– Прав насчет чего?

– А насчет того, – охотно ответил Андрей, внимательно глядя Антону в глаза, – что все события прошлых трех дней сегодня повторились!

– Ну, повторились… И что?

– Дежа вю. И завтра всё повторится, – пообещал Андрей.

Антон задумался на миг, потом с интересом спросил:

– А потом?

– Я могу лишь догадываться, – произнес Андрей, – я не волшебник… Но ты хоть понял, что события прошлых дней снова повторились?

– Понял… Время остановилось, что ли? Не вечный двигатель, а вечная остановка?

– Неплохо сказано, Антон, – похвалил друга Вася.

– Кстати, Антон, – ответил с улыбкой Андрей, – могу рассказать тебе историю о советском вечном двигателе.

– Ладно тебе…

– Нет, послушай! Сажают одного гражданина в тюрьму за рассказ анекдота. Там его спрашивают: «За что сел?» Ну, гражданин молчит, не хочет ничего рассказывать.

А среди арестованных сидит один осведомитель, который постоянно докладывает о всех разговорах в камере начальству. И этот осведомитель больше всех пристал к гражданину, спрашивая его: «За что сел?» Тогда гражданин не выдерживает и отвечает, что сел за рассказ анекдота. «Расскажи!» – горячо просит осведомитель. Гражданин не выдерживает и рассказывает свой анекдот.

Вася засмеялся.

– Ты чего смеешься? – не понял Антон.

– А я понял конец, – ответил Вася.

– Ладно, дай закончить, – попросил друзей Андрей и продолжал: – После рассказа анекдота гражданина вызывают и допрашивают, дают новый срок. Гражданин идет в камеру, там его снова спрашивают: «А за что новый срок?» Гражданин не хочет отвечать, но осведомитель пристал с вопросами к гражданину, тот не выдерживает и…

Вася громко засмеялся.

– Ладно. Вась, дай закончить! – попросил Андрей, улыбаясь.

– А все уже понятно.

– Кому понятно, кому нет, – поморщился Антон. – Ну, чего там дальше было?

– Дальше? – смеясь, спросил Андрей. – Ах, дальше… А дальше то же самое… Гражданин рассказывает свой анекдот, его за это сажают в тюрьму, в камере допытываются, за что тот сел, он там рассказывает и снова садится за рассказ анекдота. Вот такое вечное движение гражданина в тюрьму и из тюрьмы!

Антон неопределенно пожал плечами, заметив:

– И совсем не смешно…

Друзья пошли в столовую.

Ужин, как всегда, им не понравился: овсянка, компот, несвежий хлеб и маленький кусочек сыра. Андрей выпил, морщась, стакан компота, съел кусочек сыра.

Антон заметил недовольного Андрея, похлопал его по плечу, дружелюбно говоря ему:

– Ешь, пока дают… Я ведь ем, не жалуюсь.

Андрей шумно вздохнул и вспомнил:

– И вчера ты это говорил мне!

– Ладно, вчера да вчера, – проворчал Антон, – ешь да молчи. И не жалуйся.

– А ты кому и на что здесь можешь жаловаться? – удивился Вася.

– Как кому? Администрации.

– Эта самая администрация в лице санитаров быстро тебя успокоит, – возразил Антону Андрей, вставая из-за стола. – Так что здесь некому тебе жаловаться! Никто не услышит наших стонов! Пошли в палату.

Антон промолчал. Он сидел за столом, задумавшись и уткнувшись в одну точку перед собой, и не двигался. Вася встал, заметил задумавшегося Антона и остановился. Андрей снова сел рядом с Антоном и спросил его:

– Ну? О чем думаешь?

Однако ответа не последовало.

– Ладно, Андрей, пошли в палату, он догонит нас, – сказал Вася. – Честно говоря, несколько дней он ходил очень задумчивый, заметил?

– Да, ладно, пойдем…

– Подождите, ребята, – попросил Антон и снова замолчал.

Андрей с Васей переглянулись, Вася присел рядом с Антоном.

– Я хочу сказать… в общем… – неторопливо заговорил Антон, обдумывая каждое слово, – вы были правы… Мне здесь очень неуютно…

– Так, так! – обрадовался Андрей, потирая руки. – Значит, осознал?

Вася шепнул Андрею:

– Ты не торопи его… Трудно ему говорить…

– Что значит осознал? – пожал плечами Антон. – В чем-то я был с вами согласен… В чем-то нет… Но что-то противно здесь… Домой как хочется!

Антон умолк, уставившись в одну точку перед собой.

– Гм, это все, что ты хотел нам сообщить? – удивился Андрей.

Антон отрицательно качнул головой, говоря так же неторопливо, как и ранее:

– Нет, далеко не все… Просто… просто мне трудно говорить… Я ошибался раньше…