Готовимся к родам
вернуться

Сирс Марта
Шрифт:

ПРИМЕР ПЛАНОВЫХ РОДОВ

2 декабря 1992 годаКому: Персоналу родильного отделения адвентистской больницы Шейди-ГроувОт кого: От Роберта и Шерил Сирс, предполагаемая дата родов 04.02.1993Мы выбрали адвентистскую больницу Шейди-Гроув, т. к. получили превосходные отзывы наших друзей о прекрасном персонале и ее современном оснащении. Мы рады, что персонал родильного отделения будет помогать нам во время этого радостного события. Мы понимаем, что все роды не похожи друг на друга. Стремясь к тому, чтобы роды стали для нас памятным и счастливым событием, мы составили список своих пожеланий. Эти решения были приняты после серьезных исследований, консультаций и размышлений. Поэтому мы высоко оценили бы вашу помощь в достижении поставленных целей. Мы хотим заверить вас, что в случае непредвиденных осложнений вам гарантировано полное сотрудничество — после того, как нам предоставят возможность обсудить решение с врачом и время на обдумывание.Первая стадия родов• прослушивание сердца плода при помощи фетоскопа, а не фетального монитора; пожалуйста, ни какого внутреннего электронного мониторинга плода;• вагинальные осмотры только с согласия роженицы — как можно реже и аккуратнее, чтобы избежать преждевременного разрыва плодного пузыря;• никакого стимулирования родов — питоцина, амниотомии;• мужу и ассистенту разрешается присутствовать в любое время;• анестезия или анальгезия только по просьбе роженицы;• свобода двигаться и ходить во время родов;• возможность использовать ванну или душ до разрыва плодного пузыря;• тихое помещение, неяркий свет, негромкая музыка (принесенная с собой); пожалуйста, никакого лишнего персонала;• при необходимости внутривенных вливаний, пожалуйста, поставьте гепариновый замок.Вторая стадия родов• свобода выбора положения при потугах — пожалуйста, никаких ремней;• массаж промежности ассистентом с использованием масла; горячие компрессы вместо эпизиотомии;• при необходимости помощи в родоразрешении, пожалуйста, используйте вакуумный экстрактор, а не щипцы;• пожалуйста, сразу же положите новорожденного на живот матери;• пуповину пусть перережет муж, но только после того, как она перестанет пульсировать;• ребенка нужно сразу же приложить к груди, чтобы ускорить изгнание плаценты. Пожалуйста, никакого питоцина, массажа матки или вытягивания пуповины;• пожалуйста, не включайте яркий свет в первые минуты;• если требуется наложить шов на промежность, пожалуйста, используйте местную анестезию.После родов• ребенок должен все время оставаться с родителями; пожалуйста, не отвозите его в палату для новорожденных;• пожалуйста, отложите стандартный осмотр новорожденного на время формирования связи между матерью и ребенком;• пожалуйста, выполняйте все стандартные обследования и процедуры в присутствии матери;• если ребенка требуется согреть, положите его на грудь матери и накройте одеялом;• мать, если захочет, купает ребенка сама;• только грудное вскармливание», никаких бутылочек, смесей, сосок, пустышек или воды;• отец должен оставаться с матерью и ребенком до выписки из больницы;• если родится мальчик, обрезания делать не нужно.(Рассказ об этих родах вы можете найти далее: «Высокотехнологическое зачатие — естественные роды».)С уважениемРоберт Сирс ></emphasis>Шерил Сирс ></emphasis>Подпись врача ></emphasis>Подпись врача ></emphasis>Подпись врача ></emphasis>*В основу этого плана легло желание как можно дольше оставаться дома после начала родов, и поэтому в нем не освещены некоторые моменты, например, связанные с едой и напитками. План может быть дополнен на тот случай, если супруги примут решения поехать в больницу раньше.

ПРИМЕР ПЛАНА РОДОВ В СЛУЧАЕ НЕОБХОДИМОСТИ КЕСАРЕВА СЕЧЕНИЯ

В период беременности

• Следует убедить мать, что по возможности она должна начать рожать сама, прежде чем будет сделано плановое кесарево сечение.

• При плановом кесаревом сечении анализ крови и все предоперационные обследования должны выполняться амбулаторно.

Роды• Муж при желании может находиться в операционной в любое время.• Брить разрешается лишь место разреза и область введения катетера для местной анестезии.• Как минимум, одна рука матери должна быть свободна (не привязана).• Низкий поперечный разрез живота и матки.• Необходимо обсудить варианты анестезии. Для снятия боли после операции должен применяться эпидуральный препарат морфия долговременного действия.• Родителям при желании разрешается наблюдать за родами (при помощи зеркала или опускания ширмы).• При необходимости общей анестезии отец остается в операционной, чтобы принять новорожденного.После родов• Здоровье ребенка должно оцениваться в обычном порядке. Никаких специальных мер без необходимости.• Сразу же после родов: если состояние новорожденного стабильно, его передают отцу и прикладывают к щеке матери. Свободной рукой она может обнять ребенка.• • Если новорожденному не требуется специального ухода, он остается в послеоперационной палате (предпочтительно домашнего типа) вместе с матерью. Отец ребенка и медсестра наблюдают за ним и помогают приложить к груди матери.• Если новорожденному требуется специальный уход, отец может сопровождать его в палату для новорожденных. Ребенка должны принести матери, как только его состояние стабилизируется, а мать сможет заниматься им.• Мать должна иметь возможность отказаться от медикаментозных препаратов, которые обычно применяются после операции.• После родов катетер капельницы должен быть удален как можно быстрее.• Через несколько часов после операции у матери должна быть возможность поесть и утолить жажду.• Родители и здоровый ребенок должны оставаться вместе в после операционной и послеродовой палате, где мать начнет грудное вскармливание. Круглосуточный доступ в палату отца или другого помощника.• Братьям и сестрам новорожденного разрешается посещать ребенка, как только это станет возможным.• При развитии у матери незаразной лихорадки ребенок должен оставаться вместе с матерью; грудное вскармливание не прерывается.• Мать должна получить инструкции по грудному вскармливанию и помощь специалиста. При необходимости искусственная смесь должна даваться при помощи специальной системы, а не в бутылочке.

