– Да, – просто согласился я.

– Эдуард – специалист по дзюдо и, кроме того, самый свирепый человек из всех, кого я знаю. Вы не хотели бы попробовать потягаться с ним еще раз, мистер Бойд?

– Нет уж, благодарю.

– Итак, вы не поверили мне, а я не поверил вам. – Мимолетная улыбка тронула его губы. – Когда предполагается вечеринка у Дафне?

– Где-то в пятницу, как мне кажется.

– Значит, до ее начала с данного момента остается немногим более тридцати шести часов?

– Наверное, – вежливо согласился я.

– Мне кажется поэтому, что было бы интересно заполнить вечернее время своего рода тактическими упражнениями. – Рейнер пыхнул сигарой. – Это докажет нам обоим, достаточно ли высшей квалификации, чтобы противостоять объединенным талантам Аманды, Дафне, Росса и моим во время уик-энда. Ну, так как, мистер Бойд?

– А что нужно для этого делать?

– Я буду считаться победителем, если вообще смогу помешать вам посетить эту вечеринку. Вы одержите верх, если прибудете туда в пятницу, как вас там и ожидают.

– Мне кажется, у меня не остается выбора, принять участие в игре или нет, еще до того, как она началась.

– Совершенно верно, – согласился он. – Но я постараюсь заинтересовать вас, подбросить побудительный мотив. Если выигрываете вы, я обеспечиваю вам за свой счет членство в этом клубе. Тогда, если захотите, вы сможете каждый вечер получать на десерт любую из этих красоток.

– Предложение настолько соблазнительно, что устоять просто невозможно, – улыбнулся я. – Итак, когда начинается игра?

– В любой момент. – Он кивнул в сторону моего ароматного напитка. – Почему вы не пьете свой бренди, пока у вас есть такая возможность?

Он подсказал мне дельную мысль, поэтому я допил свой бокал и поставил его на стол. Спустя пять секунд, проследив за взглядом Рейнера, я увидел трех мужчин, направлявшихся к нашей нише. Один из них, возглавлявший группу, выглядел достаточно респектабельно, чтобы можно было предположить, что он – управляющий клубом «Вуду», а два других громадных кретина, шедшие позади него, явно являлись вышибалами.

– Какие-нибудь осложнения, мистер Рейнер? – вежливо спросил первый, подходя к столу.

– Боюсь, что да, мистер Ратли, – кивнул печально Рейнер. – Я только что выяснил, что мистер Бойд, – он повел в мою сторону рукой, в которой держал сигару, – обманул меня. Он вошел в клуб, сказав, что получил приглашение сюда через моего приятеля, которого я здесь поджидал, а теперь я узнаю вдруг, что он даже почти не был с ним знаком.

– Он забросил удочку?

– Вы правы. – Рейнер покачал головой. – Я сильно подозреваю, что это американский журналист, который хочет получить сведения о нашем клубе, побывав в нем, а затем написать сенсационный материал для своего журнала о Лондоне – городе грехов и тому подобной ерунде.

– Это может создать определенные проблемы, – в раздумье произнес Ратли. – У вас есть какие-нибудь соображения на этот счет, мистер Рейнер?

– Нужно некоторое время, чтобы проверить его, подержите его у себя, пока я не выясню, ошибаюсь я или нет. Гарантирую, что вам это ничем не будет грозить. Если же я окажусь прав и он действительно журналист, тогда, думаю, возникнет другая задача, которую придется решать в свое время.

– Мы сможем подержать его здесь сколько угодно и без всяких трудностей, – пообещал Ратли доверительным тоном и злобно ухмыльнулся, глядя на меня. – Могу предложить ему очень много работы на кухне.

– Боюсь, он не будет охотно сотрудничать! – Рейнер заерзал при одной мысли об этом.

– Ну, для этого существуют Билл и Алф. – Ратли ткнул через плечо указательным пальцем. – Они опытные эксперты, которые могут заставить кого угодно переменить свое мнение.

На лице Ратли появилась выжидательная улыбка. Он взглянул на меня:

– Поднимайтесь, Бойд. Вперед к новому образу жизни! И прощайте, мистер Бойд! – Рейнер постарался скрыть переполнявшее его чувство торжества, но оно все равно проскальзывало в его голосе. – Надеюсь, что работа не покажется вам слишком утомительной.

Я встал, а вышибалы, стоило мне только двинуться от стола, заняли места по обе стороны от меня. Процессия направилась в коридор. Тот, загибаясь, вел в помещение, которое, как я решил, было кабинетом Ратли. Громилы встали, прислонившись к стене, и каждый скрестил руки на своей массивной груди. Когда они бросали взгляд в мою сторону, на их лицах появлялась зловещая ухмылка.

Ратли уселся за старый обтерханный стол, закинул руки за голову и тоже, глядя на меня, ухмыльнулся. Я подумал, что такая ночь, как эта, могла понравиться разве что любителю острых ощущений.