Я налил ей скотч, бросил в стакан лед. Поскольку Марсия выпила одним духом, я тут же повторил.

– У меня завтра свидание, – сказал я, – с твоим отцом.

– Я так и предполагала. – Она, кажется, расстроилась. – Послушай, что ты сделал с Соней на балконе? Когда она вышла оттуда в гостиную, у нее был такой вид, как будто она увидела привидение. Прямиком устремилась в холл и убежала домой.

– Надеюсь, она добралась без неприятностей.

– Это нетрудно, – ревниво сказала Марсия, – она живет в двух кварталах отсюда. Но ты не ответил на мой вопрос!

– Мне кажется, ей не понравилось, когда я вспомнил ту ночь, когда Кевин вывалился с балкона.

– И это все? – Марсия казалась разочарованной. – Я готова поспорить, что она пыталась тебя соблазнить.

– Попытки были, – честно признался я, – но это все из-за моего профиля, он просто неотразим, и тут я ничего не могу поделать.

– Смотри, Дэнни, – вдруг угрожающе произнесла она, – если узнаю о твоих шашнях с ней, подкрадусь ночью с ножом. Один взмах – и ты будешь говорить фальцетом до конца дней, Дэнни Бойд!

– Удивительно прекрасный был прием; мне кажется, я постарел не больше чем на каких-то пять лет за последние несколько часов, – сказал я, – надо бы хорошенько отлежаться теперь пару дней.

– Бедный мальчик, – она сочувственно улыбнулась, – вся эта затея была для тебя действительно ужасна. Почему бы тебе и в самом деле не отдохнуть? Мне сейчас надо уйти из дому на некоторое время.

– Куда?

Она слегка приподняла брови.

– Знаешь, не слишком-то входи в образ и не принимай за правду наши отношения, Бойд! Наша помолвка не настоящая, разве ты забыл?

Я пожал плечами:

– Ладно. Но можно спросить, когда ты вернешься? Или задавать такие вопросы тоже запрещено?

– Примерно в семь. Ничего серьезного, но будет выглядеть странно, если я не появлюсь там в назначенное время. А ты пока отдохни как следует и перезаряди батарейки, ладно? – Она медленно, с плотоядным видом, кончиком языка облизала нижнюю губу. – Я имею в виду, что теперь, когда у меня все горит и пылает, я хочу оставаться в таком состоянии всегда. Постоянно. Обещаешь?

– Обещаю, – сказал я, – и многое другое, если ты будешь и дальше стараться в том же духе.

– Садист! – Она перегнулась через стойку и, просунув руку мне под рубашку, больно дернула за волосы на груди, потом спросила: – Который час?

– Какого дьявола, кому это интересно? – хрипло выдавил я разочарованно.

– Так поздно? Я должна бежать!

Она выпустила меня из коготков и, спрыгнув со стула, бегом устремилась в прихожую. Торопливое «прощай» все еще висело в воздухе пару секунд после того, как входная дверь захлопнулась. Я неторопливо допивал свое виски, когда зазвонил телефон, стоявший неподалеку на стойке.

– Дэнни? – услышал я в трубке волнующий хрипловатый голос. – Марсия там?

– Кто это?

– Соня Шеппард. – Голос был настойчив. – Марсия там?

– Ушла минут пять назад.

– Замечательно! – Она явно обрадовалась. – Послушай, я все думаю о нашем разговоре на балконе. Более того – я не могу больше думать ни о чем другом, черт бы тебя побрал!

– И что же? – с надеждой произнес я.

– Это очень важно, нам просто необходимо поговорить еще, Дэнни. Не знаешь, надолго ушла Марсия?

– Сказала, что вернется к семи.

– Тогда у нас еще масса времени. Не можешь прийти ко мне, скажем, минут через тридцать?

– Конечно. Где ты живешь?

– Когда выйдешь из подъезда, сразу пойдешь налево, дойдешь до второго перекрестка и, не переходя улицы, повернешь направо. Дом называется «Темпл Корт», ты увидишь его сразу. Восьмой этаж, номер 83, запомнил?

– Через полчаса буду у тебя, Соня.

– Зачем только ты сказал об убийстве? – В голосе ее вдруг зазвучали панические ноты. – Мне бы никогда в жизни не пришло в голову такое! Что ты наделал!

И она бросила трубку. Громкий щелчок неприятно отозвался у меня в барабанной перепонке.

Не успел я отнять руки от кнопки звонка, как дверь распахнулась. Белокурая Соня успела сменить свой кружевной брючный костюм на бикини кричащего оранжевого цвета.

– Простишь, что я так «закутана»? Эта проклятая квартира без кондиционера, и сейчас в ней немыслимая жара, градусов тридцать, не меньше. Ну, входи же, что ты встал?

Она провела меня в уютную гостиную, обставленную в неопределенном японско-гавайском стиле, и показала на когда-то белую кожаную кушетку.