Лицо его побелело.

— Что с тобой случилось, Зои? Ты же всегда была такой доброй и милой? Но теперь стала просто чудовищем! Настоящая стерва! Да, я устал от того, что ты вешаешься на каждого, у кого есть дружок в штанах! Ну и скатертью дорога! Оставайся со Старком, Хитом и Калоной. Большего ты не заслужила!

Эрик в бешенстве бросился прочь, выскочил на лестницу и с грохотом захлопнул за собой дверь.

Взбешенная ничуть не меньше, я решительно подошла к двери под номером тринадцать и рывком распахнула ее.

Афродита едва не свалилась мне на руки.

— Ой-ой, — протянула она, нервно проводя рукой по своей роскошной прическе. — Честно говоря, я тут…

— Подслушивала последнюю сцену нашей любовной драмы с Эриком? — подсказала я.

— Типа того. Кстати, тебя мне не в чем упрекнуть. Ты вела себя безупречно. А Эрик просто урод. И лжец к тому же. Зачем он сказал, что ты вешаешься на каждого, у кого есть дружок в штанах? Скажем, с Дарием вы просто друзья. А взять, например, Дэмьена и Джека… Хотя нет, это неудачный пример. Они сами любители дружков… И тем не менее, это было очень грубым преувеличением. Полностью разделяю твое негодование!

— Как ты умеешь понять настроение, — буркнула, плюхаясь на ту из кроватей, которая выглядела несмятой и свежезастеленной.

— Ну, извини, подруга. Вообще-то я не очень умею это делать.

— Выходит, ты все слышала?

— Угу.

— И про Калону тоже?

— Ну да. Урод, что с него возьмешь?

— Кто урод?

Афродита с жалостью посмотрела на меня и покачала головой.

— Эрик урод, кто же еще? Ты точно тормознутая, Зои. Так вот, я хотела сказать, что он совершенно напрасно повесил на тебя Калону. Никто не спорит, у Эрика были поводы для ревности к Хиту и Старку, но зачем ему было приплетать до кучи этого крылатого чудика?

— Я его не люблю.

— Ясное дело! Ты переросла Эрика, вот и все. А теперь тебе лучше лечь спать. Честное слово, мне вовсе не хочется тебя огорчать, но выглядишь ты просто дерьмово.

— Спасибо, Афродита. Очень бодрит и поддерживает, когда тебе в глаза говорят, что ты выглядишь так же мерзко, как и себя чувствуешь! — обиженно пробурчала я, решив не уточнять, что вообще-то я имела в виду не Эрика, а Калону.

— Всегда к твоим услугам, дорогая. Обожаю подставлять плечо и протягивать руку помощи!

Я нахмурилась, придумывая какой-нибудь язвительный ответ, но неожиданно для себя расхохоталась.

Афродита, непререкаемая икона стиля и королева красоты Дома Ночи, была одета в длинную, до пят, мешковатую ночную рубашку из грубого холста! Ни дать ни взять, сектантка перед молитвой!

— Какая очаровательная рубашечка! Кто дизайнер? — захихикала я.

— Не беси меня, Зои! Что поделать, если пингвиницы так представляют себе одежду для сна? Нет, я их не осуждаю. Они ведь дают обет целомудрия, а это одеяние как нельзя лучше помогает держать слово. «Чем ближе к постели, тем уродливее» — вот их девиз. Честное слово, этот мешок даже меня делает чуть менее привлекательной!

— Чуть? — уточнила я.

— Да, язва, — чуть. И, кстати, не спеши веселиться. Вот эта дерюга, что лежит в ногах твоей кровати, вовсе не дополнительная простыня, как ты могла бы подумать. Это твоя личная ночнушка. Надеюсь, ты оценишь лаконичный монастырский дизайн.

— По-моему, выглядит очень удобно.

— Запомни одну простую вещь, Зои. Только безнадежные уродки и лохушки предпочитают удобство стилю и красоте.

Скорчив брезгливую гримаску, Афродита забралась в свою кровать и принялась устраиваться поудобнее, а я прошла к небольшой раковине в углу комнаты, чтобы умыться и почистить зубы новенькой гостевой щеткой. Потом откашлялась и как можно небрежнее спросила:

— Можно задать тебе один вопрос?

— Задавай, — отозвалась Афродита, продолжая взбивать подушки.

— Очень серьезный.

— Слушаю.

— И мне нужен серьезный ответ!

— Спрашивай, — рассеянно повторила Афродита.

— Ты предупреждала, что Эрик будет вести себя со мной все более ревниво и эгоистично.

— Это не вопрос, — заметила Афродита.

Я посмотрела на нее в зеркало и выразительно приподняла брови. Ясновидящая Красотка снисходительно вздохнула и кивнула:

— Ну да, я так говорила. Этот Эрик — просто мегалипучка.

— Кто?

— Липучка. В превосходной степени. Раз вопьется, так потом будет вечно сосать соки и устраивать сцены. Полный отстой.

— Афродита, я просто поражаюсь твоему словарю! На каком языке ты говоришь?

— Молодежный американский. Редакция для сливок общества. Ты тоже сможешь его освоить, если приложишь капельку воображения и разбавишь свой лексикон парочкой крепких ругательств.

— Упаси Богиня, — прошептала я своему отражению в зеркале, а вслух сказала: — Ладно, проехали. Значит, Эрик и с тобой так себя вел?