— Хочу, чтобы вы убрались отсюда навсегда. — Черт, говорю и сама себе не верю!

— Если у тебя возникнут проблемы с милицией, мы тебя вытаскивать не будем.

Борис стоял, и я увидела, как из-за его плеча выскользнула бесшумная фигура. Высокая, массивная, плечи и голова опущены. Мое сердце зашлось в бешеной чечетке. Конечно же, я его узнала!

— Условия те же: побеждает тот, чей воин остается на поле боя, — улыбнулся Борис. — Извини, сам я взять в руки оружие не могу. Олег против тебя не пойдет. Александр не занимается такой мелочовкой, у него есть дела поважнее.

Вампир шагнул вперед, я вгляделась в бледные черты лица Грегора. Он не изменился, только глаза его как будто выцвели, пожелтели.

— Моя мама тоже говорит, что ничего хорошего из наших отношений с Максом не получится. А сама делает все, чтобы именно так и произошло, — произнесла я негромко, поднимая саблю. — Вы поступаете нечестно! Вы нам даже шанса не даете!

— Взрослых иногда стоит слушаться, деточка.

Борис явно торжествовал победу. Во-первых, против вампира мне ни при каком раскладе не устоять. А во-вторых, я не собираюсь драться с Грегором.

— Не говорите глупостей! — Я провела перед собой клинком, заставляя мышцы взбодриться — сдаваться было еще рано. — Вы действуете так, как надо. Вернее, считаете, что так надо. Придумали себе правила и живете по ним. Но ваши правила постоянно врут. И я по ним жить не буду! В их выполнении смерть!

— Правила — условность. Позови Макса, и все изменится.

— Изменится, когда вы отсюда уберетесь!

Борис ухмыльнулся. Странно. Что это все может значить?

— У твоего друга есть только один шанс выжить. — Борис кивнул в сторону Грегора. — Если он тебя убьет, то сможет отсюда уйти. Другого варианта у него нет.

Я снова обвела глазами парк. Если Грегор отступит, то попадет во власть аркана, и тогда — все. У него сейчас несколько квадратных метров свободы, и заключена она в моем круге, который я сделала, проведя саблей по жухлому снегу. Пи эр квадрат. Жизнь, заключенная в математическую формулу. А я все думала, зачем нас этому в школе учили? Чтобы сейчас вот поделить этот самый пи эр между двумя существами, человеком и вампиром. Если мне удастся продержать вампира в безопасности, не подставляя под аркан, то и для меня все может закончиться хорошо. Квадрат круга вытянет…

Закаркала в вышине ворона. Я резко наступила на свою черту, нарушая круг. Увеличим площадь!

— Не знаешь, сколько времени? — Я шагнула к вампиру.

Грегор смотрел на меня непонимающе. Он тоже пока не знал, что делать. Интересно, как им удавалось столько времени его у себя продержать? И чем они его кормили?

Вампир рывком приблизился ко мне. Я отшатнулась, машинально вынося саблю вперед. Свистнул воздух. Я заметила движение слева и успела развернуться. Клинок задел распахнутую куртку. Я крутанулась, не давая приблизиться к себе.

— Позови Макса! — прошептал Грегор.

И он туда же…

— Время скажи! — крикнула я в пустоту перед собой.

Грегор на секунду застыл, поднял голову к небу.

— Около пяти. Он придет?

— Точнее! — Я выдернула свернутые былинки из снега, сжала их в руке.

Ледяные пальцы коснулись запястья.

— Остановись… — попросил Грегор. — Пять часов двадцать минут.

— Еще точнее!

Я бросила куколку на землю.

Сместившись в сторону, заставила Грегора обойти меня стороной. Над куколкой он споткнулся.

— Хорошо! — раздались хлопки из партера. Борис. Только он мог так себя вести.

В последний момент я перенаправила руку, и рубящий удар сверху прошел мимо. Обернулась как раз вовремя, чтобы заметить абсолютно темные глаза вампира. От неожиданности я попятилась, нога застряла в снегу, и я упала на спину.

Грегор мгновенно навис надо мной. Я успела только швырнуть в него пятирублевую монету. Вампир от нее отмахнулся, как от надоедливой мухи. Был еще небольшой шанс, что перед своей смертью я услышу патетическую речь на тему женской глупости. Но Грегор не смотрел фильмов и не знал, что в кульминационный момент надо что-то сказать. У него было посеревшее лицо, проступившие на лбу и скулах вены, ничего не видящие глаза.

— Wo ist Мах? [21] — заорал он мне в лицо.

Кажется, я успела поднять руку с саблей и отвернуться. И тут же увидела лошадь. Она, звякая трензелем, недовольно всхрапывала. Между ее ушами виднелось вытянутое от страха лицо молодого милиционера в серой куртке и форменной зимней шапке. Чуть сзади стояла вторая лошадь, в седле которой сидела не менее растерянная девушка.

Грегор выпрямился. Конь шарахнулся, мотнул головой, вырывая повод из руки милиционера. Парня тряхнуло в седле. Но вместо того чтобы держаться, он попытался поймать падающую с головы шапку. Следующий прыжок коня выбил его из седла. Мелькнули над темным крупом тяжелые армейские сапоги. Стоящий за ним конь с готовностью поднялся на дыбы. Перед моим лицом свистнули подкованные копыта. Я схватила лошадь за болтающийся повод. Ошалевшее животное, не ожидавшее нападения, взбрыкнуло, стряхнув сидевшую в седле девушку в милицейской форме в снег.