Аккуратно разобрав поленья, чтобы не производить лишнего шума, я осмотрел закоченевший труп. В районе груди, справа, зияло маленькое пулевое отверстие. Кровь не успела как следует свернуться, из чего я сделал вывод, что убили его не так давно и умер он от сквозного ранения легкого (как сказал бы опытный эксперт-криминалист) – судя по тому, что на губах запеклась розовая пена.

В голове промелькнула сумасшедшая идея – в последнее время меня не посещали нормальные, – и я, взвалив труп на плечи, потащил его к новенькой «Тойоте». Сорвав с сидений велюровые чехлы, я обмотал ими покладистого Андрея и затолкал тело в багажник.

На обратном пути пришлось навестить отдыхающего бычка и на всякий случай еще разок стукнуть его по макушке, чтобы он не проснулся раньше времени.

Хотя последняя предосторожность была явно излишней – крепыш вряд ли обладал хорошим здоровьем.

Оказавшись в знакомом предбаннике, я осторожно приоткрыл левую дверь и учтиво поздоровался с медвежьим чучелом, пожав ему лапу.

Спальня оказалась пуста, но я и не ожидал сразу наткнуться на того, ради кого я сюда приехал и уже успел наломать дров, – если учесть треснувшее пополам березовое полено.

Методично, с дотошностью конторской крысы я принялся обшаривать комнату в поисках волшебного чемоданчика с кораблевскими деньгами. Но было бы верхом наивности надеяться найти их в этой конуре.

Когда я уже добрался до высокого шкафа, за моей спиной распахнулась дверь и в комнату вошел низкорослый лупоглазый атлет в просторных шортах и обтягивающей мускулистую грудь маечке с веселенькой расцветкой.

Воззрившись на меня вытаращенными глазами, он раздраженно спросил:

– Ты кто?

– Я-то знаю, кто я, а вот что ты за фрукт такой? – Моей наглости не было предела, но, увидев, что парень слегка стушевался, я продолжил напирать: – Во-первых, нужно стучать, когда входишь в чужую комнату, а во-вторых, у меня могла быть дама, что ты на это скажешь?

Лупоглазый обвел ищущим взглядом тесную комнатушку, по-видимому, прикидывая, где прячется эта самая дама, но тут же ошалело произнес:

– Да ты чего, козел, издеваешься надо мной?

Бороды, копыт, а тем более рогов у меня не наблюдалось, но почему-то я у многих незнакомцев ассоциировался с этим млекопитающим – обидно, честное слово.

Вынув ствол, я навел его на очумевшего грубияна, сопроводив это коротеньким предупреждением:

– Про Джека-Потрошителя читал?

Незадачливый собеседник кивнул, испуганно пялясь в слепой зрачок пистолета.

Мне же осталось только добавить:

– Так вот – это я.

Пока парнишка переваривал новую для себя, хотя и для меня, честно говоря, тоже, информацию, я бережно уложил его на широкую кровать лицом вниз и стукнул массивной рукояткой по покатому темени. Оставив парнишку мирно почивать, я торопливо покинул спальню, перебравшись в комнату с видеоаппаратурой.

Здесь меня ждало такое же разочарование, как и в предыдущей комнатушке. Разве что не было настырных грубиянов.

Дальше я направил стопы в длинный коридор с крутой лестницей на второй этаж. В верхнее помещение я уже шел по следам, как опытный следопыт. То, что наверху женщина, я понял сразу, все по тем же следам – на ступеньках были разбросаны женские вещи, а точнее, нижнее белье.

Моим глазам открылось прелюбопытнейшее зрелище банального человеческого соития: не утруждая себя вычурными позами и всевозможными половыми извращениями, кровать сотрясала голая парочка.

И кто бы вы думали играл первую скрипку в этом дуэте?

Обхватив широкие бедра партнерши, стоящей в излюбленной позе наших четвероногих друзей, напряженными пальцами, капитан Прелясковский собственной персоной усиленно трудился над продолжением рода человеческого.

– Артурчик, – ласково проговорил я, – зачем такая интенсивность? Ты же не уголь добываешь, а прикасаешься к великому и прекрасному. Послушай доброго совета опытного ловеласа – сбавь обороты. Вот всему вас надо учить, эх! Молодежь-молодежь…

Прелясковский смотрел на меня, как на призрака. Разумеется, от его любовного азарта не осталось и следа, внешний лоск сошел вместе с прерванным наслаждением.

Довольный произведенным эффектом, я с удовольствием поигрывал ребристой рукояткой, готовый в любую секунду нажать на спусковой крючок.

Целомудренно прикрыв разнузданное хозяйство волосатыми ладонями, Артур потянулся за вещами, но я прервал его короткой фразой:

– Не надо шума, товарищ капитан. Будьте так любезны остаться в таком виде, в каком я вас застал.