Глава 14 РАССКАЗЫ О РОДАХ

Четырнадцать приведенных ниже историй так же индивидуальны, как и их главные участники. Среди них вы не найдете двух похожих, но все они служат яркими примерами того, насколько важно, чтобы супруги брали на себя ответственность за роды.

МНЕ СЛЕДОВАЛО БЫ ПОСПАТЬ!

Я не могу точно сказать, когда начались роды. В субботу и воскресенье я просыпалась в три часа утра от схваток, которые продолжались от тридцати до сорока пяти секунд и следовали с интервалом от семи до десяти минут. Это продолжалось два или три часа, а затем схватки исчезали. В воскресенье в восемь утра я заметила первый признак приближающихся родов — кровянистые выделения. Весь день у меня были слабые нерегулярные схватки. Я рано легла спать, чтобы отдохнуть перед важным событием. Но я была так взволнована, что никак не могла расслабиться.В понедельник я опять проснулась в три часа утра. Промучившись час, я заставила себя заснуть. В шесть часов я опять проснулась и больше уже не могла спать. Интервал между схватками к этому времени сократился до шести или семи минут. На самом пике схватки я чувствовала не очень сильную боль. В девять утра схватки перестали быть регулярными. Весь понедельник я занималась уборкой и готовкой, слишком взволнованная, чтобы отдыхать, — я знала, что до рождения ребенка остается несколько часов или дней.Следующая ночь — с понедельника на вторник — была очень долгой и бессонной. В четыре утра я заметила, что схватки стали чаще и сильнее. Муж помог мне использовать приемы релаксации, чтобы выдержать их, и хотя мне стало легче, о том, чтобы поспать или даже прилечь, не могло быть и речи. Мне казалось, что роды начались. Мы позвонили нашей акушерке, и она объяснила, что схватки должны стать еще чаще и интенсивнее, и посоветовала мне перезвонить, когда они усилятся настолько, что на их пике я не смогу разговаривать. В десять часов интервал между схватками начал увеличиваться, и я решила немного прогуляться, чтобы ускорить события. (Мне следовало бы поспать!) Я гуляла два часа без всякого результата, а затем решила заняться уборкой. (Мне следовало бы поспать!)Марта, мать Боба, приехала к нам в час дня. К пяти вечера интервал между схватками составлял от четырех до семи минут, а их продолжительность — около минуты. В десять вечера Марта предложила мне принять теплую ванну, чтобы расслабиться и, может быть, даже поспать, потому что у меня уже заканчивались силы. Весь вечер я не находила себе места, пробуя найти наиболее удобное положение. Я была разочарована тем, что никакие средства — релаксация, отдых лежа на боку, тихая музыка, растирание, массаж — не помогают. Я не знала, что еще предпринять. Ванна замедлила роды, и я сорок пять минут поспала в воде. После ванны интервал между схватками сократился до трех-четырех минут, а их продолжительность увеличилась до 60–80 секунд. С этого момента они стали такими сильными, что я даже не вспоминала о еде и питье.В час ночи со вторника на среду я попробовала еще раз принять ванну, чтобы расслабиться и поспать. Это помогло, но поспать удалось всего лишь полчаса. Затем схватки настолько усилились, что с ними стало трудно справляться в тесной ванне. В три часа утра я решила позвонить акушерке, потому что боль становилась невыносимой. Она приехала в пять часов, и после осмотра выяснилось, что стирание шейки матки составляло 90 процентов, а раскрытие — всего лишь 2 сантиметра. Такого разочарования я никогда не испытывала! Затем акушерка уехала на срочный вызов, и следующие два часа я провела в невыносимых мучениях, не в силах сдерживать крики. Разочарование и усталость добавлялись к боли, усиливая страдания. Я была в отчаянии — роды длились уже столько времени, а никакого прогресса не наблюдалось. Я злилась, что никто не предупредил меня, что может быть так больно. Схватки ошеломили меня, и я почувствовала страх — выдержу ли я? Мне казалось, что к этому времени все уже закончится, но я находилась еще в самом начале пути. Около семи утра мне удалось справиться с собой и вновь обрести уверенность, что я выдержу это испытание. С семи до одиннадцати я продолжала рожать, облокотившись на кухонный стол и опуская руки и голову на подушку во время схваток. Между схватками я садилась верхом на стул, положив руки и голову на его спинку. В одиннадцать дня пришла работавшая на подмене акушерка и осмотрела меня. Стирание шейки матки уже достигло 100 процентов, но раскрытие оставалось на уровне 2 сантиметров. В 11.30 с шумом и сильной струей жидкости лопнул плодный пузырь, в результате чего схватки еще больше участились и усилились. Я больше не могла терпеть и почувствовала, что вновь теряю контроль над собой. Душ не принес облегчения. Обессиленная и расстроенная, я опять начала кричать. Пришло время ехать в больницу. Я хотела избавиться от боли, и врачи могли мне помочь в этом.Мы прибыли в больницу в час дня. Медсестра осмотрела меня и определила, что раскрытие составляет 6 сантиметров — недостаточно, чтобы успокоить меня. Я хотела, чтобы мне ввели обезболивающие препараты. У меня больше не было сил терпеть боль. Я была согласна на эпидуральную анестезию. Боб попробовал убедить меня использовать свой «арсенал» приемов снятия боли, потому что вмешательство не было предусмотрено нашим планом родов. Я отказалась. Я жаждала облегчения — он не мог этого понять. Он не испытывал невыносимой боли и не был измотан трехдневной бессонницей. Медсестра, знакомая с нашим планом родов и знавшая, какими бы мы хотели видеть роды, предложила ввести нубаин, который ослабил бы боль. Это означало капельницу, необходимость лежать и электронный мониторинг плода — но лишь на полчаса и задолго до того момента, когда нужно будет тужиться.Нубаин почти не подействовал, но этого было достаточно, чтобы я снова могла взять себя в руки и справляться со схватками. Мне не хотелось вставать или ходить, и поэтому необходимость оставаться в кровати не очень меня беспокоила. Я продолжала рожать, сидя на кровати верхом. Вскоре я ощутила это восхитительное и непреодолимое желание — тужиться! Шейка матки раскрылась всего на 9,5 сантиметра, но ранние потуги не представляли никакой опасности, и я подчинилась инстинкту. Какое облегчение! Боль не исчезла, но я уже управляла ей, и потуги помогали мне в этом. В первой половине второй стадии родов я стояла на кровати на четвереньках. В конце второй стадии я сидела на кровати для родов. Боб и Марта стояли по обе стороны от меня, поддерживали мои ноги во время схваток, а между схватками я засыпала. Примерно через час потуг и эпизиотомии, в 4 часа 7 минут, на свет появился замечательный мальчик — Эндрю Роберт Ли Сирс! Стоило ли это моих страданий? Вне всяких сомнений!Наши комментарии.Когда начинаются роды, невозможно сказать, сколько они будут длиться. Эта первородящая женщина (наша невестка Шерил) потратила все силы на ранней фазе родов и к тому моменту, когда от нее требовались максимальные усилия, была истощена. Ей следовало бы поспать или, по крайней мере, отдохнуть. К сожалению, помогавшие ей акушерки не поняли, что она нуждается в отдыхе, — в противном случае они предложили бы ей вина или какое-либо седативное средство. Если бы этот пункт присутствовал в плане родов, такой шаг можно было бы еще во время беременности обсудить с врачом. Усталость и растерянность роженицы могли бы привести к хирургическому вмешательству, но она вспомнила о своем плане родов, использовала имевшиеся в ее арсенале средства и обрела второе дыхание. Она разумно использовала медикаментозные средства обезболивания — чтобы восстановить силы и сделать роды такими, какими она себе их представляла.

