– При желании ты мог бы править этими землями, Ланс. Потому как здесь никогда не было никого могущественнее эргов, детей Бездны и Первородного пламени. Не это ли твоя цель?

– Нет. Я должен сделать здесь кое-что и вернуться к себе. Таким образом мы свергнем старших богов в нашем мире, которые погружаются в пучину безумия.

Лансу хотелось прикоснуться к щеке Вейры (Миолы?), но он не решился. Вдруг испугается и сбежит?

– Здесь уже было подобное, – с важным видом кивнула она, – с тех пор правят младшие эрги, и в серединных землях воцарился покой. Только вот…

И Вейра замолчала, о чем-то задумавшись.

– Почему они хотели тебя убить?

Она вскинула на него испуганный взгляд.

– Неважно. Тебе… все равно не понять. Да и какое дело чужому богу до этого?.. Кстати, надеюсь, деньги у бога имеются? Нам скоро платить за ночлег в этом замечательном месте.

Стоило ей договорить, как ветхая дверь затряслась от мощных ударов.

– А вот и хозяйка.

И вдруг, по-ребячьи прищурившись, Вейра поинтеерсовалась:

– Или будем удирать через окно, как бедные любовники?

«Почему бы и нет?» – подумал Ланс.

А сам пошел открывать.

… На пороге стояла та самая женщина, что встречала их ночью, облаченная в нечто прозрачное и позволяющее беспрепятственно разглядывать выставленные на обозрение пышные формы. Взмахнув приклеенными ресницами, она протаранила себе дорогу в комнату, огляделась и презрительно хмыкнула. Похоже, любовнички-то и вправду были бедны.

– Что, голубки? Платить будем?

Ее мощный голос прокатился по помещению, выплеснулся в коридор, и Лансу показалось, что весь бордель испуганно замер, ожидая продолжения.

– И сколько мы вам должны? – пропела Вейра, спуская ноги с подоконника, – честно говоря…

Декольте хозяйки заведения начало медленно багроветь.

– У нас есть, чем заплатить, – невинным голосом закончил Ланс, выуживая из кошелька остатки тех монеток, которые он так удачно прикарманил еще в Айруне.

Вейра метнула на него убийственный взгляд, а деньги перекочевали в крепкие женские пальцы, унизанные дешевыми кольцами.

Ланс как-то узнал, что некоторые смертные верили в возможность читать судьбу по ладоням; он добыл пухлый фолиант с надписью «Трактат о трех линиях», ознакомился и, посмеявшись, вскорости забыл. А тут, глядя на золотые кружки в обрамлении розовой плоти, вдруг вспомнил когда-то читанное – и пришел к выводу, что обладательница столь мясистых ладошек наверняка отличалась тяжелым нравом, а выпуклый бугор у основания большого пальца прозрачно намекал на страстность и любвеобильность натуры.

– Этого достаточно? – осторожно спросил шеннит, подмигнув Вейре.

– Вполне, – хозяйка борделя ловко подбросила монеты и также ловко припрятала их в кошель, – вполне, голубки.

И, словно ладья по водной глади, двинулась к выходу. Чуть ниже спины, поверх пышнй юбки, был повязан огромный бант алого шелка.

Миола… То есть Вейра хихикнула ей вслед. А потом подошла и остановилась за спиной, и Ланс ощутил, что она и хотела бы подойти чуть ближе, но – боится.

Он вздохнул.

– Куда пойдем?

– Если у бога не переводится золото, то я бы что-нибудь съела.

…Как оказалось, город, называемый Даншесом, буквально кишел тавернами, кондитерскими, просто пивнушками и борделями с обедом из трех блюд. Пока они шли по узким и грязноватым улочкам, Вейра даже придерживалась за его локоть – вполне невинный жест, учитывая сутолоку. И Ланс вновь начал возвращаться в то время, когда он был счастлив, когда хорошо и легко становилось на сердце оттого, что кто-то очень близкий сжимает твою руку.

– Ты ведь никуда не убежишь? – тихо спросил он, но Вейра промолчала, прикусив губу.

Потом сказала:

– Ты из-за неба. Значит, когда-нибудь вернешься туда.

– Но я постараюсь, чтобы мы вернулись туда вместе. Или я навсегда останусь здесь, с тобой.

Она недоверчиво покачала головой и торопливо отвернулась.

– Пойдем туда, Ланс. Кажется, там тихо и довольно чисто.

Заведение и впрямь оказалось скромной кондитерской, с маленькими столиками, плетением ароматов и неумело намалеванными изображениями сладостей на чисто выбеленных стенах.

Тотчас подлетела смуглая девчонка и принялась нахваливать сладкие пирожки с изюмом и орехами, а также напиток горячий шоколад, приготовленный из бобов замечательного южного дерева. Ланс не стал мучить бедняжку расспросами; шлепнул о стол двумя монетками, и служка унеслась на кухню.

– А откуда у бога деньги? – шепотом осведомилась Вейра, – я-то думала, боги выше подобных мелочей…

– Я их украл, – также шепотом ответил шеннит, – еще в Айруне.

И он было хотел объяснить, каким образом это сделал, как объявилась разносчица.