У солидной женщины отвисла челюсть.

— Я положу тут? — полуспросил лейтенант и опустил на Иринино сиденье обоих младенцев. А сам исчез в коридоре.

— Только этого не хватало! — задохнулась дама и пуще прежнего затрясла подбородком. — Сколько же нас тут набьется в крошечное купе? Кошмар! Я буду жаловаться начальнику поезда! Плотишь за билеты, а тебе такие сюрпризы!

Дама затряслась всем телом, растопырила пальцы с золотыми перстнями и стала протискиваться мимо младенцев к выходу.

Теперь ее голос раздавался в конце коридора, у купе проводников.

— Плотишь такие деньги… — разорялась пассажирка. Ей вторил успокаивающий голосок проводницы.

Иринка наклонилась к малышам. Один младенец зашевелился, его личико сморщилось, он закряхтел. Личико второго, бывшее до этого совершенно безмятежным, стало тоже морщиться. Носик-пуговка покрылся крошечными складочками, раздалось кряхтенье и из второго свертка.

— Тихо, тихо, — заговорила Ирина и улыбнулась младенцам. — А сейчас паровозик загудит: ту-ту! А вагончики побегут: чух-чух-чух… чух-чух-чух…

Младенцы раздумали кряхтеть, прислушиваясь к незнакомому голосу. Она, улыбаясь, качала над ними головой и даже запела одну из тех песенок, которые постоянно распевал по радио юный солист центрального детского хора Сережа Парамонов…

— Не ревут?

В купе вполз чемодан, а вслед за ним протиснулся лейтенант с авоськой, из которой торчали бутылки с молоком.

— Нет, молчат! — улыбнулась Ирина. — Какие они славные! А где их мама?

— А где наша соседка по купе?

— Кажется, она испугалась этих славных малюток и…

— Ретировалась с поля боя! — закончил лейтенант и протянул ей руку: — Сергей.

— Ирина, — сказала она и пожала протянутую ладонь.

— В самом деле? — забыв выпустить ее пальцы, переспросил Сергей. Он вглядывался в нее, словно мог увидеть там что-то ему одному известное. — Вас зовут Ирина?

Прежде чем она успела ответить, в купе заглянула обиженная дама.

— Достаньте мои вещи! — с видом оскорбленного достоинства проговорила она и отвернулась.

Сергей вытащил из рундука вещи привередливой пассажирки, отнес в другое купе.

Когда вернулся, Ирина уже держала на руках одного из младенцев.

— Что? Поднял тревогу? — кивнул Сергей на младенца.

— Кажется, он чего-то хочет.

— Он всегда чего-то хочет, — усмехнулся Сергей. — А брат за ним повторяет. С ними не соскучишься. Вы уж извините, Ирина, но вам придется нас терпеть всю дорогу. Вы до Москвы едете?

— Да, — ответила Ирина после паузы. Ее ответ прозвучал не слишком уверенно, и поэтому Сергей удивленно взглянул на нее, но задавать вопросы было некогда. Младенцы дружно кряхтели и гукали, выдвигая свои требования.

Сергей сбегал к проводнице за бельем. По очереди держа младенцев, они застелили постели, потом Сергей убежал в вагон-ресторан греть молоко. Вернулся сияющий.

— Представляете, Ирина, в вагоне-ресторане мне сварили манную кашу! Такие отзывчивые ребята оказались…

Ирина уже успела переодеться и играла с малышами, давая по очереди свой палец то одному, то другому. Малыши резво цепляли палец, гудели, агукали.

— Какие они забавные, — заметила Ирина. — Похожи как две капли воды, а характеры разные.

— Вы заметили? — удивился Сергей. — И чем же они, по-вашему, отличаются?

— Вот этот у вас заводила. Он всегда первым выражает недовольство или, наоборот, удовольствие. А вот этот мальчик за братом повторяет, подхватывает.

— Как вы точно подметили! — восхитился Сергей. — Наверное, вам приходилось иметь дело с детьми?

— Нет, не приходилось.

— Тогда у вас талант. Вон они как вас слушаются.

Сергей поставил бутылочку на стол.

— Будем кормиться.

Сергей взял на руки заводилу. Тот поймал соску с кашей, зажмурился, зачмокал. Его брат беспокойно забарахтался рядом, закряхтел, изготовился поднять рев.

— Можно я попробую его покормить?

— Пробуйте.

Ирина взяла на руки второго младенца и, копируя действия Сергея, поднесла к его ротику бутылочку с кашей. Мальчик захватил губами соску, зачмокал, тараща на Ирину удивленные свои глазищи, и только когда бутылочка оказалась опорожнена наполовину, ребенок стал осоловело хлопать ресницами. Каша закончилась, ребенок уснул.

Ирина вытащила из крошечного ротика соску, положила младенца на постель.

— Как их зовут? — шепотом спросила она Сергея, который проделывал сейчас ту же операцию, что и она.