Ийлур лежал на боку, и вся рубаха с левой стороны залипла кровью. Из груди торчало оперение толстой арбалетной стрелы – а растрепанная и всхлипывающая элеана сидела на известняковой плите, уткнувшись лицом в колени и даже не соизволила обернуться.

«Но ключ-то у нее?» – Хофру покрутил головой.

Прихвостни Царицы сюда не успели, это казалось вполне очевидным… Следовательно, дела обстоят не так уж и плохо?

Краем глаза жрец заметил, как спешился Шеверт – не останавливаясь, кэльчу побежал к горестно вздыхающей элеане, по пути ненароком зацепил рукой Хофру за локоть…

– Осторожнее! – огрызнулся жрец, а через мгновение понял, что кэльчу не просто так его задел.

В руке Шеверт сжимал охотничий нож, с которым теперь со всех ног спешил к Андоли.

Хофру едва не рассмеялся – ну ничего себе друзья-соратники! Готовы перегрызть друг другу глотки – причем элеана уже пристрелила ийлура, а вот теперь кэльчу вознамерился отправить и ее к предкам… Потеха, да и только!

– Стой, куда? – рявкнул жрец, – Шеверт!!!

В этот миг Андоли обернулась.

Она увидела мчащегося на нее кэльчу, увидела опасный блеск стали – но вместо того, чтобы подняться и хотя бы попробовать обороняться, повела себя совершенно неразумно.

– Шеверт! – ее голосок звякнул, словно серебряный колокольчик, упавший в траву, – Покровители! Шеверт…

Пальцы Андоли вцепились в кружевной ворот блузки, срывая блестящие застежки, и элеана так и застыла на коленях, послушно подставляя горло под нож.

… Впрочем, здесь Хофру успел.

Бросок тренированного тела, короткий полет. Шеверт уже заносил нож, и Хофру ухитрился заглянуть в восторженно-безумные глазищи Андоли. То-то и оно: честная до глупости элеана добровольно собиралась распроститься с жизнью – это было непостижимо, но божественно красиво. Она взирала на сверкающую смерть так, словно… видела лик своего бога.

Хофру перехватил руку Шеверта, толкнул его в грудь, и они покатились по разогретому на солнце камню.

– Пусти-и-и, – хрипел кэльчу, – пусти, гад! Я ее убью!

Он извивался как червяк на горячей сковородке, и Хофру стоило немало усилий удерживать этого буйно-помешанного.

– Нет, не убьешь, – заверил Хофру, – не убьешь, пока я не позволю, понял?

– Нет! – кэльчу попытался вырваться, брыкаясь, кусаясь и даже бодаясь, – пусти, слышишь?

– Не трогай его, Хофру! – срывающийся голос Андоли неприятно резал слух, – ну пусти, пожа-а-алуйста! Пусть, пусть он меня убьет, я заслужила!

«Да они тут все умом повредились», – он кое-как удерживал Шеверта, но тут в плечи вцепилась элеана, которая решила помочь кэльчу отвоевать свободу.

Разумеется, исключительно для того, чтобы самой опять подставить шею под нож…

Это было последней каплей – Хофру оглушил кэльчу, вскочил на ноги и как следует встряхнул за шиворот Андоли.

Она мешком повисла в его руках, продолжая безудержно рыдать.

– Хофру, миленький, лучше бы он меня уби-и-ил… то, что я сделала… – она задрала голову, глядя в небо, – лучше бы умереть… прямо сейчас…

Не тратя время на слова, Хофру оглушил и девчонку. Это был первый раз, когда он поднял на нее руку.

Любопытнейшая складывалась ситуация!

На одном краю известняковой плиты шипел и ругался связанный кэльчу, на другом горько плакала связанная элеана, между ними застыл ийлур.

Он, Хофру Нечирет, прохаживался внутри этого дурацкого треугольника и попеременно пытался образумить то одного, то другого. Хвала Селкирет, ийлуру ничего не нужно было говорить – он оказался покладистым малым и даже не шевелился.

Время от времени Шеверт и Андоли начинали перебрасываться короткими фразами на непонятном Хофру языке (судя по всему, на родном языке кэльчу), и тогда Шеверт злился пуще прежнего, а элеана начинала рыдать с удвоенным усердием. Хофру так и подмывало отколотить их обоих – но он каждый раз урезонивал себя тем, что до сих пор не заполучил ключ, и что толку от бесчувственной Андоли будет совсем мало.

– Так, – он остановился, поделив пополам расстояние между бывшими друзьями, – я хочу, чтобы вы прекратили. Немедленно.

– Тебе не понять! – прорыдала Андоли, – почему ты не дал ему меня убить, Хофру?!! Боги! Кто я? Зачем я живу?!!

– Замолчи, – Хофру подошел к Шеверту, присел на корточки, – обещай мне, карлик, что не будешь пытаться ее убить. Ну, хотя бы до тех пор, пока я не получу Ключ.

– Да чтоб ты провалился к своей Селкирет! – прорычал кэльчу.

– Как скажешь.

Хофру прошелся меж ними, раздумывая. Конечно, он мог бы избавиться от кэльчу… Но тогда не на что – вернее, не на кого – станет менять Ключ. А упрямая Андоли, учитывая все обстоятельства, скорее примет все муки темных царств Селкирет, чем согласится отдать Ключ убийце Шеверта. Убивать же Андоли… Хофру не хотел. И не мог.