Трудно сказать почему, но и Храбров, и Аято послушались мутанта. Видимо, давала о себе знать бессонная ночь. На пост заступили де Креньян, Салан и Белаун. Русич занял место Жака, укрылся курткой и сразу провалился в бездну сна.

Путешественники отдыхали целый день. Даже палящие лучи Сириуса не могли заставить их уйти с открытой площадки в тень леса. Воспоминания о стиксах вызывали у людей нервную дрожь. Мерзкие чудовища всегда нападали неожиданно и бесшумно. У жертвы не было ни малейших шансов на спасение. Твердая поверхность под ногами внезапно проваливалась, и в тело впивались острые клешни. Отряд спасся чудом. Повторная схватка с монстрами вряд ли закончится столь же успешно.

Среди гигантских валунов земляне чувствовали себя в безопасности. Расположившийся на камнях наблюдатель следил за окрестностями. Лишь под вечер наемники ненадолго покинули убежище. Необходимо было заготовить дрова.

Несколько суток воины ехали, даже не думая о стиксах. Теперь же прощупывали едва ли не каждый метр земли. Впрочем, больших проблем у путешественников в лесу не возникло. Сделав необходимый запас топлива, наемники вскоре вернулись в лагерь.

Глядя на мерцающее пламя, воины негромко обсуждали насущные проблемы. Завтра утром они снова двинутся в путь и через три-четыре дня достигнут океана. Что ждет группу на побережье, никто не знал. Однако земляне надеялись получить там ответы на многие интересующие их вопросы.

Отряд ехал не спеша, не изматывая лошадей ненужной гонкой. Даже на рысь наемники переходили крайне редко. Животные везли слишком тяжелую поклажу. Чтобы не рисковать, Жак с Линдой и Крис с Николь постоянно меняли коней. Тропа, по которой двигалась группа, становилась все уже и уже. Шорки не особенно жаловали побережье. Между ними и жителями местных городов регулярно случались кровавые стычки.

Впрочем, несмотря на натянутость отношений, некоторые торговцы умудрялись добираться до западных районов Аскании. И хотя смельчаки платили большую дань мутантам и с трудом отбивались от многочисленных банд головорезов, прячущихся в горах, прибыль от совершенных сделок с лихвой покрывала расходы.

Высокие перевалы и выжженные Сириусом каменные плато превратились в своеобразную нейтральную полосу, разделяющую два враждебных мира.

К исходу пятых суток группа достигла очередной лесной долины. Земляне сразу обратили внимание на то, что растительность существенно изменилась. Могучие стройные исполины полностью исчезли. Их место заняли развесистые, широколистные, сучковатые деревья, часто опутанные красновато-бурыми лианами. Вскоре путь наемникам преградили сплошные заросли колючего кустарника. Обогнув препятствие, отряд остановился на ночлег.

На рассвете воины двинулись дальше и тут же наткнулись на поляну, сплошь покрытую огромными синими цветами. От терпкого сладковатого запаха невольно кружилась голова. Капли росы в сердцевине переливались, словно драгоценные камни. Проехать мимо такой красоты люди не могли.

Путешественники натянули поводья и дружно спешились. Опустившись на колени, женщины с наслаждением вдыхали пьянящий аромат прекрасных цветов. Нежные бархатные лепестки ласкали кожу. Усадить Николь и Линду обратно на лошадей оказалось непросто.

Около полудня группа повстречала еще одно асканийское чудо природы. Проводивший разведку местности Стюарт неожиданно замер и, удивленно вытянув руку вперед, громко выкрикнул:

– Пожар!

Наемники начали взволнованно озираться по сторонам. Примерно в двухстах метрах от отряда среди сине-зеленой растительности полыхало ярко-красное пламя. Оно было видно даже сквозь густые заросли деревьев.

– Я не чувствую дыма, – прервал молчание властелин. – А ведь ветер с востока. Кони тоже ведут себя спокойно.

Тино, Пол и Карс пришпорили лошадей. Через пару минут послышались их призывные возгласы. Группа последовала за воинами. Зрелище, представшее перед путешественниками, лишило людей дара речи. Гигантский, не менее пяти метров в диаметре, шарообразный куст пылал алыми, как кровь, цветами. Количество бутонов не поддавалось исчислению. Земляне не сумели разглядеть ни веток, ни листвы.

– Потрясающе! – выдохнул Белаун. – Ни с чем подобным я раньше не сталкивался.

– У совершенства нет предела, – произнес Саттон. – Человеческий разум неспособен соперничать с природой.

– С данным утверждением можно поспорить, – возразил японец. – Но цветы действительно великолепны. Мы обращаем внимание на хлемов, стиксов, сквошей и совсем не замечаем настоящей красоты. В этом наша беда. Человек должен не изменять окружающий мир, а дополнять его. Я даже боюсь прикоснуться к лепесткам. Вдруг все сразу увянет.

Воины разбили лагерь неподалеку от удивительного растения. Тогда путники еще не знали, что местные жители называют этот куст – лолейн. Он встречается крайне редко и цветет один раз в тридцать лет в течение двух суток. С ним было связано древнее предание. Если счастливчик, увидевший цветущий лолейн, загадает желание, то оно непременно сбудется.