Шрифт:
– Каким образом?
– Мы сбежим на ее орнитоптере. Он в любое время к нашим услугам.
– Ты доверяешь ей?
– Ничего другого не остается… Видишь ли, у Мелиадуса не было времени разыскивать Майгана из Лландары – по счастливой случайности он задержался именно из-за нашего приезда. Но барон знает по крайней мере о том, что Тозер выведал секрет у какого-то старика на Западе и намерен найти его. Так что у нас есть шанс первыми добраться до Майгана. Часть пути мы проделаем на орнитоптере Фланы – я умею управлять им – а дальше пойдем пешком.
– Но у нас нет ни оружия, ни подходящей одежды!
– Оружие и одежду нам предоставит Флана, маски – тоже. У нее в гардеробе хранятся тысячи трофеев, оставшихся от прошлых побед.
– Мы должны немедленно к ней отправиться!
– Нет. Мы должны дождаться ее возвращения.
– Почему?
– Потому, мой друг, что Мелиадус может еще спать в ее покоях. Имей терпение… И молись, чтобы нам и дальше так везло!
Вскоре Флана вернулась, сняла маску и поцеловала д'Аверка – смутившись, как молоденькая девушка. Ее взгляд подобрел, в нем исчезло выражение охотничьего азарта, словно в д'Аверке она нашла нечто для себя новое – может быть, нежность, так несвойственную мужчинам Гранбретании.
– Он ушел… – сказала она. – Гьюлам, я чуть с ума не сошла! От желания задержать тебя, оставить здесь, рядом со мной. Многие годы я ощущала какую-то пустоту в душе, которую не могла заполнить. Тебе почти удалось это…
Д'Аверк наклонился, коснулся губами ее губ и искренне ответил:
– И ты, Флана, ты тоже кое-что дала мне…
Он неуклюже выпрямился, надел тяжелые доспехи и свою высокую маску.
– Идем, надо торопиться, пока во дворце все спят. Хоукмун накинул балахон, и вновь оба превратились в странных, так непохожих на людей послов Краснокитая.
Выйдя из покоев, Флана повела их мимо стражников-Богомолов (которые, впрочем, тут же последовали за ними на почтительном расстоянии) по ярко освещенным извилистым коридорам к своим апартаментам. У дверей она велела охране оставаться снаружи.
– Но они же доложат, что мы здесь, – сказал д'Аверк. – Флана, тебя заподозрят!
Флана приподняла свою маску Цапли и улыбнулась:
– Нет.
По ворсистому ковру она подошла к полированному комоду, отделанному бриллиантами, и, подняв крышку, достала длинную трубку, к одному концу которой был прикреплен мягкий шарик.
– В этом шарике ядовитый газ, – сообщила она, – от которого человек теряет рассудок, начинает бесноваться, а потом умирает. Так что перед смертью стражники будут метаться по коридорам, и никто не узнает, что они были около моих покоев. Этот яд еще ни разу меня не подводил!..
Она говорила об убийстве с такой легкостью, что Хоукмун содрогнулся.
– Поэтому все, что мне надо, – продолжала она, – это сунуть трубку в замочную скважину и сжать шарик.
Флана положила свое оружие на крышку комода и провела беглецов через несколько шикарных, броско обставленных комнат в помещение с огромным окном, выходящим на широкий балкон. На балконе, аккуратно сложив крылья, стоял орнитоптер Фланы, похожий на грациозную серебристо-красную цаплю.
Графиня быстро прошла в другую часть комнаты и отдернула занавеску. Там, на длинной вешалке, находились ее трофеи – одежды, маски и оружие всех ее покойных мужей и любовников.
– Возьмите все, что вам нужно, – прошептала она. – И поспешите.
Хоукмун выбрал узкие штаны из черной оленьей кожи, синий бархатный камзол, кожаную, отделанную парчой перевязь с мечом и длинным, отлично сбалансированным кинжалом и маску убитого им Азровака Микосеваара – свирепую маску Стервятника.
Д'Аверк надел ярко-желтый костюм, высокие сапоги из оленьей шкуры, узкие штаны, как у Хоукмуна, и блестящий голубой плащ. Он тоже выбрал маску Стервятника, полагая, что двое людей из одного ордена, путешествующие вместе, привлекут к себе меньше внимания. Теперь их нельзя было отличить от высокородных дворян Гранбретании.
Флана открыла окно, и они вышли на балкон – в холодное туманное утро.
– До свидания, – прошептала она. – Я должна вернуться к стражникам… До свидания, Гьюлам д'Аверк. Надеюсь, мы еще встретимся.
– Я тоже надеюсь, Флана, – ответил д'Аверк с необычной для него теплотой в голосе. – До свидания…
Он забрался в кабину орнитоптера и завел мотор. Хоукмун поспешно сел сзади.
Забились крылья, с металлическим скрежетом аппарат поднялся в серое небо Лондры и повернул на запад.
ГЛАВА 13
КОРОЛЬ ХЕОН В ГНЕВЕ
Раздираемый противоречивыми чувствами, барон Мелиадус вошел в тронный зал, и, стараясь не выказать владевшего им раздражения, начал долгий путь к Тронной Сфере. Сегодня молочно-белая жидкость в Сфере волновалась сильнее обычного, и это еще более встревожило барона. Когда он узнал об исчезновении послов, то пришел в ярость. Одновременно его страшил гнев монарха и терзало желание броситься на поиски старика, который должен был открыть ему способ, как достичь замка Брасс.