Последний выход Беннингтона заканчивался самоубийством его героя — уже после ухода того со сцены. Джейко обеспечивал шумовой эффект револьверного выстрела и теперь, стоя за кулисами, ревниво наблюдал за тем, чтобы грохот прозвучал именно в нужный момент и достаточно убедительно. Все прошло гладко, раздался громкий хлопок, и Мартина, сидевшая за тоненькой перегородкой, ощутила запах пороховой гари.

Где-то рядом явно стоял и сам Беннингтон. Мартина слышала его бормотание.

— О черт, это меня просто выводит из себя, прошипел Бен. — Дай сигарету. Джейко!

Последовала пауза. Чиркнула спичка, и Беннингтон добавил:

— Пойдем-ка ко мне в комнату, вмажем по рюмахе…

— Спасибо, старик, только давай не сейчас, — прошептал в ответ Джейко. — Занавес опускают через пять минут.

— Подумаешь… Наш Великий Актер и наш Знаменитый Драматург произнесут заключительное слово и без меня… Как у меня получилось на сей раз, Джейко?

— Неужели актеру можно сказать, как он играл, без употребления самых лестных фраз? Брось, Бен, что я могу тебе сказать? Ты всегда был умен и хорош на сцене, и сегодня — как всегда. Только мне показалось, что ты играешь не очень ровно…

Мартина услышала, как Бен хмыкнул:

— Ничего, мне еще завтра предстоит работенка! Поберегу силы для премьеры…

За перегородкой раздался чей-то глубокий вздох, очевидно Джейко, потому что Беннингтон произнес:

— Да ладно тебе кукситься! Все нормально. Малышка вполне справилась…

Джейко промолчал, и Беннингтон повторил:

— Ты не согласен?

— Ну почему же, почему же, — вяло запротестовал Джейко.

На сцене близилась развязка. Голоса Элен Гамильтон и Адама Пула звучали все напряженнее, все более страстно. За кулисами прошел мальчик-рассыльный, выкликая: «Будьте готовы дать занавес! Будьте готовы дать занавес!»

Мартина встала со стула. Стул отчаянно скрипнул. За перегородкой возникла краткая пауза.

— Мне плевать, если она меня слышит! — громко сказал Беннингтон. — Погоди, Джейко. Побудь здесь. Я же спросил тебя, что ты думаешь об игре Гаи. У нее все в порядке, не так ли?

— Да-да. Извини, мне надо идти.

— Нет уж, погоди. Если никто за нее не вступится, а этот болван Знаменитый Драматург снова станет цепляться к малышке, я сам возьмусь за дело и покажу ему, где раки зимуют!

— Ты только усугубишь всю склоку, причем перед самой премьерой. Лучше этого не делать.

— Я не могу стоять и смотреть, как ее обижают! Нет уж! А ты — я понимаю, кстати, что именно ты приютил эту загадочную особочку…

— Пока, Бен! Я пошел, извини.

— Погоди. У тебя времени навалом.

Мартина поняла, что Беннингтон загородил проход Джейко.

— Я говорю об этой чертовой костюмерше-актриске! — прошипел Бен. — О нашей Мисс Икс…

— Ты оригинален в выборе прозвищ, дорогой Бен.

— Называй ее как хочешь! Но кто же она? Кто? Как будто наш Адам снова стал маленьким и притом превратился в девочку!

— Спокойнее, Бен, спокойнее.

— Я сам спрошу Адама, мне начхать! Да и не только об этом! У меня к нему вообще масса вопросов! Ты думаешь, мне нравится мое идиотское положение?

— Тише, Бен, они гам подходят к самой развязке, дан послушать! Уже кончается.

— Нет, ты меня послушай! Как ты думаешь, какого черта я хлещу как сапожник? Не догадываешься? А что бы ты стал делать на моем месте? Пить яблочный сок и вышивать крестиком?

— Подумай немножко над этим — только молча, — ответил Джейко.

Прозвенел звонок.

— Все, занавес! — облегченно вздохнул Джейко.

Занавес опустился с громким свистящим шелестом. По коридору загрохотали шаги.

— Всем спасибо, — прокричал на сцене ассистент.

Адам Пул добавил:

— И все сегодня хорошо! Сейчас сюда спустится Джон. Я тебя подожду, Элли…

Мисс Гамильтон вошла в маленькую гримерную. Мартина быстро стянула с нее влажное платье и накинула шлафрок.

— Я приведу себя в порядок там, в моей комнате, — сказала мисс Гамильтон. — Ты заберешь с собой остальное барахло, хорошо, Мартина?

Девушка собрала вещи и вышла вслед за хозяйкой.

Адам Пул, в элегантном темном костюме, стоял на сцене спиной к занавесу. Пятеро других актеров, занятых в спектакле, расселись кто где в расслабленных позах, но на лицах у них застыло напряженное внимание. Джейко и ассистент Клем Смит, стоявшие в уголке, достали блокноты с ручками. Мартина держала зеркало перед мисс Гамильтон. Та промурлыкала:

— Адам, милый, ты не против, если я продолжу? Я слушаю тебя внимательно, но мне хотелось бы закончить с лицом… — и спокойно продолжила снимать грим.