Скорпиус сидел за столом и с аппетитом уплетал картофель, чувствуя приятную расслабленность во всем теле. Даже если бы десяток вейл сделали ему эротический массаж, то не достигли бы такого эффекта даже за день.

— А Джеймс думал, что Лили тебя убьет, — Ксения села рядом со слизеринцем и подняла светлые брови. — Мерлин, Скорпиус, ты откуда явился такой голодный?

Малфой пожал плечами и усмехнулся, протягивая руку за добавкой. Ксения следила за ним. Чертова целительница, она же все знает.

— А ты, Ксения, где была, что совсем не голодна? Или Манчилли тебя еще и подкармливает? — Скорпиус совершенно не собирался прощать ей ночные прогулки с этим гоблином только потому, что сегодня сам побывал в раю. Собственно, он и сейчас был в раю, просто оказал честь этому местечку, высунув свой аристократичный профиль из своего внутреннего рая, где пели птицы и плескалось горячее, жидкое серебро. — Или ты заплетала ему косички? Пыталась исправить насмешку природы и уменьшить его клюв?

Она одарила его убийственно холодным взглядом. Скорпиус лишь хмыкнул.

Он ей еще с утра высказал все, что думает. А она сказала лишь одну фразу: «Не говори Джеймсу». Он не скажет, но не из-за нее! Просто… он не мог сейчас вновь спустить друга с небес на землю. Пока не мог.

Понаблюдает, потом решит, что там у Ксении с этим длинноволосым страшилищем. Что-то ему подсказывало, что не все так просто. Пусть его хоть гиппогриф заплюет, что-то тут мутят целители. Вокруг Поттеров.

Он тут же взглянул в сторону стола Гриффиндора. Чтоб тебя нюхлер покусал! У Джеймса Поттера совсем не было аппетита. На лице — одно желание. И Малфой даже знал, какое и на кого направленное. Упрямый гриффиндорец испепелял взглядом Лили. Та сидела спиной к Скорпиусу, но слизеринец понял, что она-то навряд ли смогла стереть со своего лица выражение познанного рая. А еще в ее волосах все-таки остались серебряные снежинки, словно часть самого Скорпиуса. Словно его метка на ее теле.

Поттер сейчас захлебнется собственными слюнями, Скорпиусу это было очевидно. Или словами, которые, наверное, толклись сейчас в его лохматой головушке, споря за право быть первыми в том крике, который все-таки прорвет Поттера. Не сейчас, то парой минут позже.

— Как ты думаешь, кто надул Поттера? — Скорпиус с довольной ухмылкой оглянулся на Ксению. Та тоже смотрела на Джеймса. Тому было явно не хорошо. Но что особо радовало Малфоя — Лили совершенно невозмутимо ела, изредка наклоняясь к Уизли и что-то ей говоря. Ох, Поттер, так тебя просто разорвет изнутри…

Порыв помочь другу был тут же задавлен малфоевской частью его души, уже давно валявшейся в закромах без востребования. Сегодня как раз тот случай. Пусть беснуется, потому что Поттер сам вечно создает драмы из ничего. Хотя, конечно, сегодня у него была причина бесноваться. Даже хорошо, что Лили не может скрыть свои эмоции… Пусть Поттер помучается, это хотя бы отвлечет гриффиндорца от странностей в поведении Ксении. Не нужно Джеймсу сейчас никаких других забот. Пусть лучше думает о Лили и ее личной жизни. С этим, по крайней мере, Скорпиус знал, как сладить.

— Ты ничего не хочешь мне сказать, Малфой? — Ксения повернулась к парню, заговорщицки улыбаясь. — Есть что-то, из-за чего мне стоит изолировать вас с Джеймсом друг от друга?

— Нет, зачем же? — Скорпиус дернул уголком губ, играя вилкой в руках. — Я просто мечтаю получить еще две недели наказаний. Думаю, и Поттеру без адреналина жизнь кажется скучной. Тем более, ему стоит попрактиковать некоторые боевые заклинания…

— Не неси чушь, Скорпиус, — Ксения покачала головой. — Фауст уже предупредил вас, что исключит, если вы снова подеретесь…

— Да не собираюсь я драться с этим лохматым олухом! — фыркнул слизеринец, беря салфетку. — Я лучше вырезал бы ему воображение, которое снова нарисовало в его воспаленном мозгу сцену оргии с участием его сестры…

— Скорпиус, я тебя прошу — не доводи ты Джеймса, — Ксения, казалось, сама сердита из-за чего-то. — Он же сейчас уже на пределе…

— Да я вижу… С него можно писать портрет Принца Гамлета перед убийством…

— Кого?

— Да ладно, проехали, — Скорпиус поднялся со своего места. Почему никто не читал Шекспира? Ладно, Ксения, ей положено там всяких Гомеров глотать и Эсхилами закусывать, но ведь даже англичане не знают, кто такой Гамлет. Великая фигура, как считал Малфой. Даже Лили не знает Гамлета… Надо будет этот пробел восполнить.

Скорпиус медленно приближался к своему вероятному убийце, а сам вспоминал, как отец глотал воздух с судорожными всхлипами, когда нашел у сына маггловую книгу. Шекспира. Одна эта сцена стоила того, чтобы принести книгу в Малфой-Мэнор.

Слизеринец сел рядом с Лили, тут же окутанный уже родным теплом ее тела. Она повернулась к нему, закусив губу, чтобы сдержать счастливую улыбку. Только силой воли он заставил свои руки остаться лежать на коленях.

— Поттер, у тебя в горле застряла картофелина? Причем размером с яйцо хвостороги? — Малфой гадко ухмыльнулся другу. Ох, как же гриффиндорца пожирает желание убить… И он еще считал Поттеров милыми и добрыми? Да это же хуже, чем пьяный Хагрид, у которого стянули последнего детеныша дракона… — Поттер, тебе за арбалетом сбегать?