— Маша, ты не видела Марину? — задала вопрос одна из старушек.

Я качнула головой. Ту Маринку, о которой меня спрашивают, я не видела. Той Маринки вообще больше нет. Они ищут пустоту.

А милиции-то примчалось сколько! Еще машина подъехала. Дверь в подъезд не закрывается. Кажется, на счету у «маньяка» появилась новая жертва. Без Дэниэла здесь, конечно, не обошлось. Скорее всего, именно он уговорил Маринку выйти из дома. Где ее теперь, интересно, носит?

Может, подойти к ним и сказать, чтобы не переживали? Ничего страшного, просто милая девочка стала вампиром и ей надо время от времени наведываться на улицу для подкрепления.

Я вошла в подъезд. Навстречу мне выбежала заплаканная Маринкина мама.

— Она вернется, правда, — попыталась я утешить ее, но женщина прошла мимо, даже не повернув головы. — Все будет хорошо, — добавила я, скорее для себя, чем для нее.

Мне самой в это хотелось верить. Вот встречусь завтра со Смотрителями, они мне откроют волшебное слово, «мутабор» какой-нибудь или призыв к Сивке-Бурке, и Дэниэл сам сбежит от нас далеко-далеко. После этого на улицах моего города зацветет вишня, прилетят голуби, небо станет голубым, и все будут любить всех.

Кажется, у меня начался жар. Забавно, а вампиры пьют кровь заболевших людей? Что с ними тогда происходит? Они тоже начинают чихать? Я представила себе Дэниэла с насморком в кровати, со стаканом молока в руках…

М-да, сегодняшний день был не из легких. Пора немного отдохнуть.

Родители на удивление спокойно отнеслись к тому, что я уезжаю. Мои объяснения и пришедшее вчера письмо с приглашением вполне их удовлетворили. Они даже ничего не сказали, когда я предупредила, что утром за мной приедет такси. Словно за мной, как за большим начальником, каждый день приезжает машина.

— Всего на два дня, — как заклинание, твердила я, — в пятницу уже буду дома. В Москве меня встретят. Жить буду в общежитии.

Говорю и сама себе верю. Удивительно!

— Как удачно все совпало. Развеешься, избавишься от своих кошмаров, — шепнула мама, напомнив неприятные вечера около моря. Тогда мне казалось, что все закончилось. Оказывается, это был только пролог.

— Да, хорошо, что уезжаешь, — согласился папа. — Неспокойно у нас.

Неужели поведение родителей — работа Эдгара? Впервые вижу папу с мамой в таком согласии относительно моего отъезда.

Ночью город напоминал о себе звуками, запахами, словно пытался подкрепить мою пошатнувшуюся со временем решимость. Что ж, помощь была не лишней. Чем ближе подходило время отьезда, тем больше я находила причин, чтобы остаться дома. После встречи с Дэниэлом хромаю, меня продуло на прогулке с Эдгаром… Я засыпала, просыпалась вновь, и мне начинало казаться, что все будет совсем не так, как я могу себе представить, что все решится само собой. Например, Дэн случайно споткнется о камень, упадет в яму и свернет себе шею. Если уже не свернул.

Утро все расставило на свои места. Билет, такси, самолет. Ничего меня уже не остановит. Да и чувствовала я себя на удивление хорошо.

Пока мама собиралась на работу, я просидела в комнате, глядя, как Маркелова весело улыбается на фотографии, поставленной за стекло книжной полки.

Приеду к Смотрителям, отправлюсь в библиотеку и найду в их книгах волшебное слово, если они мне сами не скажут. Или это будет рецепт колдовского порошка? Если меня будут спрашивать про вампиров, скажу, что, может быть, в городе кто-то и есть, но я ни с кем не встречалась, поэтому не уверена. Появится Дэниэл — сдам его с рук на руки, вот, мол, берите, пользуйтесь. Не появится, пойду его искать с порошком в кармане. Дело-то простое.

А Олег… Да что Олег! Не съест он меня. Пускай и дальше продолжает волноваться на расстоянии, никто не запрещает.

Приехавший водитель позвонил мне на сотовый. Эдгар даже это предусмотрел! Откуда у него мой номер, можно не спрашивать. Откуда-то.

Посидела в прихожей на табуретке — на удачу. Подхватила сумку и устремилась на выход. Только не оглядываться! Только ни за что не цепляться взглядом! Иначе передумаю, упаду на кровать и никуда не поеду.

— С тобой все хорошо? — Водитель, молодой парень в кепке, глянул на меня через зеркало заднего вида, когда я плюхнулась на сиденье. — Странно, что ты одна.

— Мне и самой странно, — кивнула я. И почему в кино все героини всегда такие решительные? Куда моя-то решительность делась?

Скоро аэропорт станет моим вторым домом, что-то я сюда зачастила. Хотя… Три дня назад была здесь, а кажется, что прошла вечность. Причем до того была еще поездка в Африку. Бью собственные рекорды по летучести. Вроде бы первого января я никуда не летала, с чего вдруг к ноябрю стала такой крылатой? Правда, примета уже давно не действует. Многие первого января вообще не выходят из дома, это ведь не значит, что они потом целый год на диване проведут.