— Невеселая история, — проговорил Аято. — Мерзавец получил по заслугам, хотя отчасти его даже жалко. Один эпизод в этой истории меня настораживает. Если сопоставить время, то получается, что посвящение воинов Тьмы произошло гораздо позже. Так кто развязал войну?

— Какой смысл Свету начинать ее раньше времени? — мгновенно отреагировал Стюарт. — Мы ведь еще не готовы к битве. Думаю, дело тут в самом ритуале. У нас церемония была одновременно для всех, а у врага для каждого в отдельности. У всякой души своя цена…

— Правильно, — поддержал шотландца Храбров. — Не исключено, что Линк стал последним солдатом Зла. Не случайно дьявол упомянул Оливию. Ему был нужен человек, хорошо знакомый с местными нравами. Наверное, Коун не лучшая кандидатура, но другой просто не подвернулось…

— И потому силы Тьмы долго тянули с посвящением, — догадался Крис. — Значит, мы столкнулись с самым слабым противником. Остальные давно вступили на тропу войны и поджидают нас.

— Постараемся им достойно ответить, — задумчиво сказал японец.

В костре тихо потрескивали сучья. В темном небе вспыхнули россыпи звезд. На джунгли опустилась теплая ласковая ночь. Глядя на огонь, друзья размышляли о превратностях судьбы. Воином Тьмы оказался изменник-аланец. Они его недооценили и поплатились за ошибку жизнью товарища. Мануто Дойл ушел в вечность. И кто знает, какие еще сюрпризы подготовил враг?

Возле причала пассажирского лайнера было довольно оживленно. Десятки людей стремились побыстрее покинуть космическую базу и вернуться на родной любимый Алан. Кого здесь только не встретишь: ученые, проработавшие целый год на Тасконе, офицеры, получившие долгожданный отпуск, и репортеры со свежей информацией об освоении древней планеты. Чуть в стороне стояли бизнесмены и промышленники. Они прилетали лично убедиться в восстановлении заводов на Оливии. В конце концов, в бездонную бочку инвестиций уходили не только государственные, но и их личные деньги.

До старта судна оставалось меньше тридцати минут, а двое людей по-прежнему сидели на мягком диване в зале ожидания.

Не глядя друг на друга, они изредка перебрасывались короткими репликами. Со стороны мужчина и женщина казались абсолютно чужими. Даже сумасшедший не предположил бы, что эта пара является мужем и женой.

— Ты не летишь? — с дрожью в голосе спросил Кейт.

— Нет, — чуть раздраженно, но вежливо ответила Олис. — Я говорила тебе десять раз и могу повторить еще — у меня есть неотложные дела на станции. Не беспокойся, на Оливию я не вернусь.

— Ты подумала, что скажут о твоем решении окружающие? Слухов не удастся избежать. У нас слишком много недоброжелателей…

Релаун особенно подчеркнул слово «нас». Всем своим видом он показывал — враги есть только у его жены. Впрочем, так наверное и было. Хотя многие и завидовали карьере и успехам самого Кейта, все знали о его гениальности и одержимости.

Ради достижения цели в науке аланец поставил бы на кон и собственную жизнь. Сейчас решалась судьба семьи Релауна. Разобраться с этой проблемой мужчина не мог.

— Слухи? — иронично переспросила жена. — Когда они тебя интересовали? Заткнуть рот мелкому журналисту из желтой прессы большого труда не составит. А Шол болтать лишнего не будет.

— Видимо, меня предали даже друзья, — с горечью сказал ученый.

Кейт встал с дивана и, не спеша, поплелся к двери переходного отсека. Его фигура удивительным образом сгорбилась. От некогда привлекательной респектабельности не осталось и следа. Подобные перепады в настроении и внешнем виде мужа всегда поражали Кроул. Иногда он казался восхитительно красивым, умным, уверенным в себе, но уже через час превращался в жалкую дряхлую развалину. Когда у него что-то не получаюсь на работе, на беднягу было страшно смотреть. Однако, стоило в мозгу проскочить светлой мысли, и активность, энтузиазм буквально обрушивались на окружающих.

О подобных метаморфозах знали все друзья Релауна на моменты депрессии старались внимания не обращать. Олис приходилось гораздо сложнее. Она не выносила слабых мужчин. Вот и сейчас жалость к Кейту перемешивалась с откровенным презрением. Женщина не сделала ни единого шага навстречу. Наверное, просто потому, что не любила его. Ее интересовал лишь Олесь Храбров.

Увидеть русича госпожа Релаун не имела возможности, но твердо знала — земляне обязательно проявят себя. Вряд ли мятежники появились в Фолсе только для убийства Канна. Ради мести наемники так рисковать не станут. Значит, в ближайшее время должно произойти какое-то важное событие. Именно его и хотела дождаться Олис.

Накануне между супругами произошел серьезный и относительно откровенный разговор. К счастью, повторного всплеска эмоций удалось избежать. Этому способствовало присутствие Броса. К удивлению Кейта жена настояла на том, чтобы Шол стал свидетелем выяснения отношений.

То ли она опасалась бурной сцены, то ли другу известно гораздо больше, чем мужу. Ученый терялся в догадках.

— Я хочу знать, насколько серьезна была твоя связь с дикарем? — начал Релаун. — Как объяснить столь странную реакцию в ресторане? Это разрыв нашего брака?