К особенному удовольствию Мэла, готового свалиться в голодный обморок, у загроможденного прилавка нашлось три свободных места.

— Хотим отведать ваши оладьи, — обратился Мэл к хлопотавшей у плиты худенькой пожилой женщине.

Стало ясно, что меню не потребуется.

Кофе подали с впечатляющей скоростью, сопроводив оладьями, а заодно маслом и патокой из сорго. Мэл первым набросился на весившую никак не меньше фунта порцию с запеченным в тесте коричневым салом. Нили слева от шерифа и Пол, севший справа, последовали его примеру.

— Послушал я ваш вчерашний разговор на трибунах, — сказал Мэл, переключаясь с Вьетнама на футбол. Откусив очередной изрядный кусок, он яростно заработал челюстями. — Вы говорили про финал 87-го. Я там был — ну, как и все. Мы поняли, что в перерыве в раздевалке была какая-то ситуация. Что-то вроде перебранки между тобой и Рейком. Знаешь, я никогда не слышал правды о том эпизоде, потому что ребята никогда про это не говорили.

— Можешь назвать это перебранкой, — сказал Нили, продолжая мусолить кусок, первый и единственный.

— Про это не говорил никто и никогда, — сказал Пол.

— Так что произошло?

— Перебранка.

— Понятно. Только вот Рейк умер.

— И что с того?

— Пятнадцать лет прошло, вот что. Хочу знать все про эту историю.

Мэл как будто допрашивал предполагаемого убийцу в тюремной камере.

Отодвинув оладьи, Нили уставился на тарелку. Потом вопросительно посмотрел на Пола. Пол кивнул: «Продолжай. Теперь можно рассказать».

Отказавшись от еды, Нили выпил кофе и задумчиво посмотрел в сторону прилавка. Медленно и очень тихо он проговорил:

— Первую половину встречи нас избивали, как щенков, и мы проигрывали 0:31, всухую.

— Я был там, — не переставая жевать, сказал Мэл.

— Во время перерыва мы ушли в раздевалку и стали ждать Рейка. Все ждали и ждали… Понимали, что нас съедят живьем. Наконец пришел Рейк вместе с другими тренерами. Он был вне себя от ярости. Нас трясло от страха. Рейк сразу двинулся ко мне. Он смотрел с откровенной ненавистью. Сказал: «Ты ничтожество. Жалкое подобие футболиста». И наотмашь ударил меня по лицу.

— Звук был — как удар деревянной битой по бейсбольному мячу, — сказал Пол, так же, как и Нили, потерявший интерес к еде.

— Он сломал тебе нос? — поинтересовался Мэл, продолжая жевать.

— Угу.

— И как ты ответил?

— Рефлекторно, свингом. Откуда мне было знать, вдруг он захочет ударить еще раз? Ждать не хотелось, и поэтому я ударил хук правой — сильно, как только мог. Попал в лицо, точно по левой челюсти.

— Бомба, а не хук, — сказал Пол. — Голова Рейка дернулась, как от выстрела, и он мешком осел на пол.

— В нокаут?

— Упал трупом. Тренер Апчерч двинулся вперед. Он орал и сквернословил так, словно хотел меня прикончить. Я ничего не видел — потому что глаза заливала кровь.

— Навстречу шагнул Силос, — сказал Пол. — Двумя руками он схватил Апчерча за горло. Силос поднял тренера, бросил к стене и пригрозил убить, если тот двинется с места. Рейк лежал на полу как мертвый. Над ним суетились Снейк Томас вместе с Кроликом и еще одним тренером. На несколько минут возникла неразбериха, а потом Силос толкнул Апчерча, повалив его на пол, и крикнул, приказав всем убираться из раздевалки. Томас что-то возразил, и Силос дал ему подсрачник. Они выволокли Рейка из комнаты, и мы заперли дверь.

— Меня почему-то пробило на слезы, я рыдал и не мог остановиться, — сказал Нили.

Мэл перестал жевать, и вся троица уставилась прямо перед собой — туда, где у плиты хлопотала маленькая женщина.

Пол продолжил:

— Мы нашли немного льда. Нили сказал, что сломал руку. Из носа лилась кровь, и он был как ненормальный. Силос орал на команду. Довольно дикая была сцена.

Отхлебнув кофе, Мэл свернул кусок блина, поваляв его на тарелке так, словно не знал, хочет он есть или нет.

— Нили лежал на полу со льдом, приложенным к носу, и засунутой в лед рукой. У него по глазам текла кровь. Мы ненавидели Рейка изо всех сил и были готовы кого-нибудь убить. Ближе всех оказались эти бедолаги из «Ист-Пайка».

Немного помолчав, Нили сказал:

— Силос опустился на колени рядом со мной и крикнул: «Вставай, „Мистер Вся Америка“! Нужно взять пять тачдаунов!»

— Когда Нили встал на ноги, мы бегом бросились из раздевалки. Из какой-то двери высунулся Кролик, и я слышал, как Силос орал: «Держи своих блядей подальше от боковой линии»!