– В Судане было не так плохо. Британцы хоть и ушли оттуда - но нечто цивилизованное там осталось.

Снова помолчал, подбирая слова, Гейтс. Видимо не подобрал - поэтому предложил напрямую.

– Станция в Пакистане тебя устроит?

Чего-чего, но такого Милтон Уорден, кадровый сотрудник управления вот уже более двадцати лет, не ожидал.

– Ты хочешь от меня избавиться или как?
– спросил Уорден после того как немного улеглось.

– Отнюдь. Ты понимаешь, какой это трамплин?

– Если только в ад. Там можно свернуть шею не в переносном, а в самом прямом смысле этого слова. Если русские танки попрут через границу...

Директор Центральной разведки спокойно ждал, пока Уорден выговорится.

– Как думаешь - почему названо твое имя?

– Потому что я как бельмо на глазу?
– предположил Уорден

– Нет, не по этому. Прочитай, потом скажешь, что думаешь.

Первый заместитель директора кивнул сидевшему в его кабинете человеку, тот выложил на стол папку (похоже бронированная с кодовым замком, с механизмом самоуничтожения), несколько минут священнодействовал над ней, потом вскрыл находящийся в папке опечатанный конверт и выложил на стол несколько листов бумаги, не обычной, а специальной, полупрозрачной, почти невесомой. Поднесешь спичку - вспыхивает и сгорает в секунду. Еще одно достоинство такой бумаги - с нее невозможно снять копий средствами фотокопирования.

– Прочитай. Только имей в виду - этого ты никогда не читал и не видел. Это настолько секретно, что этих папок нет даже в советском отделе, потому что к выносу из основного здания Управления они запрещены.

Центральное разведывательное управление

Директорат разведки

Совершенно секретно

Вскрыть только с разрешения Зам. директора управления

Копий не снимать