Шрифт:
– Вам не нравится эта планета?
Корсон пожал плечами:
– На мой вкус, она слишком декадентская.
– Догадываюсь, что вы предпочитаете войну – жизнь жестокую и грубую. Может, и здесь вы найдете что-нибудь похожее на это, Жорж.
– И любовь, – с сарказмом добавил он.
– Почему бы и нет?
Она прикрыла глаза и ждала, приоткрыв губы. Корсон сжал кулаки. Он не встречал другой такой притягательной женщины, даже во время своих отпусков в центрах отдыха. Отбросив воспоминания, он шагнул к женщине и обнял ее.
8
– Я не думала, Жорж, что ты можешь быть таким нежным, – сказала она сдавленным голосом.
– На вашей планете всех чужеземцев так принимают? – В его голосе звучало глухое раздражение.
– Нет, – ответила она, и в уголках ее глаз он заметил слезы. – Нет, наши обычаи, конечно, очень свободны… по сравнению с обычаями твоего мира, но…
– Любовь с первого взгляда?
– Ты должен понять меня, Жорж. Я не могла противиться. Уже так давно…
Он засмеялся:
– Несомненно, с нашей последней встречи?
Она взяла себя в руки, и лицо ее вновь стало спокойным.
– В некотором смысле да, Жорж. Ты поймешь это позднее…
– Когда вырасту, да?
Он встал и подал ей руку.
– Теперь, – сказал он, – у меня есть еще одна причина покинуть эту планету.
Она покачала головой:
– Ты не должен этого делать.
– Почему?
– После выхода из транспространства, окажись ты на любой планете, тебя задержат и подвергнут определенной процедуре. Нет, тебя не убьют, но ты уже никогда не будешь таким, как прежде. Ты лишишься воспоминаний и забудешь о многих своих желаниях. Это почти то же, что умереть.
– Хуже, – сказал он. – И что – этому подвергают всех межзвездных путешественников?
– Нет, только военных преступников.
Корсон вздрогнул. Окружающий мир начал расплываться перед его глазами и стал почти неразличим. В какой-то мере он понимал поведение этой женщины, хотя смысл ее слов он понять не мог. Ее поведение было не более абсурдным, чем вздымающийся к небу город, вертикальные реки или все это сумасшедшее общество, совершающее прогулки по воздуху на палубах воздушных яхт. Но в словах Антонеллы звучала и угроза.
Военный преступник… Потому что принимал участие в войне, закончившейся более тысячи лет назад.
– Не понимаю, – признался он наконец.
– Но это же очевидно. Органы безопасности не занимаются контролем на планетах и вмешиваются только тогда, когда какой-нибудь преступник переносится с одной планеты на другую. Если ты воспользуешься транспространственным транспортом, хотя бы для того, чтобы долететь до спутника этой планеты, тебе конец. Есть всего один шанс из миллиона, что ты останешься в живых.
– Но почему они хотят со мной расправиться?
Антонелла нахмурилась:
– Я уже сказала тебе. Думаешь, мне приятно называть военным преступником человека, которого я люблю?
Он сильно сжал ее запястья.
– Антонелла, прошу тебя, скажи, о какой войне идет речь?
Она вырвала руки из его ладоней и отшатнулась:
– Грубиян! Пусти меня. Как ты можешь требовать, чтобы я это говорила? Ты должен знать это лучше меня. В прошлом были тысячи войн, и ты мог участвовать в любой из них.
В глазах у него потемнело:
– Антонелла, я прошу тебя – помоги мне. Ты слышала о войне между Солнечной Державой и Князьями Урии?
Она задумалась:
– Наверное, это было очень давно. Последняя война, коснувшаяся этой планеты, закончилась больше тысячи лет назад.
– Между людьми и туземцами?
Она покачала головой:
– Наверняка нет. Люди больше шести тысяч лет делят эту планету с туземцами.
– Значит, – спокойно сказал он, – я последний человек, спасшийся во время войны, которая велась больше шести тысяч лет назад. Полагаю, за давностью лет все забыто.
Она подняла голову и с удивлением посмотрела на него.
– Это невозможно, – сказала она бесцветным голосом. – Это было бы слишком легко: проиграть войну, прыгнуть в будущее так далеко, чтобы избежать наказания, и начать все сначала.
– Ты хочешь сказать… – начал он и замолчал.
Правда медленно доходила до него. Века, а может тысячелетия, человек умеет перемещаться во времени. Побежденные генералы или смещенные тираны то и дело искали убежища во времени, в прошлом или будущем, предпочитая бегство капитуляции. Спокойные века были вынуждены защищаться от этих пришельцев, иначе войны тянулись бы бесконечно. Служба безопасности охраняла время. Она не вмешивалась в конфликты на самих планетах, но, строго контролируя коммуникации, мешала им распространяться на всю Галактику. Это было головокружительное предприятие. Нужно было иметь воистину неограниченные ресурсы бесконечного будущего, чтобы придумать такое.