«Троцкий утверждает, что группировки возникают благодаря бюрократическому режиму Центрального Комитета, что если бы у нас не было бюрократического режима, не было бы и группировок. Это немарксистский подход, товарищи.

Группировки у нас возникают и будут возникать потому, что мы имеем в стране наличие самых разнообразных форм хозяйства — от зародышевых форм социализма до средневековья. Это во-первых. Затем мы имеем НЭП, т. е. допустили капитализм, возрождение частного капитала и возрождение соответствующих идей, которые проникают в партию. Это во-вторых. И в-третьих. Потому, что партия у нас трехсоставная: есть рабочие, есть крестьяне, есть интеллигенты в партии. Вот причины, если подойти к вопросу марксистски, причины, вытягивающие из партии известные элементы для создания группировок, которые мы должны иногда хирургическими мерами обрезать, а иногда в порядке дискуссии рассасывать идейным путем.

Не в режиме тут дело. Если бы у нас был максимально свободный режим, то группировок было бы гораздо больше. Так что не режим виноват, а виноваты условия, в рамках которых мы живем, условия, которые имеем в нашей стране, условия развития самой партии» 136.

Уместно здесь напомнить, что Сталин в докладе критически отозвался о генерале фон Секте, с которым «якшается» германская социал-демократия. Этот выпад против немецкого социального компромисса был не случаен.

Итак, из-за разнородности общества и наличия в нем разных немарксистских идей партийные группировки неизбежны, но тогда неизбежен и скальпель «хирурга».

Сталину аплодировали. Для партийцев, прошедших революцию и Гражданскую войну (а именно это поколение было руководящим), в его словах не было ничего неприемлемого. Они понимали, что Троцкий при всем его блеске является «вельможей» (так назвал его Сталин в докладе) и его призыв к демократии — это попытка их обмануть, передав актив партии на расправу учащейся молодежи.

Они были апологетами революционного насилия, но им не могло прийти в голову, что вскоре Великая Октябрьская революция повторит Великую французскую в кровавом противостоянии внутри стана победителей. Образ хирургического скальпеля не напомнил им гильотину. Они были участниками великой битвы культурных героев с силами тьмы.

Первым итогом социологического подхода Сталина к основным группам населения, влияющим на политику партии, была высылка из Москвы и крупнейших городов «социально вредных элементов» в северные лагеря и ссылку. С декабря 1923-го по 15 марта 1924 года в Москве было арестовано 2092 человека. Кроме того, проверялись сотрудники наркоматов вплоть до самих наркомов и членов коллегий.

Отстранение работников от должностей обсуждалось в трибуналах и партийных судах. В ОГПУ было создано Экономическое управление, на которое ЦК РКП(б) возложил особое задание по борьбе с «накипью НЭПа».

Сразу после XIII конференции 21 января умер Ленин. Буквально накануне, 19–20 января, Крупская прочитала ему резолюцию конференции «О партстроительстве», в которой осуждалась «бюрократизация партийных аппаратов», «Новый курс» Троцкого объявлялся «фракционным манифестом», а позиция оппозиционеров — «мелкобуржуазным уклоном».

Трудно сказать, можно ли связывать чтение резолюции и четвертый инсульт, но последовательность событий была именно такой. Смерть Ленина закрывала последнюю страницу в короткой истории ленинского периода Советского государства. Отныне начиналось что-то совсем другое, но что именно — еще никто не мог сказать.

На похоронах не было Троцкого. Первоначально погребение было назначено по православной традиции на третий день, но потом в связи с наплывом народа было отодвинуто. Не предполагая, что так получится, Сталин в телефонном разговоре с Троцким, находившимся на лечении в Сухуми, сказал, чтобы тот оставался на месте, ибо все равно не успеет.

Троцкий остался. Однако когда похороны перенесли, он посчитал, что Сталин его умышленно дезинформировал, чтобы не иметь на панихиде возле себя соперника.

Хотя Троцкий был в этой оценке не прав, его обвинение широко использовалось для демонстрации сталинского коварства.

Речь генерального секретаря на траурном заседании II Всесоюзного съезда Советов 26 января в Большом театре стала важной частью символической инициации нового вождя. Недаром Coco Джугашвили изучал в семинарии гомилетику: речь была построена по всем законам классического красноречия и окрашена сильным чувством.

Эта речь, построенная на шести повторах («Уходя от нас, товарищ Ленин завещал нам…»), передает скорбь и мрачную силу момента. Сталин формулирует основные пункты этого символического завещания: хранить в чистоте звание члена партии, хранить единство партии, укреплять диктатуру пролетариата, укреплять союз рабочих и крестьян, укреплять и расширять СССР, укреплять и расширять союз трудящихся всего мира — Коммунистический интернационал.

В этой короткой речи была обозначена стратегия партии и государства, и Сталин, по сути, стал наследником умершего вождя. Этой речью Сталин фактически дезавуировал письмо Ленина «О генеральном секретаре», оставив его как факт прошлого.

С уходом Ленина уменьшились роль и возможности Троцкого и начиналась кадровая перегруппировка во всех государственных сферах. Председателем Совнаркома был назначен А. И. Рыков, бывший до этого председателем Высшего совета народного хозяйства. Одновременно реорганизуется Совет труда и обороны (СТО), под его контроль переходят все экономические наркоматы. СТО возглавил Каменев. Председателем ВСНХ назначается Дзержинский с сохранением поста в ОГПУ. (ГПУ преобразовано в Объединенное государственное политическое управление.)