Дуантия выразительно приподняла брови и, проследив за взглядом Калоны, посмотрела на меня. Мне показалось, будто глаза ее слегка расширились от удивления.

— Зои Редберд. Совет предоставляет тебе слово.

Меня бросило в жар, потом в холод. Или наоборот, я уже не помню. Зато помню, как с трудом оторвала глаза от Калоны, чтобы взглянуть на членов Совета.

— С-спасибо. Счастливо встретиться, — пролепетала я.

— Счастливо встретиться, — ответила Дуантия и невозмутимо добавила: — Наша сестра, Ленобия, поставила нас в известность о том, что во время отсутствия Неферет ты была провозглашена Верховной жрицей Дома Ночи города Талса.

— Разве может недолетка быть Верховной жрицей? — спросила Неферет. Она была в бешенстве, но смотрела на меня со снисходительной улыбкой, словно на сопливую малявку, которую застукали за примеркой маминых вечерних туалетов. — Я продолжаю оставаться Верховной жрицей Дома Ночи Талсы.

— Нет, если Совет вашего Дома Ночи освободил вас от этой должности.

— Появление Эреба и смерть Шекины потрясли наш Дом Ночи, тем более что этим событиям предшествовало зверское убийство двух наших преподавателей, павших от рук местных людей! Мне грустно признавать это, но члены Совета нашего Дома Ночи утратили присущее им здравомыслие.

— Никто не будет отрицать, что Дом Ночи Талсы пережил страшные потрясения. Тем не менее мы признаем неотъемлемое право членов его Совета назначить новую Верховную жрицу, хотя появление недолетки на этом высоком посту кажется всем нам весьма необычным.

— Но перед нами совершенно необычная недолетка, — негромко сказал Калона.

В его голосе слышалась теплая улыбка, но я не посмела взглянуть в его сторону.

Слово взяла еще она жрица с горящими темными глазами и резким, почти насмешливым голосом. Кажется, это была Танатос, знаменитая жрица, взявшая себе имя древнегреческого бога смерти.

— Странно, что вы выступаете в поддержку Зои Редберд, которая, насколько нам стала известно, придерживается совершенно иного мнения о вашем происхождении.

— Я назвал Зои Редберд необычной, но не называл непогрешимой, — ответил Калона. В зале послышались смешки, некоторые члены Совета улыбнулись, но лицо Танатос осталось бесстрастным. Я почувствовала, как напрягся сидевший возле меня Старк.

— Итак ответь нам, необычная и очень юная Зои Редберд, кто, по-твоему, стоит перед нами?

От страха во рту у меня так пересохло, что пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы начать говорить. Но стоило мне открыть рот, как слова полились сами собой, как будто сердце подсказывало мне ответы, не спрашивая разрешения у разума.

— Я верю в то, что за свою жизнь этот Бессмертный сменил много обличий. Думаю, когда-то он был близок к Никс, но он точно не Эреб.

— Но кто же он, если не Эреб?

Я заглянула в мудрые глаза Танатос и попыталась отбросить все лишнее, чтобы осталась правда — и только правда.

— У народа чероки, к которому принадлежит моя бабушка, есть древняя легенда о Калоне. После падения из царства Никс он жил среди этого народа. Не думаю, однако, чтобы Калона принадлежал к чероки. Он жестоко оскорблял женщин этого племени и стал отцом множества чудовищ. Моя бабушка рассказывала мне, как народу чероки удалось избавиться от Калоны, заманив его в ловушку. В одной древней песне говорилось, каким образом Калона может быть освобожден из заточения. Эта песня была пророчеством, и Неферет в точности исполнила его — вот так Калона вновь пришел в наш мир. Я думаю, он взял себе в спутницы Неферет, потому что хочет быть Супругом богини, но он ошибся в выборе. Неферет не богиня. Она даже не Верховная жрица.

Мои слова были встречены криками возмущения и недоверия, и громче всех вопила сама Неферет.

— Как ты смеешь! Откуда тебе, девчонке-недолетке, знать, кто я такая?

— Вы правы, Неферет, — сказала я, твердо глядя на нее через весь зал. — Я пока не знаю, кто вы такая и кем стали. Но я твердо знаю, кем вы перестали быть. Вы больше не Верховная жрица Никс.

— Только потому, что тебе удалось хитростью занять мое место?

— Только потому, что вы отвернулись от нашей Богини. Я не имею к этому никакого отношения, — честно ответила я.

Тогда, не глядя на меня, Неферет обратилась к Совету.

— Неужели вы не видите, что она по уши влюблена в Эреба? Как можно верить словам обезумевшей от ревности девочки?

— Неферет, недавно вы открыто заявили о своем намерении стать следующей Верховной жрицей всех вампиров. Если вы, действительно, претендуете на этот высочайший пост, то должны быть готовы встретить возражения, причем с самых разных сторон. — Дуантия перевела взгляд с Неферет на Калону. — Что вы можете сказать о выступлении Зои Редберд?