— Чувствовал, — Леший кивнул, — но забил на это, да и стрельнул.

— Вот именно — стрельнул. — Гелашвили многозначительно округлил глаза. — А он не стрелял. Подсказать почему или сам догонишь?

— Мнемотехника? — Леший удивленно вскинул брови. — Я и не сообразил поначалу.

— Теперь-то хоть понял? — сержант усмехнулся.

— Теперь да.

— Молодец, — сержант повертел головой и уже привычно гаркнул во всю глотку: — Становись!

— Интересно у тебя все получается, — заняв свое место в строю, справа от Лешего, сказал ефрейтор Анисин. — Прямо будто у жженого.

Спецназовец уцепился за Лешего взглядом. Сталкер пожал плечами и состроил невинную физиономию. Мол, «как получается, так и получается, а почему — сам не знаю».

Понятно, что ефрейтор снова не поверил, но хотя бы воздержался от новых вопросов.

«Надолго ли собаке блин? — Леший незаметно вздохнул. — Хотел же не выпендриваться, чтоб внимание не привлекать! С другой стороны, куда было деваться? Опять мнемотехника… надо же! Кто бы знал, что к биомехам ее иначе применяют, чем к скоргам! Эх, еще бы к любопытным людям научиться ее применять, и полный порядок. Показал бы Анисину ладонь, и он — раз! — и забыл про свои вопросы. Красота!»

— Вперед ма-арш!

Услышав новую команду сержанта, Леший вдруг понял, что ему опять не светит досрочное освобождение, и едва сдержался, чтобы не застонать. Сколько же можно?! Не до утра же с этими чистильщиками грязь месить!

«Внимание, опасность, — неожиданно заявил имплант. — Доступ к боевой частоте разрешен».

«К какой частоте? Я и так на боевой. В смысле — мой коммуникатор».

— Ты видел это, брат Николай? — транслировал имплант-коммуникатор.

Леший едва не споткнулся. Какой еще брат Николай? Кто-то ошибся номером?

— Да, брат Герасим. Удивительно, что у чистильщиков появились такие хорошие мнемотехники.

Нет, не ошибся. Это просто вздумал повыпендриваться вслед за хозяином и имплант, решил продемонстрировать свои новые жженые таланты. Перехватил боевую частоту соседей, да не каких попало, а Ордена! Снова чудеса, другого слова не подобрать!

Хотя, если задуматься, чего-то такого и следовало ожидать.

Шесть лет назад, когда народ понял, что обычная радиосвязь в локациях работает нестабильно, а в некоторых местах вовсе отсутствует, хоть через спутник пытайся выйти в эфир, хоть через ретрансляторы, начались интенсивные поиски надежной альтернативы, и очень скоро она была найдена. Безотказным средством связи как внутри локаций, так и между ними стал так называемый «М-фон», который представлял собой крупную колонию наноботов класса «М1235А», стабилизированную мнемотехниками до состояния вполне безопасного импланта.

Не привыкшие жить без мобильной связи сталкеры вцепились в подарок Зоны всеми конечностями, и с тех пор импланты-коммуникаторы на базе стабилизированной колонии наноботов «М1235А» стали самым ходовым товаром во всех локациях.

Прикол заключался в том, что эти наноботы обеспечивали связь и без стабилизации, то есть были изначально запрограммированы неизвестно кем и неизвестно где на выполнение функции приема и передачи радиосигнала. Людям оставалось их стабилизировать, чтобы не плодились без меры, и ввести в программу дополнительные настройки вроде нужных частот и алгоритма выбора абонентов.

И никто ни разу не задумался, с чего вдруг технос так щедро поделился с ненавистными людьми самым дорогим, что у него имелось на тот момент? Вернее, может быть, кто-то и задумался, но промолчал, чтобы не рушить бизнес себе и людям.

По официальной версии все просто: М-фоны использовались для связи и людьми, и биомехами, просто переговоры велись на разных частотах и в разной кодировке. То есть как-то ограничить производство и распространение нанороботов «М1235А» технос просто не мог — в этом случае оставались без надежных средств связи и люди, и механические абоненты.

Объяснение звучало убедительно, однако имелась и еще одна версия, не менее популярная. Вручив людям средства связи, технос получил возможность контролировать передвижения и деятельность каждого живого абонента зональной мобильной сети. Шпионаж чистой воды.

«Вот и подтверждение! — подумал Леший. — Полный крах мифа о надежности М-связи. Только и разницы, что перехват идет без картинки! Все, чего так боялись и о чем твердили осторожные ученые еще в начале пятьдесят второго года, воплотилось в жизнь. И, главное, как! Чужие разговоры перехватил и декодировал не пресловутый Узел или какой-то продвинутый биомех, а мой имплант. Кстати сказать, прыгнул железный сверчок явно выше головы. Декодировать сигнал М-фона! Тот же мастер Бо категорически заявлял, что компьютерам-имплантам это просто не по процессору, не хватит мощности. Да вот, поди ж ты, хватило!»

— Проблема не в том, что военные перехватывают ценные кадры, брат Николай. Проблема гораздо серьезнее, уверяю тебя. Мне нужно поговорить с приором.

— Ты знаешь, брат Герасим, чем рискуешь, если твоя информация покажется приору малозначимой?

— С пола упасть нельзя, — в голосе Герасима сквозила горечь или обида.

«Был в фаворе, а потом разжаловали, — решил для себя Леший. — Обычная история. Хм… брат Герасим… уж не тот ли, который меня… того… убил — не убил? Короче, который маячил у тамбура. Вообще-то тут недалеко, мог и тот прикатить».