«ЧИСТЫЕ» РОДЫ

Мы с мужем были приятно удивлены от того, как быстро я забеременела. Перфекционист по натуре, я несколько растерялась, что у меня есть только девять месяцев, чтобы подготовиться к такому важному событию, как рождение ребенка. В самом начале беременности я старалась как можно больше заниматься физическими упражнениями и обнаружила, что самым эффективным и приятным из всех видов спорта для меня является плавание. Во время тренировки я могла сосредоточиться на предстоящих родах. Упражнения Кегеля, приседания, повороты таза и другие упражнения, тонизирующие мышцы таза, — все это стало частью моего распорядка дня. Вообще-то я предпочитаю вегетарианскую пищу, но в тот период намеренно увеличила потребление белков до рекомендуемого уровня. Получив дополнительную информацию, я также увеличила дневную норму витаминов и минералов. Я хорошо себя чувствовала во время беременности, хотя в первые месяцы ее несколько омрачала появлявшаяся днем или ранним вечером тошнота.Мне удалось убедить мужа, чтобы он вместе со мной прослушал не один, а два курса по подготовке к родам. Одни курсы были организованы при больнице, и на них мы познакомились со стандартными процедурами и статистикой различных вмешательств. Другие курсы были частными — на них больше рассказывали об ощущениях во время естественных родов. В курс обучения входило знакомство с конкретными способами минимизации медицинского вмешательства.Однажды утром, за три недели до предполагаемого срока, я обнаружила, что роды начались. Встав, чтобы сходить в туалет, я увидела, что из меня вытекает прозрачная жидкость. Я тут же поняла, что плод созрел раньше, чем предполагалось, и готов отправиться в путь. Но я-то была не готова! Я не только не собрала сумку, но даже еще не решила, что нужно брать с собой.В первые несколько часов схватки были слабыми и нерегулярными, а жидкость текла слабо, но непрерывно. Врач подтвердил, что роды начались, и заверил меня, что все пока идет нормально. Единственное, что не внушало особой радости, это предположение, что если ребенок не родится до 7.00 следующего дня, придется стимулировать роды. Но я чувствовала, что роды развиваются в хорошем темпе, и особенно не волновалась на этот счет.По дороге домой мы остановились в придорожном кафе, и я немного перекусила, чтобы запастись энергией для предстоящих родов. Когда начинались схватки, я опиралась на стойку бара и делала вид, что изучаю меню. К трем часам дня схватки стали регулярными и болезненными. К 5.00 мне пришлось лечь на кровать, расслабить все мышцы и сконцентрироваться на глубоком дыхании. Я была спокойна и уверенна, потому что во время занятий по системе Брэдли научилась управлять своим телом. Я знала, что матка сокращается так, как это должно происходить при нормальных, естественных родах, а мне нужно в этот период расслабиться и не мешать ей делать свою работу.В больницу мы приехали в девять вечера. К этому моменту во время самых сильных схваток я уже не могла поддерживать беседу. К сожалению, медсестра вела себя как настоящий варвар. Все остальные были безупречны, но ее манеры оставляли желать лучшего. Ей потребовалось полчаса, чтобы определить, что роды уже начались, а как только мне удалось удобно устроиться, она объявила, что мне нужно встать, чтобы она могла привести в порядок мою кровать. Во время схваток я продолжала концентрироваться на расслаблении мышц и глубоком дыхании. В какой-то момент делать это стало трудно. Мне показалось, что моя матка — это автопилот, который работает гораздо быстрее, чем я могу и хочу выдержать. Меня била дрожь. Я знала, что это классический признак переходной фазы, но не могла в это поверить. Ведь я пробыла в больнице всего два часа.Следующие мои ощущения вряд ли можно назвать «внезапным желанием тужиться». Мне казалось, что мои внутренности готовы в любую секунду вырваться наружу. Мужу удалось уговорить другую, более доброжелательную медсестру, чтобы она осмотрела меня, и медсестра предупредила, что ребенок может появиться на свет в любую минуту. Я начала тужиться при каждой схватке, но в то же время думала: «Зачем я тужусь? Ребенок и так родится». Пришел врач, и в 12.08 на свет появилась наша маленькая дочь — всего через полчаса после того, как я начала тужиться. Девочка была спокойной и внимательной. Я до сих пор вспоминаю выражение ее лица.Я была рада, что все время пребывала в полном сознании, не затуманенном действием лекарств. Первая стадия стала для меня приятным преодолением трудностей. Переходная фаза и вторая стадия были болезненными и немного страшными, но, как потом выяснилось, они были короткими, и их стоило вытерпеть ради того, что было потом.Я так рада, что была в сознании, когда родилась наша дочь, и что мы с мужем имели возможность первыми приветствовать ее в этом новом для нее мире. Последние тревоги рассеялись, когда девочка взяла грудь и принялась сосать. Это был величайший день для всех нас, и так приятно было следующей ночью всей семьей погрузиться в расслабляющий и заслуженный сон.Наши комментарии.Эти «супер-подготовленные» родители прослушали два курса по подготовке к родам — один познакомил их со стандартными больничными процедурами, а второй повысил шансы достичь поставленной цели, то есть «чистых» родов. Физические упражнения, диета, психологическая подготовка матери, а также тот факт, что она действительно усвоила метод Брэдли, — все это помогло ей распознать неконтролируемые чувства, сопровождающие переходную фазу родов. Все ее усилия вылились в спокойную беременность и уверенные роды — испортить их не смог никакой «варвар». В родах, как и в жизни, — чем больше вы вкладываете, тем выше результат.

