Шрифт:
– Град?
– исторглось из Степана царское.- Я не давал такого повеле…
– Тихо!
– Викентий усадил Степана-Царя и уселся рядом. Назвал адрес.
Только не успели они отъехать от «Зеленого погребка» и пары сотен метров, как действительно начался град.
– Мама дорогая!
– схватился за голову водитель, когда по крыше и капоту машины гулко забарабанили крупные сверкающие градины.- Вот это попали! Ни фига себе ледышки - с фасоль! Выскочу - наберу поглядеть.
– Зря,– прошептал Царь.- Он сойдет сума. Нам придется добираться пешком до твоего жилища, Викентий.
Царь оказался прав. Шофер выскочил из машины и, набрав с капота горсти странного града, ошалел. Потому что никакой это был не град, а самые натуральные алмазы. Правда, вперемешку с сапфирами.
Водила принялся набивать камушками карманы, не замечая, что град долбит его в макушку, сечет до крови по щекам…
– Останови его, а, Царь?
– попросил Викентий.- Что ты со своими… вибутянами над нашим простым московским людом изгаляешься? Алмазов много, да? Девать некуда стало?! Развлечений захотелось?!
– Алулу, ты, правда, совесть имей,- встрял Степан и тут же зазолотился:
– Хорошо. Я верну ему разум. А град станет обычным. Замерзшая вода, бр-р! Только едем скорее. Иначе меня обнаружат мои же жрецы.
Им из машины было видно, как шофера окатило сверху водой. Он встряхнулся, матюгнулся и посмотрел вокруг уже осмысленным взглядом. Полез за руль:
– Извините за задержку, сейчас все наверстаем. Просто хотел на редкостный град посмотреть и макушку себе разбил…
– Подуй ему на макушку, Кеша,– скорее почувствовал, нежели услышал Викентий золотистый шепот.- Исцелять так исцелять…
– Уходим, уходим, уходим!
Настанут времена почище!…
Если бы змеи могли петь, они бы в данный момент пели именно эту песню.
Потому что они уходили.
И Царица Аганри суровым взором следила за каждой чешуйкой на телах своих подданных: чтоб, не приведи Небеса, не осталась эта чешуйка в негостеприимном к змеям городе Москве.
– Уходим, уходим, уходим!…
Змей-вампиров Царица заставила вообще залечь в длительную спячку. По человеческим меркам - лет этак на триста… Тысяч. Змеи-вампиры подчинились и принялись готовиться к своей принудительной летаргии.
Нельзя не подчиниться Царице Аганри.
Если хочешь проснуться живым.
Царица уводила змей.
И торопилась уйти сама.
Она не любила людские затерянные племена.
А уж этих выскочек - племя вибути - тем более.
И то, что сейчас это племя почти в полном составе вторглось в этот странный город, Царице было чуть-чуть неприятно.
Именно такие эмоции испытываешь, когда окажешься вдруг в одном троллейбусе с человеком, которому уже пару лет как должен тысячу долларов. Или две.
Поэтому Аганри спешила.
Поэтому ее змеи и могли бы петь:
– Уходим, уходим, уходим!
Но, к счастью, змеи молчаливы.
Может, поэтому никто их и не любит, а?
Как известно из общенародно любимой песни общенародно любимого российского кинофильма, не сразу все устроилось.
И Москва, совершенно верно, не сразу строилась.
Зато то, что происходило со столицей сейчас, происходило именно…
Сейчас.
Мгновенно.
Моментально.
Круче, чем в кино.
И быстрее, чем смена декораций в театре.
Вж-жик!…
И после загадочного дождя с удивительным градом (что уж греха таить, некоторые несознательные граждане, проживающие в районе Охотного ряда и Нового Арбата, вовсе не почитая себя рехнувшимися, порядком нагребли в свои алчные руки халявно насыпавшихся с небеси бриллиантов и прочих смарагдов!) и тротуары прекрасной столицы, и всегда загруженная проезжая часть засияли чистым благородным сиянием золота.