– Сейчас я расскажу, послушайте, – мягко ответил Андрей, – сначала они использовали буржуазных специалистов, некоторые спецы подались на сторону красных добровольно, а некоторых просто силой заставили работать на большевиков.

– Негодяи эти спецы! – воскликнул Николя.

– Согласен с вами! Итак, эти старые специалисты с большим опытом работы, со знанием иностранных языков, опытом военных действий обучили всему батраков и прочую голытьбу, а потом во время тридцатых годов многих спецов расстреляли.

– Гм, мавр сделал свое дело, – заметил Николя, – мавр может уйти.

– Абсолютно верно подмечено, Николя! К сожалению, вы согласитесь, что наша страна никогда не отличалась гуманностью правителей! Достаточно только назвать Ивана Грозного, Петра Первого…

– Однако, сударь, при чем тут…

– Послушайте, Николя, и не перебивайте! Я привел вам имена царей для примера негуманности нашей власти!

– Что верно, но верно, – нехотя согласился Николя, вздыхая.

– Однако давайте пока поговорим о спецах… Итак, многие старые спецы, как сказал, обучили всему большевиков. Батраки, неграмотные рабочие взялись за школьные учебники, учились грамоте, родному языку, математике, иностранным языкам.

Большевики работали с большим энтузиазмом. Они надеялись в скором будущем построить коммунизм во всем мире! Но то были утопические мечты… Сейчас я начинаю грустный рассказ о прошлом своей страны, послушайте очень внимательно. Конечно, есть в прошлом и радостные страницы, когда страна победила в долгой и кровополитной войне, но об этом чуть позже…Большевики стали производить снаряды, танки, пушки для войны. Почти вся промышленность страна работала лишь на войну, как потом шутили многие, то была Верхняя Вольта с ракетами.

– Не понял…

– Верхняя Вольта – неразвитая страна в Африке, то есть это название понимать следует так: неразвитая экономика, работающая в основном только на производство ракет, пушек, танков и прочего вооружения. Легкая промышленность, сельское хозяйство были запушенными, чего не скажешь о военной промышленности. Неэффективная и неразвитая экономика, работающая эффективно только на войну. Границы были закрыты, а гражданам запретили свободно выезжать за рубеж. Для выезда за рубеж гражданам приходилось получать специальные разрешения у большевиков. У бедных крестьян отобрали паспорта, не разрешая им выезжать за пределы своего села.

– То были новые крепостные советского кровавого режима? – быстро спросил Николя.

– Гм, можно и так назвать крестьян, – согласился с Николя Андрей, – хотя крепостными, как я считаю, следовало бы назвать всех жителей страны Советов – крепостная система прописки, закрепления человека к жилью, была у всех!

Сельское хозяйство было отсталой отраслью, несмотря на постоянные попытки власти поднять его на должный уровень. Вы удивитесь, Николя, но из городов насильно в приказном порядке везли студентов, интеллигенцию, чтобы они помогали крестьянам убирать картошку и многое другое… Тоталитарная коммунистическая идеология проникла во все сферы жизни общества, все руководители вынуждены были вступать в коммунистическую партию. Вы удивитесь, но в стране правила лишь одна коммунистическая партия! Других партий не существовало, как в ряде цивилизованных странах мира. И ячейки этой тоталитарной партии расползлись, как тараканы, по всей стране Советов. Говорили, что у нас страна Советов, хотя правила одна коммунистическая партия! А Советы народных депутатов являлись фиговым листком советской демократии. Сами упоминание о советской демократии вызывало в рядах думающей интеллигенции смех и только смех!.. Тотальный дефицит, неприятие альтернативных точек зрения, цензура! Органы безопасности, которые следили за своими гражданами, подслушивали их разговоры на работе, на улице и дома! Бедные крестьяне, поверившие коммунистам, пошедшие за ними, вскорости поняли, что их жестоко обманули, не дав земли, которой так крестьяне жаждали! Большевики почти грабили крестьян, забирали многие продукты для города.

Страшное время, Николя!..

Николя печально сказал:

– Да-с… Страшное время…

– Времена голодные, кровавые! По сути люди оказались в гигантской мышеловке, которую другие страны назвали страной железного занавеса! Жизнь людей стала неотделима от коммунистической пропаганды. Это подло, когда даже в частную жизнь вмешивается государственная идеология! Подчас руководители партийных коммунистических ячеек вмешивались в частную жизнь граждан, указывая мужьям и женам, как им жить и с кем!.. Официальная пропаганда внушала ярую ненависть к странам Запада и Америки. На каждом предприятии, на каждом рабочем месте постоянно проводились часы политинформации, точнее, часы политического зомбирования населения, когда даже на работе им внушали, что они якобы живут в самом лучшем, счастливом и справедливом обществе. Вы удивитесь, Николя, но то исчезнувшее коммунистическое государство боролось с собственным народом!.. С кулаками, аристократией, интеллигенцией, диссидентами! В стране возможна была только одна коммунистическая идеология, о плюрализме мнений можно было прочесть только в учебнике философии. Многие сейчас ностальгируют по утраченной советской империи, восторгаясь ее былым величием, но забывают, что были просто рабами той державы! Сочетание мифической свободы и реального рабства! Сочетание державной гордости и, как ни странно, одновременно рабской униженности!

Тут Николя не выдержал и нервно воскликнул:

– А что же народ? Почему он терпел такую жизнь?!

Андрей минуту передохнул, шумно вздыхая, и продолжил:

– Знаете, народ у нас терпеливый… Четыреста лет народ терпел крепостное право, потом триста лет терпел монголо-татарское иго. Народ терпеливый и работящий!..

Народ терпел многое, в том числе и коммунистов!.. Люди во время коммунистического режима верили официальной пропаганде (к слову сказать, сейчас, к сожалению, тоже очень многие верят ей), надеялись, что погубленные коммунистами жизни не напрасны.

Многие цинично приговаривали даже вслух: «Лес рубят – щепки летят!»

– Какой цинизм! – воскликнул Николя.

– Люди просто становились рабами коммунистического режима! Я ранее говорил о русских царях. Так вот издавна ведь повелось, что царь должен быть суров, грозен и крут, не так ли?

Николя кивнул, внимательно слушая Андрея.

– А раболепие, страх нашего народа? – продолжал Андрей. – А холуйская угодливость?.. В старину многие не выдерживали гнета, бежали на юг, в леса, в степь к казакам… Народ обирали, а он компенсировал потери кражами, воровством. Холопы ненавидели господ!