УПРАВЛЯЕМЫЕ РОДЫ

В шесть часов утра в первый день Нового года, когда я подходила к входной двери дома, у меня отошли воды. Жидкости было немного, но она продолжала вытекать, а схватки были сильными и нерегулярными.Я позвонила врачу, который посоветовал ехать в больницу.Я нервничала, но очень удивилась тому, что не чувствовала страха. Вместе с моим мужем, Томом, мы приехали в больницу около десяти вечера. Нас сразу же отвели в палату. Я была немного разочарована тем, что провода фетального монитора и капельница не давали мне свободно двигаться.Медсестра сообщила, что доктор прописал мне наркотик и эпидуральную анестезию. От наркотика я отказалась. Сестра посоветовала мне попытаться хоть немного поспать, но я была слишком взволнована. В четыре утра вновь пришла медсестра и ввела мне внутривенно питоцин, потому что схватки по-прежнему были слабыми и нерегулярными.Очень скоро схватки усилились и стали следовать через равные интервалы. Том был очень внимателен, помогая мне правильно дышать, массируя спину и вытирая лоб. В этот момент мы были так близки. Мы обучались на курсах по системе Ламаза при больнице и думали, что во время родов применим все, чему научились. Но когда дошло до дела, мы использовали только дыхательную технику — я не обращалась ни к мысленному фокусу, ни к приобретенной кассете с музыкой для релаксации.Схватки становились все сильнее, и Том помогал мне дышать, чтобы справиться с ними. Через некоторое время я сделалась очень раздражительной, и у меня уже не осталось сил терпеть боль. «Давай, дыши», — говорил Том. А я отвечала: «Не хочу дышать!» В этот момент я совсем не думала о ребенке — только о следующей схватке. Мне начинало казаться, что я не смогу родить.Пришла медсестра и сменила Тома, чтобы он мог выпить кофе. Затем появился анестезиолог и сделал мне эпидуральную анестезию — я назвала его лучшим другом! Анестезия подействовала примерно через пятнадцать минут. Все это время схватки были очень сильными, и помощь медсестры оказалась как нельзя кстати. Когда Том вернулся, мое настроение значительно улучшилось, и я опять ощутила уверенность в себе.Медсестра вновь осмотрела меня, объявила, что раскрытие составляет 10 сантиметров, и сказала, что мы готовы двигаться дальше. Пришел врач, и поскольку я не чувствовала своих ног, Том приподнял мне одну ногу, а медсестра — другую. Я не чувствовала желания тужиться, но ощущала схватки. Несмотря на то, что я не чувствовала боли, мне было очень трудно сосредоточиться и думать только о ребенке, которого я увижу через несколько минут. Медсестра подсоединила фетальный монитор к голове ребенка. Во время каждых потуг пульс ребенка замедлялся. Врач сказал, что пуповина обмоталась вокруг шеи ребенка и что придется использовать вакуумный экстрактор, чтобы быстрее извлечь малыша. До этого момента я была уверена в себе, но теперь начала беспокоиться, что все не так уж хорошо.Увидев головку ребенка, я ощутила прилив энергии, и меня охватило теплое чувство радости. Еще несколько потуг — и я увидела свою чудесную дочь. Из-за обмотавшейся вокруг шеи девочки пуповины я не смогла сразу же обнять ее, а наблюдала за ней издалека. Когда же я, наконец, взяла ее на руки и приложила к груди, то почувствовала, что все закончилось благополучно. Я до сих пор изумляюсь, как это чудесное существо вошло в мою жизнь.Наши комментарии.Трейсибыла довольна своими типичными для современной Америки родами. Мы спрашивали ее, не осталось ли у нее после таких родов чувства неполноценности, ощущения, что она не проявила себя как женщина. Совсем наоборот — из-за того, что она не испытала сильной боли, роды оставили у нее самые приятные воспоминания. В глубине души она нисколько не сомневалась, что именно родила своего ребенка, а тот факт, что она не испытала полноты ощущений «чистых» родов, не лишал ее чувства удовлетворения. Для Трейси это был «позитивный опыт родов». К сожалению, американский подход к родам не оставил телу Трейси шанса на постепенно нарастающие естественные схватки. Спешка с химической стимуляцией родов открыла дорогу другим вмешательствам. Интересно, объяснял ли инструктор на курсах по подготовке к родам по системе Ламаза важность сосредоточения на каждой схватке в отдельности, отдыха во время схваток, а также необходимости думать о ребенке, а не о следующей схватке.

Я НАБЛЮДАЛА, КАК СТАНОВЛЮСЬ ЖЕНЩИНОЙ, — ВАГИНАЛЬНЫЕ РОДЫ

ПОСЛЕ КЕСАРЕВА СЕЧЕНИЯ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ВОДЫ

Когда мне было десять лет и у меня начались менструации, мне сказали, что у всех женщин в нашей семье малоподвижная лобковая кость, и поэтому всем делают кесарево сечение.

