– Я все еще жду, – напомнила Кора о своем существовании, и Джонатан, очнувшись, поторопился приготовить ей выпивку.

– Вот... – Он протянул ей бокал, в котором плавились кубики льда. – Сейчас придумаю, чем закусить.

Он прошел в кухню, совмещенную с гостиной, и достал из холодильника блюдце с ломтиками лимона и оливками. Поставил на журнальный столик, расположенный рядом с диваном.

– За этот вечер, – произнесла Кора тост.

Брукс приподнял свой бокал в знак согласия и выпил.

– Думаю, я могу себе позволить немного задержаться... – Отставив фужер, Кора поднялась, и теперь стояла рядом с Джонатаном, практически прижимаясь к нему, в то время как ее глаза неотрывно следили за его взглядом.

К ее разочарованию, Брукс даже попытки не сделал ее обнять. Неужели она нисколько не нравится ему? Она? Та, за которой мужчины буквально шли валом, позволяя самой Коре выбирать, на ком остановить свой выбор. Может, он считает ее слишком старой? Но она младше его! На целых два года!

К тому же Кора прекрасно знала, что выглядит моложе своих тридцати лет. И у нее просто в голове не укладывалось, как мужчина может пренебречь ее знаками внимания. Ведь она такая привлекательная. Просто мечта...

– Ты очень красивая, Кора, – мягко заметил Джонатан, словно отвечая на ее мысли, – но я не могу так поступить по отношению к Мартину. Он мой друг. И мы компаньоны.

Ему показалось, он нашел выход из сложившейся ситуации.

– Но что такого предосудительного мы бы сделали? – удивленно пожала она плечами. – Пару раз поцеловались?

– Предполагаю, что этим бы дело не ограничилось, – усмехнулся Брукс.

– Муж ничего не узнает! – Кора обняла его, прижимаясь к его груди. – Джонатан, ты очень нравишься мне. Неужели мы не можем доставить друг другу несколько приятных минут?

Брукс стоял как вкопанный, не рискуя пошевелиться, чтобы его движение не было принято как знак согласия с прозвучавшим предложением.

– Кора, тебе пора домой, – пробормотал он.

– Да что с тобой такое?! – Она отпрянула от него, словно обожглась. – Неужели ты не хочешь провести со мной ночь?!

– Ты очень привлекательна... но... но мы слишком торопимся, – нашелся он.

– А я не могу ждать! – вскричала она. – Ты знаешь, когда я последний раз была близка с мужчиной? Да я уже забыла, когда это происходило!

– Кора, успокойся! – Он решительно обнял ее и по-дружески прижал к себе. – Не нужно подробностей твоей семейной жизни. Это излишне. Просто предоставь судьбе самой решить, как нам быть... Не будем торопить события. Иначе может случиться что-нибудь непоправимое... о чем мы оба пожалеем.

Чувствуя, что дыхание ее стало ровным, Джонатан отодвинул женщину от себя и заглянул в глаза.

– Давай сегодня я вызову тебе такси. А дальше... просто посмотрим, куда жизнь приведет нас, – с надеждой в голосе предложил он.

– Хорошо, – кивнула Кора, утирая глаза. – Ты извини меня, что я сорвалась и испортила такой вечер. Просто нервы не выдержали.

– Ничего...

Джонатан вздохнул с облегчением, когда Кора покинула его квартиру. Он понимал, что это лишь временная передышка. Но пока не знал, что еще следует предпринять, чтобы дать понять Коре: они не могут быть вместе. Никогда.

Да, жена Мартина Лайтмена была очень обольстительной женщиной. И при других обстоятельствах он, возможно, ею увлекся бы. Просто они встретились не в то время и не в том месте. Только и всего.

Однако он чувствовал потребность снять напряжение после такого насыщенного событиями вечера. Поэтому набрал номер, который успел уже выучить наизусть.

– Я приеду к тебе. Ты не против? – спросил, когда на другом конце провода сняли трубку.

– Конечно, – ответил мелодичный голосок, – сегодня я свободна.

Положив трубку, Брукс вздохнул с облегчением.

Это именно то, что ему сейчас нужно. Только секс. Ни чувств, ни переживаний, ничего. Лишь получение удовольствия.

Джонатан вошел в кабинет Мартина Лайтмена.

– Извини, что отрываю от дел, но надо что-то предпринимать с Клеменсом, – сразу начал он, пожав руку своему компаньону.

– Что, он так и не справляется со своими обязанностями? – спросил Лайтмен, открывая на компьютере штат сотрудников обсуждаемого ресторана.