– Мужика уже плющит, – прокомментировал ситуацию Рома. – Это еще только начало, вот когда бабы начнут втыкаться, тогда сливай воду. На сцену полезут, рвать на себе все будут…

Но его пророчество не сбылось, во всяком случае, в течение часа после первого взбрыка все было спокойно.

Зато появилась новая тема для разговора. Среди толпы Степан выхватил взглядом знакомое лицо. Это была Вероника Дробышева с каким-то мужчиной. Эдик Савельев тоже их заметил.

– Ника нарисовалась, – сказал он. – Со своим ненаглядным Борисом.

Про ее «женихов» Эдик знал больше всех, как-никак квартирная кража висела на нем.

Ника блистала красотой и элегантностью. Облегающее вечернее платье – глубокое декольте, обнаженные плечи, полностью открытая спина. На шее бриллиантовое колье, на запястьях тонкие изящные браслеты – явно не дешевая бижутерия. Роскошная прическа, косметики на лице как у дивы с обложки глянцевого журнала. Стильная красавица с повышенной сексуальной энергетикой.

Борис Брайнин одет был, казалось бы, без особого изыска. Джинсы, рубаха, летние туфли. Но эти вещи смотрелись на нем дорого и стильно. Даже небрежность в прическе была плодом фантазий толкового стилиста. Симпатичный малый. И пара красивая. Чуточку легкомысленная, но для раскованной атмосферы ночного клуба самое то.

– Я пробивал этого мэна, – продолжал Эдик. – Денег у него завались. Банк один из самых сильных в России…

– Так еврей потому что, – сказал Кулик. – У евреев по части финансов особый талант.

– Понятное дело, – усмехнулся Лозовой. – Евреи, евреи, везде одни евреи… У них даже мировая валюта своя есть…

– Шекели, что ли?

– А не угадал, евро у них валюта. Чисто еврейский вариант. Шутка, конечно. Но шутка, максимально приближенная к реальности…

– А я лично против евреев ничего не имею, – сказал Федот. – Безобидный в принципе народ.

– Ну, это смотря с какой стороны посмотреть, – покачал головой Рома. – Если на них по отдельности смотреть, нормальные люди, умные к тому же. А если в глобальном плане… Их масонские ложи по всему миру как те щупальца. Полмира, считай, под себя подмяли… Но я вам так скажу: «Бей жидов – спасай Россию!» – этот лозунг для даунов. А вот насчет чурок…

– Достали эти чурки, – кивнул Эдик. – Куда ни кинь – всюду они. У меня друг, Гена Любимов, ну, вы его знаете, он в ОМОНе служит. Так им во взвод чурку определили. Они куда-то ехали, а ему молиться приспичило, так он свой намаз прямо в автобусе мутить стал. Так мужики его чуть не прибили…

– Это все из-за чеченов и арабов, – авторитетно заявил Федот. – Религия-то у них в принципе правильная, добру учит, все такое. А из-за этих недобитков славяне всех чурок возненавидели. Если чечены дальше наших взрывать будут, скины совсем озвереют… Я лично как думаю: скинхедов ловить надо и сажать безо всякого. Потому что зверье. А с другой стороны, скажи, что они не правы…

Эдик тоже хотел что-то сказать на эту тему. Но в это время в его поле зрения попала высокая симпатичная девушка, которая возникла откуда-то из сияющей темноты и стремительно подошла к Нике. Степан тоже видел, как она без всяких слов протянула руки к тонким бретелькам, на которых держалось ее платье. Дернула за них. И платье упало к ногам Ники. Девчонка осталась в одних стрингах и туфлях на высоком каблуке.

Девушка тут же исчезла, как будто ее не было. Другая бы на месте Ники забилась в истерике, а этой хоть бы хны. Растерянность была секундной. Ника задорно улыбнулась, переступила через платье и устремилась на сцену. Как будто так и надо. Как будто ее раздели согласно заранее продуманному сценарию. Хотя на самом деле это было не так. Нику хотели оскорбить и унизить. Но ее потрясающая выдержка оставила ее на высоте положения.

Танцевала она не очень умело. И не долго. Но зал поставила на уши. Даже нашлись желающие повторить ее подвиг. Две мосластые молодухи залезли на сцену, стали скидывать с себя одежду. Только народ что-то не очень пялился на них. Зато Нику вызывали на бис. Но ее уже и след простыл. Забралась обратно в свое платье, и поминай как звали.

– Да, весело тут у вас, – усмехнулся Давыд.

– А у вас? – подмигнул ему Кулик.

– А у нас в квартире газ… Я вспомнил эту девку, которая смуту подняла. Аделаида, Аделаида… Фамилию забыл.

– Еловских, – подсказал Эдик.

Он тоже узнал в хулиганке Аделаиду, подругу Вероники Дробышевой. Что на нее нашло, зачем она сорвала платье с Ники? Коктейль мозги задурманил?

– Ты тоже ее знаешь? – спросил Давыд. – Она что, и у вас по какому-то делу проходит?

– Проходила. В качестве подозреваемой. Но подозрения уже отпали… Хотя… Что-то с этой Аидой не то, если она такие безобразия вытворяет… А ты ее откуда знаешь?

– Так она и у нас по одному делу проходила.

– Что за дело? – заинтересовался Степан.

– Да был один случай. Жена мужа зарезала, а затем отравилась…

– Было, было такое, Ника рассказывала… Так это по вашему отделу проходило?

– Ну да, мужик на Первомайской жил, а это наш район. Я этим делом занимался…

– А Еловских в качестве подозреваемой проходила?

– Ну, не то чтобы мы ее всерьез подозревали. Но мотив для убийства у нее был. Пока она в институте своем училась, этот Катышев мозги ей пудрил. Представьте себе, он позвоночник повредил, жена бросила, а Аида его выходила. Так он ее отблагодарил – на другой бабе женился. Говорят, Аида жить не хотела…