Во время своих первых родов я следовала традициям семьи. Это были тридцатишестичасовые роды, продвигавшиеся черепашьим шагом. Были использованы все возможные вмешательства. Вагинальный осмотр проводился не менее сорока раз (что привело к инфекции, и мне пришлось провести в больнице целых семь дней). К концу этого тяжелого испытания у меня было такое чувство, что меня предали все. Мне сказали, что причина кесарева сечения заключается в том, что у меня слишком узкий таз, и что я никогда не смогу родить ребенка весом 5 фунтов! Готовя меня к операции, врач сказал: «У вас дистресс плода. Мы просто обязаны это сделать». Я ответила, что пусть он заодно отрежет мне голову! Мне казалось, что именно все эти вмешательства стали причиной проблем. Врачи просто не давали природе делать свое дело, а женщина не принимала в том, что происходит, никакого участия. Мы позволили медицине взять верх и лишить нас тех ощущений, на которые мы имеем право как женщины.После двух выкидышей я вновь забеременела. На этот раз я уже много знала о родах. Я поняла, что смогу родить ребенка весом более 5 фунтов. Я научилась доверять себе и природе. Я нашла замечательную акушерку, которая убедила меня в совершенстве моего тела; она согласилась принимать у меня роды дома.На сорок первой неделе беременности у меня отошли воды. Это случилось в четыре часа утра. Я очень разволновалась, потому что предыдущие роды у меня вызвали искусственно. Схватки начались практически сразу же. Интервал между ними составлял около трех минут, а длительность — полторы минуты. Моя мечта превращалась в реальность.Акушерка приехала в 7.30. Раскрытие шейки матки составляло всего 2 сантиметра, и я была в ярости. Схватки были очень сильными, и я все время оставалась в вертикальном положении. В конце концов я почувствовала желание тужиться. Акушерка осмотрела меня: всего 4 сантиметра. Но желание тужиться не исчезало! В таком состоянии я пребывала несколько часов.По пути в ванну для родов акушерка заставила меня сесть на корточки. За четыре схватки шейка матки раскрылась с 4 до 8 сантиметров. Я погрузилась в воду при раскрытии 9 сантиметров — ребенка удерживала на месте лишь небольшая часть шейки матки. Я тужилась, а акушерка протолкнула через нее голову ребенка. Бац! Ребенок уже в родовых путях, и я чувствую, как он движется вниз! Мне понравилось тужиться! Раньше я боялась потуг, но теперь испытывала наслаждение. Наконец, прорезалась головка ребенка, а затем вся вышла наружу. Мои родители, две подруги и Адам смотрели на меня в полном изумлении. Акушерка и ее ассистент просто помогли мне все сделать самой.Во время следующей схватки родилось все тельце ребенка, и новорожденный прямо из воды попал в мои объятия. Муж, стоявший у меня за спиной, плакал. Я смотрела на это маленькое существо, вышедшее из моего тела — целых девять фунтов. Я сделала это! Я сделала это ради всех женщин моей семьи и ради этой драгоценной новой жизни. Моей дочери больше никто не скажет, что ей надо обязательно делать кесарево сечение. Все мы стали свидетелями чуда, а я наблюдала за тем, как становлюсь женщиной. Я позволила своему телу сделать то, для чего оно создано, — родить ребенка.Двое моих родов оставили о себе абсолютно не похожие воспоминания. В первый раз я чувствовала себя проигравшей. Мне казалось, что все предали меня. У меня остались фотографии, сделанные сразу же после операции. На них я похожа на покойника. Кто-то даже сложил мне руки на животе! Я целых два часа слушала крик своего ребенка, пока они мучили его всеми своими «процедурами».После домашних родов я чувствовала необыкновенную радость. «Я сделала это! Я сделала это!» — это единственное, что я смогла произнести. Я только что доказала, что три поколения женщин моей семьи ошибались! Мой ребенок вскрикнул всего один раз, делая первый вдох, а затем стал спокойно изучать новый для него мир. Оглядываясь назад, я вспоминаю восхитительное чувство первого прикосновения к дочери. Я была первой, кто взял ее в руки и сказал: «Привет». Единственный позитивный момент моего кесарева сечения состоит в том, что операция научила меня ответственности за себя и своего ребенка. Я смогла наконец сказать, что стала взрослой. С тех пор я чувствую себя просто замечательно!Наши комментарии.Синди относится к категории рассерженных матерей — она три года училась, чтобы ее роды стали такими, как ей хочется. И она добилась своего! Вместо того, чтобы разыгрывать из себя жертву, она поднялась над своим гневом и стала действовать. Мы видели таких женщин на собраниях групп поддержки, буквально впитывавших информацию, которая помогла бы им рожать так, как им хочется. Этот рассказ иллюстрирует, насколько тесно роды связаны с самооценкой женщины. То, как с Синди обращались во время первых родов, оставило у нее чувство унижения и неуверенности в себе. Вторые роды повысили ее самооценку и оставили приятные воспоминания, которые сохранятся на всю жизнь.

