Бармен включил 3DI-TV, он же голографический проектор, или, как говорили люди моложе мамонтов, — «дивик», выбрал из пестрой сетевой мешанины информационный портал и вернулся к своим барменским делам. Посетителей по понятным причинам сегодня было мало, и вряд ли их число могло увеличиться, причем не в течение вечера, а в ближайшие несколько дней, а то и недель. Но тем ценнее становились те, кто есть. Так что бармен решил не экономить на мелочах вроде электричества. Тем более на складе у него теперь лежали сразу десять «аккумуляторов», добытых из обломков биомехов буквально на заднем дворе бара, чудом уцелевшего в пожаре кошмарной «технореволюции». На радостях от победы и нежданной прибыли бармен хотел даже выставить клиентам по бутылке пива бесплатно, но усилием воли выключил в себе радушного хозяина и, включив привычного жлоба, ограничился расширенным сервисом — голографической трансляцией новостей.

В объемном кадре появился закопченный штабной бункер Московской бригады Барьерной армии, в направлении которого, лавируя между обломками техники и нагромождениями камней, двигался внушительный эскорт генерала Антоненко. Летающая камера сдала назад, и в кадр попал лопоухий юнец в солидном костюме со значком серьезной медийной компании на лацкане. Выглядел парнишка нелепо, костюм был явно с чужого плеча, но на физиономии репортера было написано, что он запредельно гордится и своим маскарадным прикидом и, главное, значком.

— Господин генерал! — юнец ловко протиснулся между бойцами эскорта и буквально заставил Антоненко остановиться. — Всего пара вопросов!

— Мужской и женский? — генерал усмехнулся. — Ну ладно, задавай свою «пару». Только быстро.

— Ну, разумеется! — Юноша принял театральную позу, наверняка отрепетированную перед зеркалом, выдержал паузу и торжественно изрек, глядя в объектив летающей камеры: — Сейчас генерал Антоненко подведет итоги. Прошу вас, господин генерал.

— Итоги? — Лицо генерала вытянулось от удивления. Казалось, оно сейчас выйдет за пределы крупноплановой объемной проекции.

— Да, итоги, — журналист смотрел на Антоненко так, будто оказывает генералу неоценимую услугу, позволяя приобщиться к таинству прямого репортажа, да еще в компании такой звезды, как этот ушастый столичный репортер. — Кратко, чем обернулась эта война машин для Зоны?

Генерал, в свою очередь, смотрел на журналиста как на недоумка, которого непременно следует наказать, но обязательно изящно, тонко. Конечно, насколько это возможно в исполнении сурового генерала.

— Кратко? — Антоненко подтянул отвисшую челюсть и сменил гримасу.

— Да, кратко, — пока не чувствуя подвоха, сказал журналист.

— Это какой канал?

— Мультимедийное агентство, — поправил его репортер. — Первое Всемирное.

На первый план изображения выплыла объемная строка. «1ВМА. Все Мировые новости Вы узнаете Первыми!»

Юноше явно было в кайф подчеркнуть, что он служит в солидном сетевом агентстве по сбору новостей. У него даже уши затопорщились не смешно, а горделиво, этак осанисто.

Несколько посетителей бара оторвались от созерцания глубин пивных бутылок и перевели взгляды на объемную проекцию.

— То есть культурно надо, без мата?

— Безусловно.

— И привет нельзя передать?

— Нежелательно.

— Хорошо, — Антоненко кивнул. — Буду краток. Во всех локациях Зоны полная жопа. Есть еще вопросы?

В баре раздались аплодисменты. Теперь на голографическую проекцию смотрели практически все посетители.

— Нет, — репортер растерянно похлопал глазами, но тут же спохватился: — В смысле… да, есть!

— Отставить, проехали, — генерал отстранил журналиста с пути и двинулся дальше. — Понаберут, мля, пидоров…

Последняя реплика тоже попала в кадр, и на нее зрители отреагировали натуральной овацией.

А между тем буквально сутки назад никого из этих людей нельзя было заподозрить в симпатии к чистильщикам в целом и к генералу Антоненко в частности. Всего сутки назад.

Леший залпом прикончил пиво и продемонстрировал пустую емкость бармену. Тот кивнул и через три секунды поставил перед Лешим еще бутылку «Миллера». С новым метаболическим имплантом распитие спиртного становилось символическим актом, пьянеть имплант все равно не позволял, но давиться колой было просто неприлично. Тем более за победу. Пусть тоже символическую.

— Всего сутки назад все было просто и понятно, — озвучил Леший свои размышления. — А теперь… лично я не знаю, кто теперь враги, кто друзья.

— Не пройдет и недели, все вернется, — заверила Лера. — Мы снова займемся бизнесом, военные опять начнут нас ловить, мафия — стричь, а Орден и другие группировки агитировать, ловить и стричь одновременно. Все вернется.

Лера грустно вздохнула. На нее, похоже, пиво хоть немного подействовало. Леший завистливо покосился на спутницу.

— Недели не хватит, — возразил сталкер. — Слишком круто все попали. За полгода оклематься бы. Сама посуди. Потери у всех выше крыши, почти как в Большой зачистке. Группировки ослаблены. Фактически сейчас никто не контролирует Зону, кроме мафии, которая не совалась к тамбурам. Военные дезорганизованы. Пока они перегруппируются, пригонят пополнение да мало-мальски его обучат, пока базы восстановят… точно полгода пройдет. Вольные сталкеры разбежались кто куда с привычных мест, укрытия от эпидемии искать, когда теперь вернутся? Если вернутся вообще. Короче, Лера, наступают темные времена. Смута и брожение. Раньше в таких случаях Орден власть прибирал, но теперь… «не знаю, девочка, не знаю…» Командору, похоже, не до борьбы за власть. Хистеру с Дьяконом тоже.