Тревер и Эрион уселись за два соседних стола, примыкающие к столу судьи.

Капитан Тран и помощник капитана Диккен поспешно вошли в зал, сопровождаемые протокольным дроидом; тот занял место за другим столом.

Капитан и его помощник встали у задней стены — очевидно, они не предполагали, что заседание продлиться сколь-нибудь долго.

— Давайте поспешим, — сказал капитан, — Мы должны закончить это дело и лететь к системе Нанс — принять следующих заключенных. «Правосудие» не должно простаивать. Моя работа — заполнить корабль, и чем быстрей я это сделаю, тем больше будет моё вознаграждение.

Роан и Дона вошли в зал суда под охраной дроидов. Тревер смотрел на них, невольно с содроганием ища признаки не лучшего обращения, если не пыток, чем славились имперские тюрьмы… Дона выглядела исхудавшей и измотанной, Роан же шел с высоко поднятой головой. Он вдруг заметил Тревера и чуть вздрогнул; впрочем, имперцы ничего не заметили. А потом его лицо снова стало безразличным.

— Заседание объявляется открытым, — объявила Солис, стукнув электронным молоточком по гонгу; раздался мягкий гудящий звук.

Роана и Дону усадили за стол возле протокольного дроида.

— Роан Лэндс и Дона Тэламарк, вы обвиняетесь в заговоре против правительства Беллассы и подготовке к покушению на жизнь Имперского Советника правительства Беллассы. Вы признаете свою вину?

— Виновны, — провозгласил дроид.

— Минуту! — сказал Роан, — Этот кусок барахла не будет говорить за нас. Мы требуем адвоката.

— Я — назначенный судом поверенный, сэр, — повертев головой, сообщил протокольный дроид.

— Это возмутительно. По закону, принятому Галактическим Сенатом, мы имеем право сами выбирать адвоката!

— Я вынужден поправить Вас, сэр, — заявил дроид, — Император приостановил действие этого закона поправкой триста двадцать один пункт семь — в случае, если речь идет о предателях Галактической Империи.

— То, что я предатель Империи — ещё не доказано, — заметил Роан.

— Да, но мы имеем право судить вас согласно этой поправке.

— Если вы действительно мой адвокат, тогда я имею право отстранить вас, — сказал Роан, — Я сам буду нас защищать.

Голова дроида завертелась, замигали сенсоры.

— Подобные прецеденты отсутствуют. Я должен осуществить более обширный поиск по моим банкам памяти.

— Не трудитесь, — сказала Солис, — Обвиняемый имеет такое право. Отвод принят.

Сенсоры протокольного дроида отчаянно замигали.

— Возражение!

— На каком основании?

— На том основании, что это нарушает процедурный микрочип!

— Отклоняется. Позвольте нам продолжать.

— Что здесь происходит? — с непонимающим видом спросил Капитан Тран.

— Мне жаль, Капитан, но вы свидетель на этом процессе, а не его участник, — сказала Солис, — Я разрешаю Лэндсу Роану самому осуществлять свою защиту. Вы признаете вашу вину?

— Мы не виновны.

— Давайте-ка направимся вместе с этим шоу к космодрому, — пробормотал капитан, — Я должен кое-что сделать.

Солис кивнула Роану.

— Продолжайте.

Роан поднялся.

— Прежде, чем мы начнём, я ходатайствую об отклонении самого этого обвинения, ваша честь. Дело было сфабриковано на основе материалов, полученных с использованием незаконных методов слежки. По законам, принятым Сенатом Беллассы, для установления слежки должна быть получена санкция эксперта Службы Безопасности. Этого не было сделано.

Сенсоры дроида замигали:

— Возражение! Император приостановил действие этого закона!

— Верно, — согласилась Солис, — Но Галактический Сенат не ратифицировал эту поправку.

— Ратификация и не требовалась, — возразил дроид, — Император не нуждается в разрешениях.

— И все же, я чувствую, что здесь есть пробел в законодательстве, — возразила Солис.

— Это противоречит информации в моих процедурных банках памяти, — проговорил дроид, — Сбой логических цепей… перегрев контуров… Я должен немедленно перезагрузиться! — и дроид поспешно удалился из зала заседаний.

Капитан Тран топнул ногой:

— Пробел в законодательстве! — возмущенно воскликнул он, — В Галактической Империи нет никаких пробелов в законодательстве! Император покончил со всеми этими пробелами! Это было проблемой Республики!

— Должна ли я напоминать вам о необходимости сохранять спокойствие, Капитан? — холодно поинтересовалась Солис, — Политические речи — не для зала суда.

Эрион встал.

— Мы признаем юридическую обоснованность требований заключенного. После внимательного рассмотрения этого дела, ваша честь, я при всем уважении заявляю, что часть обвинений против подсудимых могут быть сняты.