БЕРЕМЕННОСТЬ С ПОВЫШЕННЫМ РИСКОМ — РОДЫ С ПОВЫШЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ

Мне потребовалось два года, чтобы забеременеть. К этому моменту мне исполнилась тридцать девять, и мы пережили психологическую травму, когда мне поставили диагноз: бесплодие. В течение девяти месяцев я принимала кломид (стимулирующий овуляции препарат) — безрезультатно. Мы уже встали в очередь на усыновление ребенка. В рождество я решила еще месяц принимать кломид, а в январе посетить очередное медицинское светило, специализирующееся на лечении бесплодия. Зачатие произошло в декабре. Таким образом, когда в январе месяце я пришла на прием к врачу, он только улыбнулся и пожал плечами — я уже была беременна!Следующие месяцы я пребывала на вершине блаженства. Я буквально купалась в счастье. У меня не было утреннего недомогания. Подруга фотографировала меня в обнаженном виде, запечатлевая растущий живот. Я делала все, что от меня требовалось, — здоровая диета, регулярный массаж и посещение хиропрактика, чай с малиной, массаж промежности оливковым маслом (чтобы избежать эпизиотомии), витаминные добавки, интенсивные занятия упражнениями Кегеля, растяжка из йоги. Я много лет представляла себе, как буду рожать ребенка — естественным путем, без всяких лекарств и эпизиотомии, в окружении неяркого света и тихой музыки. Я рисовала себе картину домашних родов: дома, с акушеркой, сидя на корточках в своей гостиной. Я хотела, чтобы ребенка положили мне на живот, хотела сразу же покормить его грудью. В конечном итоге по настоянию мужа мои мечты о домашних родах пришлось немного скорректировать — я согласилась на роды с акушеркой в альтернативном родильном центре.На шестом месяце беременности акушерка сообщила мне, что из-за высокого давления (оно не снижалось с третьего месяца) она не сможет принимать у меня роды в родильном центре. Я не попадала «в диапазон ее практики» и была причислена к категории повышенного риска. Я была угнетена и подавлена необходимостью отказаться от акушерки и искать врача. Но когда на седьмом месяце я познакомилась с доктором П., он мне сразу понравился. Я поделилась с ним своими представлениями о родах, и он посоветовал пригласить в качестве ассистента Р.Н., которая имела частную практику. Она по-женски поддержала бы меня во время родов, выступала бы в качестве моего адвоката и освободила бы мужа от многих обязанностей, позволив ему держать меня за руку и помогать правильно дышать.Через несколько недель ассистент пришла к нам домой, и мы побеседовали втроем. Хочет ли муж сам перерезать пуповину? Буду ли я кормить грудью? Хочу ли я, чтобы мне сделали эпидуральную анестезию? Она объяснила, чего следует ожидать, и помогла нам сделать выбор. Все вместе мы составили план родов, который мы с мужем потом обсудили с доктором П., и план был отправлен в больницу вместе с медицинской картой.На протяжении следующих недель доктор П. рассказывал мне, что может произойти во время родов из-за моего высокого давления, но никто из нас не мог предвидеть того, что случится на самом деле. На седьмом месяце беременности из-за повышенного давления мне предписали находиться в постели не менее шести часов в день. К девятому месяцу меня перевели на строгий постельный режим. Я посещала врача два раза в неделю, принимала гомеопатические препараты и делала специальный массаж лимфатической системы, чтобы снизить давление. Все это время я лелеяла надежду на естественные, без применения медикаментов, роды.На тридцать девятой неделе доктор П. проинформировал меня, что необходимо искусственно индуцировать роды. «Ваше кровяное давление становится слишком высоким, — сказал он. — Во время схваток оно повысится еще больше. Это становится опасным и для вас, и для ребенка. Я хочу, чтобы сегодня вечером мы встретились в больнице». Я была ошеломлена. У меня не лопнет плодный пузырь среди ночи. Я не разбужу мужа: «Вставай, милый! Пора!» Я позвонила своему ассистенту, и она посоветовала попросить доктора П., чтобы он нанес простагландиновый гель на шейку матки. Это, объяснила она, ускорит созревание шейки матки и повысит вероятность вагинальных родов. В противном случае, стимуляция родов вызывает схватки, в то время как шейка матки еще не размягчилась, и это может привести к кесареву сечению. Я начала наконец-то понимать всю серьезность ситуации.В пятницу вечером доктор П. нанес простагландиновый гель мне на шейку матки, ввел внутривенно препарат магния, чтобы снизить кровяное давление, а затем небольшую дозу питоцина, чтобы инициировать схватки. Разрыв плодного пузыря произошел около пяти часов утра в субботу, и после этого начались естественные схватки. По мере усиления схваток я чувствовала все возрастающее желание ходить, садиться на корточки и пробовать все те положения, которым меня научили на курсах по подготовке к родам. Но, к моему разочарованию, даже попытка сесть приводила к тому, что давление подскакивало до опасных пределов. Препарат магния давал побочный эффект в виде слабости в ногах, и даже если бы давление позволило, я все равно не смогла бы стоять или ходить во время родов. Цифры кровяного давления резко увеличивались в любом положении, кроме лежачего, и поэтому мне пришлось оставаться в постели, а муж и ассистент, как могли, помогали мне правильно дышать, чтобы выдержать схватки.