— Так.

— Вы воспользовались этой уликой? Пригласили в качестве свидетелей мистера Йейтса, директора школы Руди, или мистера Дрэгона, хозяина магазина, где он работал, как поступил на нашем процессе мистер Тобин?

— Нет.

— Разве это не принесло бы пользы защите? — Джек понятия не имел, куда клонит адвокат.

— Вероятно, принесло бы.

— Вы не вызвали их в силу того, что в тот период много пили?

— Скорее всего.

Джимми Дикарло взял отчет коронера:

— Вот отчет коронера, который во время допроса выставившей стороной вы охарактеризовали как неполный. Настолько неполный, что ничего подобного вам не приходилось встречать в своей предыдущей практике. Вы обратили на это чье-нибудь внимание во время суда над Руди Келли?

— Нет.

— Вы спросили коронера, когда он выступал в качестве свидетеля, где находится другая часть его отчета — и конкретно результаты токсикологической экспертизы?

— Нет.

— Прокурора штата мистера Эванса?

— Нет.

— Не сделали этого, потому что в то время сильно выпивали?

— Вероятно.

— Вы писали апелляции от имени осужденного Руди Келли?

— Нет.

— Но предполагали, что последует хотя бы одна апелляция?

— Похоже, предполагал.

— Похоже? Вы слышали хотя бы об одном процессе, когда обвиняемого приговорили к смертной казни, но потом не следовало ни одной апелляции?

— Не слышал.

— То есть вы знали, что апелляция будет?

— Знал.

— Вы признавались письменно или устно под присягой, что были неправоспособны, когда представляли Руди Келли?

— Нет.

— Ни разу с тех пор, как он был осужден и до самой его казни?

— Ни разу.

— Не кажется ли вам, что вы больше, чем кто-либо другой, повинны в его смерти?

Настала очередь вмешаться Джеку:

— Протестую, ваша честь. Здесь судят не мистера Петерсона.

— Протест отклоняется. Свидетель, отвечайте на вопрос.

— Вероятно, так. — Чарли сгорбился еще сильнее, его подбородок едва не касался груди.

— Вас не обвиняли в совершении преступления?

Джек снова вскочил на ноги:

— Протестую!

— Протест принят. Свидетель не обязан отвечать на данный вопрос, — заключил судья Стэнтон.

— Ваша честь, к этому свидетелю вопросов больше не имею, — презрительно бросил Джимми и, повернувшись к Петерсону спиной, прошествовал на свое место.

— Повторный допрос выставляющей стороной? — спросил судья.

Джек колебался, но всего лишь мгновение.

— Мистер Петерсон, Клей Эванс знал о ваших проблемах со спиртным до начала суда над Руди Келли?

— Знал.

— Почему вы беретесь это утверждать?

— Время от времени он кое-что говорил мне сам.

— Например?

— Как-то сказал, что слышал, что я был неплохим адвокатом до того, как пристрастился к бутылке. В другой раз заметил, что клиент, которого я берусь защищать, может распрощаться с волей.

— Это все до процесса над Руди Келли?

— Да.

— Следовательно, обвиняемые сделали ставку на ваше пристрастие к спиртному?

— Протестую!

— Протест принят. Свидетель не должен отвечать на этот вопрос. — Но Джек уже добился всего, чего хотел, — заронил мысль в сознание присяжных. «Что сказано, то сказано», — вспомнил он фразу Джимми.

— Ваша честь, вопросов больше не имею.

— Мистер Петерсон, вы свободны. Обвинитель, приглашайте вашего следующего свидетеля.

Джек посмотрел на судебного пристава. Тот покачал головой, давая понять, что Мария еще не приехала.

— Ваша честь, разрешите подойти.

— Прошу, — махнул рукой Стэнтон.

Джек вновь стал настаивать на показе видеозаписи с признанием Джеронимо Круза.

— Судья, кроме этой пленки, у меня всего один свидетель, и ее пока нет. У нас не было времени заняться признанием фактов. Видеозапись длится всего тридцать четыре минуты. Берусь предположить, что соглашение между сторонами относительно фактов и перенос текста на бумагу, чтобы в последующем зачитать его присяжным, займет вдвое больше времени. Пользуясь аргументом мистера Дикарло, хочу заметить, что просмотр видеозаписи лишь ускорит нашу работу.

Судья был не в настроении устраивать долгие споры.

— Хорошо, мистер Тобин, запускайте пленку. Но учтите, к тому моменту, когда закончится просмотр, ваш свидетель должен быть здесь. Если смысл просмотра заключается в том, чтобы сделать нашу работу эффективнее, я не позволю ни на одну секунду из-за опоздания свидетеля задержать заседание. Я ясно выразился?

— Да, ваша честь.

Установив телевизор перед скамьей присяжных и включив воспроизведение, Джек подозвал сидевшую в заднем ряду Пат: