Он еще извиняется.

— Это ты?.. — Светлов узнал его.

Это Никита со странной фамилией Брат. Браток из банды Кэпа и Горбыля. Но какая нелегкая его сюда занесла? Да еще с арматуриной…

— Я, Игорь Павлович, — одной половиной лица улыбнулся Никита. — Вы уж извините…

Да он не извиняется — он просто издевается.

— Как ты сюда попал?

— А вы дверь забыли закрыть… Или это они ее открыли? — показал он на тело киллера.

— С этим мы разберемся…

Игорь решительно шагнул к Никите. И тут же наткнулся на ствол пистолета, который Никита только что забрал у киллера.

Светлов разозлился. Но не на Никиту, а на себя. Ну как же он так оплошал, почему сам не взял этот пистолет? Арматурины испугался?..

— Отойдите, пожалуйста. И сядьте вон в то кресло, — показал Никита на дальний угол комнаты. — И прошу вас, не делайте лишних движений… А то, знаете, не люблю крови…

— Я бы не сказал… — Игорь невольно отступил назад. И послушно сел в кресло.

— Зря вы так со мной. Как с опасным преступником, ей-бо…

— Ты зачем ко мне пришел?

Светлов не прочь был бы перехватить инициативу и взять контроль над ситуацией. Но у него не было для этого условий. Все против него…

— Да вот, за жизнь поговорить пришел. Знаете ли, очень хочется узнать, как это у вас получается. — Никита смотрел на него с недоброй усмешкой. В глазах ледяная глыба.

— Что получается?

— Людей подставлять… Что я вам плохого сделал?

— Ты бандит.

— Даже если бандит, то что, не человек?..

— Я вас, гадов, ненавижу…

— Это ваши личные проблемы… Но зачем меня-то под монастырь подводить?

— Ты пришел меня убить? — прямо спросил Светлов. Его глаза яростно блеснули… Он не собирается унижаться перед этим отморозком.

— Ну так сразу и убивать?.. Я что, на беспредельщика похож?

— А что, нет?.. Зачем ты с арматуриной ко мне пришел?

— А вот чувствовал, беда вам грозит, Игорь Палыч. Вы же не просто мент, вы мент-отморозок. Обязательно найдутся желающие отправить вас на тот свет. И, как видите, я не ошибся…

— Ладно баки мне тут забивать… Говори, зачем пришел? Что хочешь узнать?

Никита внимательно посмотрел на него. Ни один мускул не дрогнул на его суровом лице.

— Зачем ты меня подставил? — жестко спросил он.

— Значит, надо так было…

— Кто сдал Кэпа и Горбыля?

— О чем ты?..

— Только не надо ля-ля насчет того, что это я их сдал… Кто их сдал, говори!

Никита подошел к нему и приставил ствол к его лбу.

— Ну…

— Слушай, ты! — презрительно усмехнулся Игорь. — Не надо меня пугать! Пуганый… А смерти я не боюсь. Никогда не боялся и не боюсь… Стреляй, если можешь…

— Могу.

— Не сомневаюсь.

— Только не буду… Почему, не знаю, но ты вроде ничего мужик. Хотя и сволочь порядочная…

Никита отошел назад и опустил пистолет.

— Сволочь?

— А как тебя назвать после того, как ты меня подставил?

— Я же говорю, надо так было. Обстоятельства того требовали… Я же мент. И не просто мент, а по жизни… Я давил и буду давить бандитов. Всеми способами. Не будет оружия, руками душить буду. Руки отнимутся, зубами в глотку вцеплюсь…

— За что же нелюбовь такая?

— А ты никогда не видел женщин, которым бандиты перерезали горло… Никогда не плакал над могилами детей, которых эти гады сначала насиловали, а потом зверски убивали… Если бы знал, какая это мерзость — твои братки, ты бы никогда не был с ними… Хотя что я говорю, ты тоже такой.

— Нет, я не такой… Я никого не убивал… Этот, — он показал на киллера, — первый…

— Этого не жалко…

Никита встал на одно колено, склонился над телом, потрогал рукой шейную артерию.

— Э-ге-ге, да он дышит. Жив… Крепкий…

— Надо оказать ему помощь…

У киллера был проломлен череп. Нужно было узнать, насколько опасно его состояние.

— Аптечка где?

— В ванной…

— Далеко. Не пущу… Простыню вон с дивана сдерни. Этим перевяжешь. И без глупостей…

Голос Никиты звучал жестко, твердо. Паренек явно чувствовал уверенность в своих силах. И рука с пистолетом не дрогнет…

Светлов разорвал простыню и перевязал голову киллеру. Только не знал он, зачем это ему нужно. Киллера не жаль, однако он источник информации. Но загвоздка в том, оставит Никита в живых его самого или нет. Слишком гнусно с ним поступили… Не надо было так…

Никита усадил Светлова на прежнее место.

— Кстати, о детях, — сказал он. — Детей я не убивал и убивать не собираюсь. Я вообще никого никогда не убивал… А еще я собираюсь выйти из игры.

— Я это уже слышал. Ты эту байку рассказывал, когда мы тебя взяли в первый раз.