Днем давление у меня вновь начало подниматься — как следствие боли, которую я испытывала. Врач сказал, что магний не дает желаемого эффекта, что давление опять приблизилось к опасной черте (207/119), и что он рекомендует эпидуральную анестезию, поскольку она, помимо всего прочего, существенно снижает кровяное давление. Моя голова была затуманена действием магния, и я не сразу поняла, что должна согласиться на эпидуральную анестезию, чтобы сохранить шансы на вагинальные роды. Если так пойдет и дальше, то высокое давление приведет меня к кесареву сечению.Эпидуральная анестезия — именно этого я так надеялась избежать! Я плакала, когда мне вводили иглу и катетер, но не от боли, а от отчаяния и усталости. Во что превратилась нарисованная мной картина родов? Она стала еще более далекой после введения мочевого катетера, который потребовался потому, что эпидуральная анестезия заглушает позывы к мочеиспусканию. Ситуация усугублялась тем, что изменения в сердцебиении ребенка, регистрируемые фетальным монитором, стали почти неразличимыми. Частота сердцебиений уменьшилась, потому что из-за уменьшения количества жидкости пуповина при каждой схватке пережималась все сильнее. Для того, чтобы защитить и поддержать ребенка в оставшееся время родов, а также получить возможность точнее отслеживать показатели его жизнедеятельности, врач предложил сделать амниоинфузию. Для этого использовался вагинальный катетер, через который вводили воду в плодный пузырь. Кроме того, для точной оценки состояния ребенка к его голове требовалось присоединить электрод фетального монитора.Представьте себе эту картину: в самый разгар родов я лежу на спине с иглами в двух руках и в спине, с двумя вагинальными катетерами, мочевым катетером и кислородной маской на лице (чтобы не сомневаться, что ребенок получает достаточно кислорода). Это было совсем не похоже на то, что я рисовала в своем воображении, и я плакала, никого не стыдясь. Муж и ассистент сочувственно помогали мне делать каждый следующий шаг. Врач оставался спокойным и уверенным в своих решениях и ни разу не сказал, что если я не последую его совету, кесарево сечение станет неизбежным.В субботу ночью, когда схватки были в самом разгаре, у меня обнаружилась зона, на которую не действует эпидуральная анестезия. Боль в районе правого яичника была невыносимой, и у меня вновь стало подниматься давление. Мой муж и ассистент крепко спали, устав постоянно поддерживать меня на протяжении стольких часов. Я промучилась пару часов, пытаясь при помощи дыхательной техники приглушить боль, но затем «горячая зона» расширилась. Анестезиолог предложил повторную эпидуральную анестезию, и я согласилась.Для полного раскрытия шейки матки мне потребовалось тридцать пять часов. В воскресенье, примерно в 4.30 утра, доктор П. сказал мне, что можно тужиться. Тужиться? Я подумала, что он шутит. Бессонница, туман в голове от препаратов магния, онемение нижней половины тела из-за эпидуральной анестезии — я не могла поверить, что все это позволит мне вытолкнуть ребенка. Врач проверил положение плода. «Высоко. Очень высоко. Этому малышу предстоит длинный путь», — скептически произнес он. В это момент я испугалась. Сколько времени, подумала я, мне предстоит тужиться? Сколько ждать момента, когда мне предложат кесарево сечение? «Теперь вы должны действительно обозлиться и вытолкнуть этого ребенка наружу», — сказал врач.Ассистент и медсестра помогли мне сесть в регулируемой кровати для родов. Были установлены опоры для ног. Мне казалось, что всего через несколько потуг (прошло чуть больше часа) прорезалась головка ребенка. Я не поверила своим глазам, увидев в зеркале крошечное личико. Свет притушили, и звуки голосов заглушила тихая музыка. Через несколько секунд наш сын «вылетел в этот мир», как выразился мой муж.Мне не делали эпизиотомии, и у меня не было даже маленького разрыва. Ребенка тут же приложили к моей груди. Медсестры подождали как можно дольше, а затем осмотрели и вымыли малыша. Я с удивлением смотрела на то, что передали мне в руки, — чудесного маленького мальчика с кожей и волосами цвета персика. Мы с мужем смеялись от радости.На следующий день доктор П. пришел осмотреть меня. С неподдельным участием он спросил меня, расстроилась ли я, что роды оказались не такими, как я ожидала. Мои глаза наполнились слезами. Но эти слезы не были слезами разочарования. Никогда в жизни я не была так счастлива. Я почувствовала себя необыкновенно сильной, выталкивая моего ребенка в этот мир.В последующие дни и недели я оценила многие уроки, которые преподнесли мне эти роды. Я многое узнала и сделала выбор на основе полученной информации, но затем мне пришлось отказаться от своего плана и довериться врачу, чтобы он помог мне в те моменты, когда я не могла помочь себе сама. Роды получились не такими, как я себе их представляла, но я благодарна врачу за его разумное применение всех возможных средств, которое помогло мне произвести на свет сына. В глубине души я не сомневаюсь, что у меня были лучшие из возможных родов — мои роды.Наши комментарии.У Лии было достаточно медицинских показаний для хирургического вмешательства. Однако вместо того, чтобы превратиться в пассивного пациента из группы повышенного риска, она взяла на себя ответственность научиться всему, что поможет ей сделать роды такими, как она хочет. Она доверила врачам делать их часть работы, а они доверяли ей. Несмотря на неважное здоровье, эта женщина испытала ощущение силы, выталкивая ребенка в этот мир, и счастья, когда держала его в руках в первые мгновения его жизни.

