Люпину было трудно разобраться во всем. Да и не хотелось особо. В его жизни все было просто. Бабушка, любящая поворочать, но всегда понятная и любящая. Мари-Виктуар, требующая максимум заботы и внимания, но всегда принимающая его постоянную заботу о других и любящая его именно за это. И крестный, который любил его и всегда был рядом, словно отец. Были товарищи по школе, по работе, были Уизли, с которыми он дружил. Но тех запутанных и бездумно близких отношений, как в Золотом Трио, в жизни Люпина не было и быть не могло.

Хотя вот у отца были Мародеры. Но там не было девушки. Зато был предатель. Тоже непростая ситуация, разбившая дружбу. Один предал. Один убит. Один в тюрьме. И одинокий отец, не знавший, что делать с разбитой вдребезги дружбой.

Вот к чему приводят такие близкие отношения с другими людьми. Люпин даже иногда был рад, что в его жизни шанс на подобное развитие событий очень мал. Конечно, есть близкие люди, но никто из них не предаст. Тедди был в этом уверен.

— Гарри, ты ей нужен сейчас…

— Нет. Ей нужно побыть одной.

— Услышали бы вы друг друга, — усмехнулся Люпин. — Вам нужно поговорить, вы оба так любите Рона…

— Нам не о чем говорить. Рон ушел, он сам так решил.

— Как он мотивировал свой поступок? Не мог же он просто так сказать — все, я ухожу…

— Сказал. Много чего сказал. Оказывается, я совсем не знал его. И ее. Я был эгоистом все эти годы, я считал, что у них все прекрасно, я не пробовал узнать, так ли это на самом деле…

— Опять ты начинаешь винить во всем себя, Гарри, — Люпин чуть толкнул боком крестного. — Как это на тебя похоже. Ты действительно эгоист. С чего ты взял, что ты всегда в центре событий и во всем виноват?

— Рон сам сказал. Они поссорились из-за меня. Рон ревновал ее ко мне… Думал, что между нами что-то есть, что Гермиона любит меня…

— Она любит тебя, — согласился Тедди с легкой улыбкой. — И между вами действительно что-то есть. Привязанность, забота, нежность… Да я никогда в жизни не видел таких теплых отношений между друзьями, Гарри! И вы не можете это все порвать сейчас, когда вы так нужны друг другу.

— Рон считал, что стоял между нами, — Гарри поднял голову и посмотрел прямо перед собой на белую стену. — Он сказал, что чувствует ее любовь ко мне… И из-за этого не может быть рядом с ней…

— Гарри, разве должны вы расплачиваться за чужие ошибки? — Люпин упрямо не сдавался. — Кому ты пытаешься что доказать? Рону — что вы с Гермионой вообще чужие люди? Да-к ведь Рону уже ничего не докажешь, он ушел. Окружающим? Они вот точно не поймут, почему вы с ней просто начнете избегать друг друга… Ей самой? Да она прекрасно все знает, ей ничего не надо доказывать. Зачем мучаться, если это никому не нужно?

— Это нужно мне. И ей.

— Ей нужен ты, — Тедди поднялся. — Вас бросил близкий вам обоим человек. Глупо делать вид, что этого не произошло и это не имеет значения. Но вы не должны бросать друг друга… Потому что сила в единстве…

— Слушай, Тед, а к тебе во сне не приходит Дамблдор случайно? — горько усмехнулся Гарри, тоже поднимаясь. Люпин улыбнулся.

— Нет, в моих снах обычно только стаи волков или Мари.

— Да, Мари… Из-за моих проблем она, наверное, почти тебя не видит…

— Опять ты винишь себя в том, в чем не виноват… Твои проблемы — и мои проблемы, — серьезно ответил Тедди и протянул крестному баночку с порохом. — Идем?

Тедди вышел из камина в доме Гермионы и сразу увидел ее. Она спала на диване, крепко прижав к себе плед.

Гарри почти тут же оказался рядом. Просто смотрел на Гермиону и молчал.

Тедди вздрогнул, когда в хмурую комнату, почти ничем не освещенную, кроме осеннего дня за окном, ворвался уже знакомый Патронус. И голос Минервы МакГонагалл, разбудивший Гермиону, произнес: «Гарри, ваша дочь пропала. Срочно приезжайте в Хогвартс. Пароль — Брайан».

Мертвая тишина была разорвана стоном, который шел из глубины ада, в котором жил Гарри Поттер.

Джеймс ничего не понимал. Он переводил взгляд с Манчилли на Малфоя, а потом на то место, где исчезла Присцилла Забини. Что происходит? Странно, но эти двое, кажется, были на общей волне.

— Забини, — процедил сквозь зубы слизеринец и побежал к замку, доставая палочку. Джеймс кинулся следом.

— Малфой! Что происходит? — почти задыхаясь, крикнул гриффиндорец, когда они вбежали в холл и повернули к подземельям. — Я ничего не понимаю…