотрю.

Рейфорд слышал стук клавиатуры и смущенный голос.

– Пока я тут смотрю, я хочу сказать, что поступила просьба от члена экипажа на ваш ближайший рейс. Я думаю, она имела в виду, что вы полетите сегодня, из "Логана" в "Кеннеди" и обратно.

– Кто это? Хетти Дерхем?

– Сейчас посмотрю. Правильно.

– Значит, она назначена на рейс в Бостон и Нью-Йорк?

– Н-да.

– А я – нет, так что вопрос повис?

– По-видимому, так. А как бы вы хотели?

– Не понял?

– Я думаю, что она еще будет звонить. У вас есть возражения по поводу того, чтобы назначить ее на один из ваших ближайших рейсов?

– Ладно, но только пусть это будет не рейс на Атланту. Это будет преждевременно.

– Хорошо. Рейфорд вздохнул.