– Ваш заказ!

Вейра с воодушевлением потерла руки и ловко поддела первый пирожок.

– Расскажи мне о вашем мире, – попросил Ланс. Горячий шоколад оказался на диво хорош.

– Мм… Им с начала времен правят эрги, дети Первородного Пламени и Бездны.

– Так тот, кого я заморозил, был эргом?

– Угу. Но это старший эрг. Вообще-то они спят в могильниках… Они в свое время сошли с ума все разом и решили предать Серединные земли огню. И тогда, – она торопливо сделала несколько глотков, – тогда люди заключили договор с младшими эргами чтобы те избавили их от старших и потом правили до конца дней. Были принесены великие жертвы, и… По сей день старшие спят под курганами. Один, правда, ухитрился выбраться, но ты его успокоил уже навеки.

– Могильники, говоришь…

Память назойливо возвращала его к кургану, сложенному из костей. И та страшная мумия с копьем… Ланс нахмурился. Уж не повредил ли он порядку вещей в этом мире?..

«Ну, ну, прочь сомнения… Если вдруг еще один старший эрг проснется, то и его заморожу… Главное – Миола рядом, со мной. И вторая пирамида скоро будет».

– Могильники. – Вейра сделала большие глаза, – жертвы приносятся раз в десятилетие. Чтобы укрепить сон старших.

«Так вот откуда свежие останки!»

Тайна кровавого захоронения начинала развеиваться. Но, само собой, от этого не стало легче, скорее, наоборот.

– А что ты должен сделать в Серединных землях? – как бы невзначай поинтересовалась Вейра, – может, расскажешь? Нет, я, конечно, не могу настаивать… Я должна гордиться хотя бы тем, что разговариваю с высшим созданием, но все же?

– Я должен построить шесть пирамид, чтобы они помогли уничтожить старших безумных богов в моем мире, – ответил Ланс. Вдаваться в подробности совершенно не хотелось. Мало того, странно, что Вейра так запросто поверила в его нелюдское происхождение, и в то, что в своем далеком мире – он младшее божество.

– А что будет с нашим… миром? – в серых глазах прыгал огонек любопытства.

– Ничего страшного не случится… Что с тобой?!!

Она испуганно замерла на табурете. Затем, приложив к губам палец и тем самым призывая к молчанию, повернулась к огню, весело пляшущему в камине.

– Что такое? – Ланс сжал ее горячие пальцы; казалось, у Вейры жар.

– Погоди, – она быстро высвободилась и на цыпочках двинулась к камину. По пути обернулась и строго приказала:

– Пожалуйста, оставайся там, где сидишь.

…Эрг, чтобы успокоиться, мысленно досчитал до десяти. И только затем повернулся к застывшему в священном ужасе хозяину дома.

– Как тебя зовут, человек?

– Мм… Мильор… Лонс, милорд…

Он бросил – как показалось Тиорину – опасливый взгляд в сторону двух отправившихся в Бездну мерзавцев и побледнел так, что, казалось, именно из него выпустили всю кровь.

– Милорд…

– Да?

Мильор Лонс судорожно взохнул. И его тело вдруг обмякло, повиснув на веревках. Острый подбородок уткнулся в хилую грудь.

«С чего бы?» – эрг все еще стоял посреди зала, задумчиво перебирая пальцами по эфесу. Затем его взгляд упал на босые ступни маленького человека, изрытые багровыми пятнами ожогов.

«Все правильно. А ты, лорд Саквейра, уже и забыл, что людям бывает больно от огня? Себя-то вспомни…»

А по странной прихоти Бездны и Первородного пламени, даже пребывая в человеческом теле, эрги могли не бояться ни огня, ни каленого железа, ни кипящего масла. Эрги были уязвимы, но со стороны пламени опасность им не грозила ни в одном из обличий.

Вздохнув, Тиорин разрезал веревки, перетягивающие хрупкие запястья Мильора Лонс, огляделся в поисках куда бы уложить раненного. У стены, прикрытая сильно потертым и побитым молью гобеленом, притаилась кушетка; на нее-то и перекочевал страдалец. Старушка была определена в объятия старого кресла, после чего в голову эргу пришла мысль о необходимости избавиться от двух убитых им грабителей.

Будь под рукой таверсы – он, не раздумывая, угостил бы их человечинкой, потому как слуги эргов были всеядны. Но теперь и верный Юдин, и его клан остались глубоко под землей, в ожидании развязки… Хмыкнув, Тиорин подволок оба тела к камину, а затем и вовсе отправил их в огонь. Пусть себе горят… Подстегиваемое волей огненного демона, пламя взвилось столбом, на миг повисло, простерши когти над новой пищей, а потом с гулким стоном рухнуло вниз, обращая плоть в жирный пепел, а кости – в обугленные головешки.

Вот и все. Правда, на полу остались уродливые багровые разводы, но такие мелочи уже мало интересовали владыку Саквейра.

Он огляделся еще раз, удостовериться, все ли в порядке, и направился к двери. Вернее, к зияющему оскалом щепок дверному проему.

Самое время покинуть Айрун и продвигаться дальше, к могильнику – или что там от него осталось…

Потом остановился, с удивлением поймав себя на том, что имя Мильора Лонс упорно крутится в голове.

«Любопытно, а много ли семейств Лонс живет в Айруне?»