– И я так думаю.

– Гм. Обратно коньяк пополам?

Они ударили по рукам.

А в соседней квартире за стенкой Федор лежа на кровати обдувал свое житие-бытие. Мысли встревоженным роем вились в голове. Вляпался в авантюру. Добраться до этого сейфа в квартире миллионерши Аглаиды Зауральской можно только одним способом. Если умыкнуть весь дом. Да он лучше охраняется, чем любой музей. Отдам этот портсигар Купцу и выхожу из игры. Срочно надо уезжать.

Сразу возникла дилемма. Что взять за пленку? Только восемь тысяч евро? Восемь тысяч евро можно взять. К Аглаиде они никакого отношения не имеют. «Восемь тысяч евро возьму, – решил Федор, – и ни копейки больше. Восемь тысяч евро он должен мне отдать».

Затем мысли унеслись в другую сторону.

Почему не звонит Виктория? Обиделась, отказалась от него? Кто виноват? Он? Ольга? Или может что другое? Незаметно для себя Федор уснул. Когда открыл глаза, за окном было темно.

Вернулся к сегодняшнему дню. Купец вместе с Ией наверно думают, что он специально тянет время, проверяет их нервы.

Федор вышел из квартиры и вызвал лифт. Он решился. Выходит из игры. Отдам пленку. За пленку не осудят. С опозданием, но уеду. Федор порвал на мелкие кусочки паспорт на имя Иванова и выбросил его в мусоропровод.

Мосты сожжены. Все, назад ходу нет.

Он не видел, как в свете уличных фонарей за ним крадется машина. Дойдя до Соловьиного проезда где остановились его подельники Федор остановился у семнадцатиэтажного дома, набрал код и вошел в подъезд.

– Хотелось бы мне знать в какую квартиру он пошел! – с досадой сказал Никита.

– Нет вопросов, – воскликнул Васька Генерал, – в этом подъезде только в шестьдесят восьмой никто не живет. Я свой район как облупленный знаю. Муха мимо меня незамеченной не пролетит. Там эти с «Тойоты» поселились, блондинка с дедом профессором. Кстати дед хромой. Это тебе что-нибудь говорит?

Привирал Генерал. Вчера случайно он попал в этот дом и разговорился с уборщицей и старшей по подъезду. Та ему все и выложила, что в шестьдесят восьмой, наконец, появился ее хозяин, дедок с клюшкой, а то вечно ящик для писем был переполнен рекламой. Вселился с молодой блондинкой. А кто она ему пока не знает.

Никита медленно объезжал двор. Тойоту с черноморскими номерами они увидели сразу, а вот Форд чуть было не пропустили. Выучка Никиты сработала. Форд стоял в торце соседского дома. Оба седока были на месте. Один чем-то смахивал на крокодила. Курили. Никита припарковался у них за спиной, метрах в пятидесяти.

– Теперь сидим, ждем! – сказал он.

– А эти орлы нас не видели? – с беспокойством спросил Васька Генерал. Никита его успокоил:

– Они слежки за собой не боятся. Нет, мы их не интересуем.

– Как ты можешь об этом знать? У них что об этом на лбу написано? – возмутился Васька Генерал. Никита пожал плечами.

– Написано, конечно. На лбу у них написано, что они только что, может быть пять часов назад выехали на охоту и еще ничего натворить не успели. Сидим ждем.

– Блефуешь Никита.

– Не веришь, пожалуйста. Пари. Коньяк пятьдесят долларов.

Васька Генерал отвернулся.

– Со зверьем в лесу легче.

– Не скажи!

А в Форде с бандитами шел свой разговор.

– Как будем убирать этого Красавчика? – спросил амбал Крокодила. Крокодил нехорошо улыбнулся.

– Вырубим его тут, сунем в машину, вывезем в лес, а там мне еще с ним поговорить надо. Очень скользкий тип.

– Как скажешь Крокодил, – согласился амбал, – давай сегодня и кончим это дело. Не люблю в долгий ящик откладывать.

– Согласен дорогой Солидол. Только прошу тебя, ты мне помоги его вырубить, он немного качок.

– И не таких ломали. А когда мы его должны… А то надоело ждать!

Крокодил посмотрел наверх, на окна:

– Раз Купец вызвал на сегодня, значит даст отмашку. Куры!

– А мы его совсем или ребра только поломаем?

– Купец скажет! А почему у тебя, дорогой, кликуха Солидол?

Амбал нахмурил брови.

– Менты мне ее дали. Я новенький трактор с базы на своем горбу по-тихому уволок. Два километра пер. Потом выдохся. След собаки взяли. Из кустов меня вытащили, где я спрятался. Тащи, говорят, обратно. Пришлось те же два километра только в обратную сторону. А начальник смеется:

– С него уже, говорит, не пот капает, а солидол.

Крокодил с недоверием смотрел на амбала.

– Ты что, правда, трактор на свой горбу тащим?

Амбал рассмеялся:

– Почему все думают, если трактор, то обязательно Кировец. Трактор небольшой был, снег убирать. Четыреста пятьдесят килограмм всего весил. Его удобно было на спине за два колеса держать.

– Вах, вах дорогой. Тебе надо избранный профсоюз всупат.

– Это куда же мне надо вступать?

– Носильщик рояль.