— Конечно, было бы неплохо, если бы место Ирины заняла ты. Нам нужен человек, владеющий оружием. — Борис кивнул на клинок в моей руке.

Я улыбнулась. Предложение настолько бредовое, что даже не стоило о нем думать.

— Еще я должен сказать тебе спасибо. До недавнего прошлого мы о такой большой популяции вампиров ничего не знали. И Эдгар, конечно, впечатлил.

— Обращайтесь, — пожала я плечами, — могу еще что-нибудь поведать.

Борис покачал головой, прошел вдоль моей черты.

— От тебя нам больше ничего не нужно. Уж извини. Нам нужен Макс. — Смотритель нервно поддернул на руке перчатку.

— Он не придет.

— Олег предупредил. Что ты такого ухитрилась сказать вампиру, что он оставил тебя без своего покровительства?

— Я обхожусь без покровительства! — вспыхнула я.

— Удивительный ты человек. Неужели у вас и правда все так серьезно? Как тебе это удалось?

— Вам не понять. Смотрители не обладают способностью любить. Только ненавидеть, — вернула я ему брошенный когда-то мне мяч.

— Тебе, наверное, будет приятно знать, что Олег тебя защищает.

— Не очень.

Мне хотелось позлить Бориса. Но мои слова его не сильно заинтересовали. Он потирал одну руку о другую, неприятно поскрипывая кожей перчаток. Нервничал. Мне стало не по себе. Понятно, что драться со мной Борис не собирается. Он задумал что-то другое. А поэтому нервничает. Совсем так же, как при появлении вампира.

Кого же он ждет? Ради кого тянет время? Сколько можно говорить ни о чем!

— Неужели тебя не смущает, что Макс — нежить? Он мертв! Твой Макс — не человек!

— Зато человечнее многих. — Я пыталась сообразить, к чему он ведет.

— Но он мертв!

— Просто такая форма жизни. Другая. — Я покачала головой.

— Что ты с ним будешь делать? Пока ты молода, ваши отношения могут казаться веселой игрой. Но пройдет пять лет, десять, пятнадцать, ты повзрослеешь и поймешь, что ошиблась. Он со своей якобы человечностью останется прежним, а ты начнешь стареть. И какой выход? Стать такой, как он. Стать вампиром. А ведь это смерть! Страшная. Без покоя.

— Бессмертие не обязательно связано со смертью. У нас с Максом много планов.

При воспоминании о Максе больно защемило в душе. Захотелось бросить саблю, сесть на пригорок и уткнуться носом в колени. Но я только вскинула вверх подбородок. Ничего, мы еще посмотрим, чья возьмет.

Борис снова прошел взад-вперед вдоль моей линии.

— Маша, ты неисправимый романтик. — Смотритель поднял на меня глаза. И то ли оттого, что до сих пор он смотрел в сторону, то ли в его взгляде появилось что-то необычное, но я не выдержала и отвернулась. — Может быть, я когда-нибудь это пойму.

— Не поймете! Уходите!

«Тише, тише…» — словно услышала я родной голос и взяла себя в руки.

— Хорошо, — устало произнес Смотритель. — Я допускаю, что Макс по отношению к тебе ведет себя цивилизованно. Почему бы и нет? В цирке даже медведя учат ходить на задних лапах. Нам нужно встретиться с ним и узнать, как он такое проделывает, потому что, по нашим сведениям, вампиры в принципе не способны долго общаться с человеком.

— Подновите свои сведения — они устарели!

Что Борис хочет узнать? Почему так долго со мной разговаривает?

Ладонь вспотела, мне захотелось переложить саблю и вытереть руку, но отвлекаться я не стала. Собеседник вел себя подозрительно. И, похоже, почувствовал мое волнение.

— Кстати, ты знаешь, что бывает за ношение холодного оружия? — как бы между прочим бросил Борис, отворачиваясь.

Я быстро кивнула, оглядывая стоящие вокруг деревья. Как же я раньше этого не заметила? На голых кустах и ветках деревьев висели какие-то веревочки, пучки трав. Мне стало не по себе. Только что, почти у меня на глазах, был построен аркан, а я за своими приготовлениями ничего не заметила. Им действительно нужна не я, а Макс. Они хотят его поймать. И он им не достанется!

Я шагнула вперед. Мысок уперся в линию. Мне показалось, что она почернела. Я удобней перехватила саблю — от волнения чуть не уронила ее в снег. Левой рукой нащупала в кармане счастливую пятирублевую монету. У каждого свое счастье. Мое всегда со мной. Я имею в виду Макса.

— Ты утверждаешь, что вампирам присущи человеческие чувства. — Борис отходил, но продолжал говорить, взмахивая рукой над головой. Остановился около ближайшей елки. — У тебя есть возможность убедиться в обратном. Жизнь за жизнь. Ты пришла сюда с оружием, чтобы что-то нам доказать?