Погребальный костер оказался гигантской кучей дров, сложенных вокруг садового столика для пикника. Языки пламени уже охватили его, хотя очертания стола были еще узнаваемы.

Прямо на столе лежало тело профессора Анастасии, прелестной жены нашего преподавателя фехтования Дракона Ланкфорта. Она была одета в какое-то длинное, струящееся одеяние и накрыта сверху белым льняным полотном. Ее руки были сложены на груди, а длинные распущенные волосы, ниспадавшие до самой земли, парили в воздухе, охваченные огнем.

И тут ночь прорезал жуткий звук, похожий на горестный плач ребенка. С трудом оторвав взгляд от костра, я посмотрела в изголовье стола. Там, на коленях, стоял Дракон Ланкфорт, уронив голову с рассыпавшимися по плечам длинными светлыми волосами, и рыдал, не скрывая своих слез. Огромный серый кот, в котором я узнала Фантома, верного мейн-куна Дракона, прижимался к ногам хозяина, с ужасом глядя ему в лицо. Потом я заметила на руках у Дракона маленькую белую кошечку, которая отчаянно мяукала и пыталась вырваться, чтобы броситься в костер, на котором горело тело ее вампира.

— Гвиневра, — помертвевшими губами прошептала я. — Кошка Анастасии… — Я прижала ладонь к губам, пытаясь сдержать рвущееся из груди рыдание.

Шони первой выскочила из толпы и бросилась к костру, остановившись гораздо ближе к огню, чем смог бы любой из нас. В тот же миг Эрин подбежала к Дракону и взяла его за руку. Шони вскинула руки над головой и крикнула:

— Огонь! Приди ко мне!

До меня донесся тихий голос Эрин, призвавшей Воду. В тот самый миг, когда гудящая стена огня скрыла от наших глаз погребальный костер и лежащее на нем тело, Дракона окутало облако прохладного тумана, похожего на тихие слезы небес.

Дэмьен приблизился к Эрин.

— Приди ко мне, Ветер, — позвал он.

Словно оцепенев, я стояла и смотрела, как призванный Дэмьеном тихий ветер уносит прочь ужасный запах горящей плоти.

Стиви Рей выросла за плечом у Дэмьена.

— Приди ко мне, Земля! — крикнула она.

В тот же миг ветер, прогоняющий запах смерти, наполнился нежной сладостью луговых трав, напомнив нам всем о весне, юной зелени и прекрасных полях нашей Богини.

Теперь пришла моя очередь. Скорбно опустив голову, я приблизилась к Дракону и положила руку на его вздрагивающее от рыданий плечо. Потом подняла вторую руку и воззвала:

— Дух! Приди ко мне. — Почувствовав чудесный отклик стихии духа, я продолжала: — Коснись Дракона, дух. Утешь его, Гвиневру и Фантома. Облегчи их горе, сделай его выносимым.

Я сосредоточилась, направляя переполнявший меня дух в сторону Дракона и несчастных осиротевших котов. Внезапно Гвиневра перестала выть. Потом сильная дрожь сотрясла тело Дракона, он медленно поднял голову и посмотрел мне в глаза.

Я подавила испуганный крик. Лицо Дракона было покрыто ранами и шрамами, на месте левого глаза зияла глубокая рана.

— Благословен будь, Дракон, — прошептала я. В последний раз, когда я видела Дракона, он сражался сразу с тремя пересмешниками, прикрывая наше бегство из Дома Ночи.

— Разве такая боль может быть выносимой, жрица? — хрипло выдавил он, снова роняя голову. Он был сломлен — почти убит горем.

Мне показалось, будто земля уходит из-под моих ног. Я запаниковала. Великая Никс, мне было всего семнадцать! Я ничем не могла ему помочь! Но, в отличие от меня, дух хорошо знал свое дело. Светящейся спиралью он плыл от Дракона ко мне, потом снова к Дракону, а я молча выкачивала силу из своей стихии и посылала ее нашему учителю.

— Ты увидишь ее снова, — заговорила я, вторя тихому голосу, звучавшему у меня в голове. — Она сейчас с Никс. Она будет ждать тебя на зеленых лугах нашей Богини или же возродится вновь, и ты еще при жизни встретишь ее душу в новом обличье. Ты сможешь вынести эту боль, потому что душа не умирает, а значит, смерти нет!

Дракон снова посмотрел мне в глаза, и я твердо выдержала его взгляд.

— Ты победила? Они бежали?

— Калона и Неферет бежали. И забрали с собой всех пересмешников, — ответила я.

— Хорошо… Хорошо. — Дракон склонил голову и тихо вознес молитву Никс, прося Богиню позаботиться о его возлюбленной до тех пор, пока они встретятся вновь.

Я снова сжала его плечо, а потом смущенно отступила назад, оставляя его наедине с горем.

— Благословенна будь, жрица, — сказал Дракон, не поднимая головы.

Наверное, мне следовало сказать ему что-нибудь мудрое и взрослое, но в тот миг меня настолько переполняли чувства, что я не могла говорить.

Внезапно возле меня оказалась Стиви Рей, рядом с ней встал Дэмьен. Эрин отошла от Дракона и присоединилась к нам, Шони заняла свое место последней.