Без шуток. VIP-персоны. Гарибальди уже устал слышать это слово так часто. С другой стороны, это была Талия Винтерс. Поздно вечером, в таком веселом настроении. Возможно ему повезет.

"Красный-3, вы сказали?" Он зевнул и проверил свой PPG, висящий на поясе. "Закажите мне чашечку кофе – я сейчас буду."

Начало положено, подумал Гарибальди, застегивая воротник и, сутулясь, выходя из двери.

"Вот и все," со вздохом сказала Иванова. "Станция теперь ваша, майор Атамбе."

Ее заместитель кивнул и занял свой пост перед главным иллюминатором рубки. На причалах царило затишье – только два корабля готовились покинуть станцию и пройти через гиперворота. На станции все было спокойно. Иванова задержалась в дверях и обернулась.

"Когда должен прибыть следующий транспорт с Земли?"

Майор Атамбе открыл судовой журнал. "В семь ноль-ноль," ответил он.

Она кивнула головой. "Я вернусь к этому времени. Мы же не хотим лишиться кого-нибудь из наших VIP-персон, не так ли?"

Иванова быстро прошла через дверь и направилась к лифту, который доставил бы ее в ее скромное жилище. Она мечтала лечь в свою кровать, самую прекрасную во Вселенной вещь, которая у нее была. Это была не какая-то особо выдающаяся кровать – обычная односпальная кровать, очень прочная – но она была ее убежищем, ее спасением. Не важно какие безумства творились вокруг Сьюзан, она всегда могла свалиться в эту постель, найти там покой и незамедлительно погрузиться в сон.

Иванова принялась думать о замечательном отпуске, который она запланировала. Только бы все удалось. Она провела бы этот отпуск, лежа в кровати столько времени, сколько ей захочется. Коммуникатор, будильник, компьютер, все что могло ее разбудить, было бы запихано в дальний ящик стола. Возможно, мог бы приходить официант и приносить ей конфеты и другие сладости, но ничего кроме этого. Она только бы и делала, что спала. А если бы проснулась, то осмотрелась бы вокруг, убедилась, что все еще благополучно находиться в кровати, затем повернулась бы на другой бок, чтобы вновь погрузиться в сон.

Она рассмеялась про себя. Что всегда говорил ее дедушка? "Вы можете заставить еврейскую женщину сделать в постели все что угодно, но вам не удастся разбудить ее." Сьюзан вспомнила, что ее бабушка за все шестьдесят-три года супружеской жизни так и не научилась готовить еврейский суп с клецками.

Ну, подумала Иванова, я также не знаю, как приготовить еврейский суп с клецками. К сожалению, в ее окружении не было никого, кто мог бы сварить для нее этот суп.

"Сьюзан," раздался голос.

Она замерла как вкопанная посреди пустынного коридора, чувствуя как по спине бегут мурашки. Какая-то фигура вышла из тени, но этот человек не пытался подойти ближе.

"Привет, Сьюзан," сказал мистер Грей, растягивая тонкие губы в улыбке.

"Грей," бросила она резко и ускорила шаг, проходя мимо него.

Он побежал за ней. "Сьюзан, пожалуйста, я только хочу поговорить с вами!"

"Мне запрещено с вами разговаривать. Приказ капитана." Она нажала кнопку и принялась ждать лифт.

Грей отчаянно взмахнул руками. "Сьюзан, мне ничего от вас не нужно, честно."

"Тогда уходите. Где этот идиотский лифт?"

Дверь открылась, и она вошла внутрь. К ее досаде, Грей последовал за ней. Теперь они были одни, заключенные в узком пространстве лифтовой кабины.

"Палуба восемь," сказала Иванова, затем поднесла ко рту коммуникатор. "Если вы будете продолжать надоедать мне, я вызову охрану."

"Надоедать вам?" возмутился Грей. "Я только сказал привет!" И он с таким видом уставился на дверь, словно у него тоже не было никакого желания разговаривать с Ивановой впредь.

"Привет," раздраженно сказала она.

"Я просто хотел рассказать вам о своей новой квартире," произнес Грей. "Она находится в Берлине."

Иванова посмотрела на него. "Берлин. Я поражена. Вы не похожи на авангардиста."

"Вы плохо меня знаете, не правда ли?" спросил Грей. "Вы наверно думали, что все телепаты живут в каких-то средневековых темницах?"

"Да."

Грей негромко рассмеялся. "Только некоторые из них. Большинство живет в гостиницах, военных бараках или металлических коробках, таких как эта.