РОДЫ БЕЗ БОЛИ

Говорят, что воскресенье предназначено для отдыха. Возможно, но только не тогда, когда вы рожаете. Со мной произошло именно так.В воскресенье, 30 декабря, мы проснулись и пошли в церковь — как и в любое другое воскресенье.После церкви мы направились в торговый центр с намерением немного прогуляться. Несколько дней назад у меня отошла часть слизистой пробки, и мы надеялись, что ходьба ускорит события. Во время прогулки у меня было несколько отдельных слабых схваток, но я почти не обратила на них внимания. Мы вернулись домой и остаток дня отдыхали. Вечером я снова заметила выделения и позвонила врачу. Врач предположила, что это, вероятно, остатки слизистой пробки, и посоветовала мне не волноваться. У меня по-прежнему время от времени возникали слабые схватки, но они были безболезненными и не беспокоили меня. Примерно в восемь вечера выделения стали обильнее, а схватки немного усилились, но все еще оставались вполне терпимыми и нерегулярными. Врач сказала, что нужно приехать в больницу для осмотра. Мы были в больнице около десяти вечера, и когда медсестры осмотрели меня, выяснилось, что раскрытие шейки матки составляет 4 сантиметра. Мы были просто в шоке. Я даже не предполагала, что уже начала рожать. Я ожидала боли, но ощущала лишь небольшое давление в области таза.Врач полагала, что у меня еще есть время, и мне предложили на выбор два варианта: возвращаться домой или устраиваться в палате. Мы решили остаться в больнице, и в 10.15 я была уже в своей палате и ждала врача. Медсестра, которая была моей подругой, осталась со мной, а муж пошел забирать сумки из машины. Давление в области таза немного усилилось, и поэтому я легла на кровать, продолжая болтать с подругой.Примерно в 10.30 я умолкла на полуслове, почувствовав струю воды и что-то еще у себя между ног. Я подняла ногу и закричала: «Что происходит? Помоги!» Подруга засмеялась и сказала, что это всего лишь ребенок. «О нет! — крикнула я. — Позовите моего мужа!» Я пыталась задержать ребенка. Вбежали несколько медсестер, а за ними и муж, который успел как раз вовремя, чтобы увидеть нашего сына, Калеба Джонатана, который появился на свет в 10.35. Одна из медсестер взяла ребенка, а мы с мужем никак не могли прийти в себя. Роды закончилось раньше, чем мы приготовились к их началу. Роды без боли — это такая радость и такое облегчение! Врач пришла вскоре после рождения ребенка. У меня просто не было времени на фетальный мониторинг, капельницу и все остальное. Ночью медсестра еще заполняла мою регистрационную карту, а несколько часов спустя к нам в палату вошел мужчина и заставил нас расхохотаться, спросив: «Здесь кому-нибудь нужна эпидуральная анестезия?»Наши комментарии.Должны ли все роды быть такими легкими или этой женщине просто повезло? Одним из факторов, способствовавших безболезненным родам, стало то, что Кэти не боялась их. Знакомые нам женщины, у которых роды проходили без боли, были уверены в своей способности сделать то, для чего их создала природа.