Шрифт:
Теперь на меня неотрывно смотрели Бодряну и Доброчинский. До остальных, похоже, не доходил смысл полученной информации, вернее, ее последствий.
– Боря, я тебе перезвоню попозже. Если только у меня не случится сердечный приступ.
Сигизмунд Сигизмундович отключил связь. Я убрала с лица идиотскую улыбку.
«Опасность!» – прозвучал в мозгу голос интуиции или моего ангела-хранителя.
– А я-то все думал, кого вы мне напоминаете! – воскликнул Бодряну, разглядывая меня. – Я же и фотографии ваши изучал, и записи смотрел…
– Дорогая Бонни, я давно хотел познакомиться с вами лично. Никак не думал, что встречу при таких обстоятельствах, – заговорил Сигизмунд Сигизмундович, обращаясь ко мне. – Однако я знаю, что вы умеете договариваться с людьми…
Взгляд Доброчинского стал вопросительным.
– Книга, – сказала я по-русски. Больше играть роль не было смысла – Борис ведь описал брату, как я сейчас выгляжу. Ну, Зина… Нашим, вашим, вместе спляшем…
– Она по-нашему лопочет! – пораженно воскликнул Вася с таким выражением лица, словно увидел заговорившую по-русски обезьяну.
– Она «лопочет» на четырех языках, – бросил Васе Николай Бодряну и подошел ко мне. Я протянула руку, он ее пожал, потом поцеловал. – Книга – моя, мисс Тейлор. Господин Доброчинский обещал ее мне…
– За нелегальный вывоз меня за пределы России, – закончила фразу я. – Но необходимость в этом отпала. Я буду выезжать легально. Поэтому господину Доброчинскому не за что вам платить.
– Но вы нелегально въехали! – заметил Бодряну. Все присутствовавшие при разговоре стояли с открытыми ртами.
– Ошибаетесь. Я въехала легально, по своему паспорту, в котором у меня стоит многократная российская виза.
– Но… – вякнул было Артем.
– Заткнись! – гаркнули одновременно Доброчинский, Бодряну, Клавдия Степановна, Ленка и Вася.
– Хотя я, конечно, не могла рассчитывать на такую удачу, когда собиралась в Россию, – спокойно продолжала я, переводя взгляд с Сигизмунда Сигизмундовича на Бодряну и обратно. – Вася с Артемом на самом деле выбрали меня в качестве подарка своему другу. И мне на самом деле заказан цикл статей о русских брачных традициях. Признаться, мальчишник произвел на меня неизгладимое впечатление.
– Вы что, никого другого не могли выбрать? – устало спросил Сигизмунд Сигизмундович, глядя то на Васю, то на Артема.
– Дедушка… – произнес рабочий, подходя к старичку.
Тот повернулся и улыбнулся. На сморщенном личике появилось еще больше морщин.
– Давайте я вам помогу, – предложил рабочий. Он не мог видеть, как старый человек моет окно. Такого не должно быть! А ему все равно нужно чем-то себя занять.
Дедуля очень внимательно его осмотрел.
– Проблемы, сынок?
– Проблемы, – вздохнул рабочий и взял «лентяйку».
Дедуля кивнул, еще раз внимательно осмотрел рабочего и сказал:
– Как закончишь работу, заходи. – И кивнул на дверь. – Я тебя чайком крепеньким напою, бутерброд сделаю, а может, и по рюмочке коньячка с тобой выпьем.
Дедуля скрылся за дверью, а рабочий принялся мыть окно. Он понял, что это единственное окно маленького книжного магазина. Или правильнее будет сказать «витрина»? Нет, в витрине что-то должно выставляться, а тут на стекле лишь написано по-старинному, с твердым знаком и еще с какой-то неизвестной белорусу буквой…
Он справился быстро, правда, воду пришлось менять пару раз. Дедуля показал, где. У дедули уже вскипел чайник, и он накрывал завтрак на маленьком старом (или старинном?) столике за ширмочкой.
– Яишенку? – спросил дедуля, показывая на электрическую плитку, на которой стояла сковородка.
Рабочий понял, что страшно голоден, и кивнул.
Дедуля смотрел, с какой жадностью он ест, подливал ему чайку, потом налил им обоим по маленькой рюмочке коньяку.
– Ну, мил человек, расскажи старику, в чем проблема. Может, смогу помочь? Или посоветую что. Жизнь-то я прожил долгую и трудную…
Дедуля посмотрел куда-то над головой рабочего. Там были книжные полки, но он явно смотрел не на них, а куда-то в глубину веков. Или в свою прошедшую жизнь?
Глава 12
– Надо выпить и закусить, – сказала Клавдия Степановна. – Еда и выпивка в доме остались? – Женщина посмотрела на ошарашенного Олега.