Арман резко обернулся, и их взгляды встретились. Брови Лаваля изумленно взлетели, в глазах отразилось недоумение. Скинув плащ, под которым ей вдруг стало жарко, Элиза шагнула навстречу Арману, но ее радостная улыбка угасла, натолкнувшись на его холодный взгляд. Не сводя с Элизы мрачного взгляда, Лаваль приблизился и встал напротив нее, скрестив руки на груди. Его губы были строго поджаты, на шее, в распахнутом вороте рубашки, нервно пульсировала жилка.

– Зачем ты пришла? – ледяным тоном спросил он. – Надеюсь, ты не додумалась выспрашивать мой адрес у графини Амелии? Говори покороче, что тебе от меня нужно, и уходи. У меня нет ни малейшего желания общаться с тобой. Но если дело касается какой-нибудь помощи…

– Помощи? – дрожащим голосом переспросила Элиза. – Спасибо, но я в состоянии сама решить свои проблемы. Я пришла не за этим.

Голос Элизы сорвался, и ей пришлось остановиться. От обиды и бессилия на глаза молодой женщины навернулись слезы. Такого приема она не ожидала. Элиза допускала, что при невесте и ее матери Арман мог держаться равнодушно, но теперь, когда они совсем одни…

– Тогда что же? Ну, говори, что ты молчишь? А, я, кажется, начинаю понимать! – Губы Лаваля изогнулись в насмешливой улыбке. – Тебя задело мое безразличие, и ты решила выяснить, действительно ли я так охладел к тебе. Да, это так. Твое внезапное появление не вызвало у меня никаких эмоций. Я уже давно люблю другую женщину. И собираюсь на ней жениться. Ну, этого достаточно? – нетерпеливо спросил он. – Твое любопытство удовлетворено? Или остались еще какие-то вопросы?

– Да, – с вызовом бросила Элиза, крепко стиснув руки за спиной. – Я хочу узнать, что ты нашел в этой наивной простушке? Боже мой, – промолвила она с нервным смешком, – да ведь это же совершенно очевидно – вы с Жюли совсем не подходите друг другу! Разве такая женщина тебе нужна?

Иронично прищурившись, Арман приподнял кончиками пальцев подбородок Элизы и пристально посмотрел ей в глаза.

– В чем дело? – требовательно спросил он. – Почему ты так разволновалась из-за моей предстоящей женитьбы? Ты приревновала меня к Жюли? Может, ты сама хочешь оказаться на ее месте?

– Да, – чуть слышно вымолвила Элиза. – Я хочу стать твоей женой.

Он отпустил ее подбородок, и какое-то время изумленно смотрел в ее испуганные глаза. А затем, к ужасу и стыду Элизы, вдруг оглушительно расхохотался, схватившись руками за волосы. На мгновение очертания комнаты качнулись перед глазами Элизы, ей стало трудно дышать. Ее натянутые, как струна, нервы не выдержали, и она бросилась к Арману, пытаясь вцепиться ему в лицо и стереть с него эту оскорбительную ухмылку.

Элиза не успела опомниться, как оказалась плотно прижатой к стене. Арман крепко держал ее руки, не давая ей возможности даже шевельнуться. Его стальной взгляд словно пригвоздил Элизу к месту.

– Черт тебя побери, – процедил он сквозь зубы, – и откуда ты только свалилась на мою голову? Весь этот год я жил без тебя спокойно, и вдруг ты врываешься в мою жизнь, да еще чего-то требуешь. Ты сказала, что хочешь стать моей женой. Это невероятно! Я просто не верю своим ушам! И требую объяснений. Сейчас, немедленно! Почему ты вдруг захотела выйти за меня замуж? Какую цель преследуешь? Только не говори, что ты внезапно воспылала ко мне нежными чувствами или стала по-другому смотреть на вещи. На эту уловку я не куплюсь.

– Я не стану ничего объяснять, пока ты не скажешь, женишься на мне или нет, – заявила Элиза, гордо вздернув подбородок. – Все объяснения – после объявления помолвки.

Усмехнувшись, Лаваль окинул ее очень внимательным, изучающим взглядом.

– Нет, дорогая моя, так не пойдет. Я не собираюсь покупать кота в мешке. Сначала ты скажешь, почему хочешь выйти за меня. А уж потом я решу, стоит ли мне разрывать из-за тебя отношения с такой прекрасной девушкой, как Жюли Суланж.

– Что?! – От возмущения Элиза на время утратила дар речи. – Да как ты смеешь так обращаться со мной? Кто ты такой, чтобы говорить со мной в подобном тоне?

– Я – тот, за кого ты горишь желанием выйти замуж, – насмешливо напомнил Арман. – И если ты действительно решила связать со мной свою судьбу, тебе придется оставить свои аристократические замашки. Я не потерплю, чтобы моя собственная жена относилась ко мне, как к низшему существу, недостойному стирать пыль с ее ботинок. Тебе придется научиться уважать меня и считаться с моими чувствами. Иначе не стоит и начинать. Ну, – произнес он, повысив голос, – так я дождусь от тебя вразумительных объяснений?

– Нет, – упрямо повторила Элиза, – я не стану ничего объяснять. Ты не заставишь меня унижаться перед тобой, наглый выскочка! Безродный…

Она испуганно осеклась, заметив угрожающий блеск в его глазах.

– Арман, прости меня, я не хотела, – виновато начала она, но Лаваль, не слушая ее жалких оправданий, схватил ее за плечи и вытолкал за дверь.

– Убирайся отсюда, – гневно процедил он, сверля ее ледяным взглядом. – И только попробуй еще когда-нибудь заявиться ко мне! Если это случится, то, клянусь, я заставлю тебя пожалеть о своей навязчивости!