Оставшись одна, Люси вынуждена была признать, что Пол был прав. Ведь как бы она ни пыталась спокойно воспринимать его работу, ей все же иногда хотелось, чтобы Пол, уходя с работы, оставлял все проблемы там. На дворе стоял только апрель, месяц примул, и Пол на две недели уехал по делам в Россию и Скандинавию.

Без него дни тянулись медленно и тоскливо, и Люси очень обрадовалась, получив от Барри приглашение в оперу. В «Ковент-Гарден» давали «Тоску».

После спектакля ужинали в «Мирабель», и Барри, серьезный как никогда, рассказывал ей о своем детстве, о том, что его воспитывали суровые, чрезвычайно религиозные дед с бабкой – родители умерли в Китае, – и о годах, проведенных в Оксфорде, где он и познакомился с Полом.

– Глядя на меня сегодняшнего, трудно представить, каким неблагодарным мальчишкой я был, – сказал он в заключение. – И был бы им до сих пор, если бы не Пол. Он обожал свою мать и так и не оправился после ее смерти. Ему было восемь, когда она умерла.

Люси могла себе представить, насколько ранимым должен был быть Пол в этом возрасте. Она живо представила себе маленького мальчика с бледным личиком и мягкими, шелковистыми волосами, и ей до боли захотелось прижать его к себе.

Боясь, что сейчас расплачется, она заставила себя заговорить:

– А сколько ему было, когда его отец снова женился?

– Четырнадцать. Тоже не самый простой возраст. Но его мачеха относилась к нему очень тепло. Даже когда на свет появилась Синди, он никогда не чувствовал себя заброшенным. Поэтому он и принимает так близко к сердцу заботу о ней.

– Хотя он никогда и не бывает к ней добр.

– Вы это серьезно? – Барри был явно шокирован.

– Абсолютно. Я знаю, у нее есть все, что можно купить за деньги. Но чего у нее никогда не было, так это любви и понимания. – Боясь, как бы Барри не заподозрил ее в том, что она не искренна в своей любви к Полу, она поспешно продолжила: – Я не говорю, что Пол плохо к ней относится, просто у него никогда не было на нее времени.

– Это не его вина. Он еще учился в Оксфорде, когда умер его отец, и ему пришлось оставить учебу и принять на себя руководство компанией.

– Неужели никто не мог помочь ему?

– Нет. Если бы он тогда не взял все в свои руки, потом ему уже никогда не позволили бы это сделать. Когда он только начинал, весь совет директоров был настроен против него. Они считали, что он слишком молод и слишком горяч, и даже хотели продать компанию. К счастью, они не смогли этого сделать, поскольку большая часть акций принадлежала Полу.

– И что случилось потом?

– Пол сам выкупил у них все акции! Правда, после этого у него не осталось ни пенни. Но зато он получил полный контроль над компанией и мог делать все, что захочет.

Люси не смогла сдержать улыбку. Это было так похоже на Пола, которого она знала.

– А потом?

– Он работал дни и ночи напролет, чтобы поставить компанию на ноги. Мне нет необходимости говорить вам, что ему это удалось, вы сами это прекрасно знаете.

– Это, наверное, было не просто.

– Конечно нет. В результате он стал жестким, циничным и растерял все свои иллюзии. – Голос Барри звучал отрывисто. – Он многого добился, но и потерял достаточно.

– Пол никогда мне об этом не рассказывал, – призналась она.

– Еще расскажет. Дайте ему время. Мужчине необходимо осознать, что он, наконец, нашел женщину, которой может доверить самое сокровенное.

– Надеюсь, я не помешала, дорогой? Но я никак не могла уйти, не поздоровавшись с тобой.

Барри поднял глаза и нахмурился. Люси тоже оглянулась и увидела высокую, стройную женщину, остановившуюся рядом с их столиком. Ее первой мыслью было, что она никогда не видела такого поразительного лица. У женщины была молочно-белая кожа и черные, цвета воронова крыла, блестящие волосы. Прическа лишь подчеркивала глубину цвета: гладко зачесанные сверху, они пышными кудрями обрамляли ее лицо. Черты были мелкими, но вылепленными с восхитительной точностью – короткий вздернутый носик, полные губы, наперекор моде, яркого кроваво-красного цвета, как раз в тон платья.

– Ну? – кинув на Люси быстрый взгляд, медленно произнесла женщина и посмотрела на Барри своими большими карими глазищами. – Ты не хочешь меня представить?

Барри нехотя поднялся.

– Люси Гренджер, – сказал он сухо, – а это Сандра Пирс.

В первый момент Люси даже не сообразила, кто перед ней, но имя вызвало в памяти неприятные ассоциации, и она поняла, что это та самая женщина, на которой когда-то собирался жениться Пол.

– Значит, вы невеста Пола, – протянула Сандра Пирс. – Я не была уверена.

– Тогда ты, должно быть, ослепла, – грубо сказал Барри. – Фотографии Люси напечатали все газеты до единой.

– Но я только вернулась из Швеции, – сказала она сладким голосом, – и ничего не знала до тех пор, пока Пол не сказал мне. – Она взглянула на Люси. – Я встретила его в Стокгольме пару дней назад.

Сердце Люси неприятно забилось. Знал ли Пол заранее, что Сандра там будет? Была ли их встреча случайной? Внезапно она отбросила свои страхи, как нелепые. С чего бы Полу встречаться с кем-то, кто ему уже давно безразличен? Она постаралась сохранить на лице безмятежное выражение, избегая злобного взгляда наблюдавших за ней карих глаз.